— Вы, так называемые творческие люди, считаете, что вам все позволено. Надеюсь, вы не ожидаете, что я дам вам блестящую рекомендацию.
— Конечно, нет, — тут я вспомнил кое о чем. — Позвольте задать вам один вопрос.
— Я слушаю.
— Слышали ли вы когда-нибудь о профессоре из Чикаго по имени Алан Маккени?
Его глаза расширились.
— А почему вы спрашиваете?
— Так, интересно.
— Ну ладно, — он встал и подошел к окну. — Вы знаете, я терпеть не могу сплетен.
Я знал, что он обожал сплетни, как большинство критиков.
— Я немного знал Алана. Мы встречались на симпозиуме по Роберту Фросту пять лет назад. Он был умным человеком, немного схоластиком, но это ведь Чикаго. И семья у него была хорошая.
— И дети были?
Он подозрительно взглянул на меня.
— Конечно. Потому это и было так трагично. Ну, конечно же, то, что потеряла наука…
— Там была замешана женщина?
Он кивнул.
— Похоже, что так. Я слышал об этом на встрече МЛА. Та девица просто высосала его. Она была его студенткой. Такие вещи иногда случаются в университетах. Девушки влюбляются в преподавателей, иногда они заставляют их бросать семьи, но чаще нет. У большинства из нас хватает здравомыслия, — он самодовольно улыбнулся. “Ну ты и дерьмо”, — подумал я.
— Он и не бросил. Он просто убил себя. А та девица исчезла, по-английски. Надеюсь, с вами не случилось ничего подобного?
Она соврала мне буквально все. Я думал, о чем она еще лгала мне. Вернувшись домой, я позвонил “де Пейсер Ф.”. Трубку взяла женщина.
— Миссис де Пейсер?
-Да.
— Извините, но я из Калифорнийского банка. Мы хотим проверить некоторые сведения, сообщенные нам мисс Моубли. Она написала в ведомости, что вы ее тетя.
— Кто? Как ее фамилия?
— Альма Моубли. Она забыла сообщить ваш адрес и приходится обзванивать всех людей с этой фамилией. Нам нужны точные данные.
— Но я не знаю ни о какой Альме Моубли!
— У вас нет племянницы Альмы, которая учится в Беркли?
— Конечно, нет. Думаю, вам лучше обратиться к этой мисс Моубли и взять у нее правильный адрес.
— Я так и сделаю. Извините, миссис де Пейсер.
Второй семестр был унылым и дождливым. Я приступил к новой книге, но продвигалась она плохо. Я не знал, кто такая Альма: безжалостная хищница, как ее описал Либерман, или просто психически нездоровая женщина. Не выяснив этого для себя, я не мог вставить ее в роман и таким образом избавиться от нее. И еще я чувствовал, что в романе не хватает какого-то элемента, но не мог его определить.
В апреле мне позвонил Дэвид. Голос у него был молодым и совершенно счастливым.
— Удивительные новости. Не знаю, как тебе и сказать.
— Роберт Редфорд купил твое жизнеописание для нового фильма.
— Что? А-а, нет. Два месяца назад, третьего февраля, — в этом был он весь, — я ездил к клиенту в Колумбос-Серкл. Погода была ужасная, и я влез в такси. И знаешь, оказался рядом с самой красивой женщиной, какую когда-нибудь видел. Она была такая красивая, что у меня во рту пересохло. Не знаю, как я набрался храбрости, но к концу поездки я пригласил ее на обед. Обычно я таких вещей не делаю.
Да, обычно Дэвид был слишком осторожен. Не думаю, что он хоть раз в жизни побывал в баре.
— Ну вот, мы с этой девушкой виделись с тех пор почти каждый вечер. Знаешь, мы решили пожениться. Это половина новостей.
— Поздравляю. Желаю, чтобы тебе повезло больше, чем мне.
— Теперь самое трудное. Ее зовут Альма Моубли.
— Не может быть, — тихо сказал я.
— Подожди, Дон. Я знаю, какой это шок для тебя. Но она рассказала мне обо всем, что у вас было, и, думаю, ты должен знать, как она сожалеет о случившемся. Она знает, что сделала тебе больно, но она чувствовала, что не сможет жить с тобой. И еще, она в Калифорнии была в странном состоянии. Не совсем собой, как она выразилась. Она боится, что ты составил о ней неверное представление.
— Именно неверное. Послушай, она лжет. Она что-то вроде ведьмы. Берегись ее.
— Дон, послушай. Я женюсь на этой девушке. Она совсем не то, о чем ты думаешь.
Нам с тобой надо поговорить. Откровенно говоря, я надеюсь, что ты прилетишь в Нью-Йорк на уик-энд и встретишься со мной. Расходы я оплачу.
— Это смешно! Спроси ее про Алана Маккени. Интересно, что она тебе расскажет. А потом я скажу тебе правду.
— Она уже рассказала мне об этом, и о том, что она солгала тебе и почему. Пожалуйста, Дон, приезжай. Мы все трое должны в этом разобраться.
— Осторожнее, Дэвид. Она настоящая Цирцея.
— Слушай, я сейчас на работе, но я тебе еще позвоню, ладно? Нам нужно это обсудить. Не хочу, чтобы у моего брата были плохие отношения с моей женой.
Плохие отношения? Я чувствовал ужас.
Вечером Дэвид позвонил опять. Я спросил, слышал ли он уже про Тэкера. И про Х.Х.Х.
— Это она и называет “неверным представлением”. Она все это выдумала. Ей было нелегко прижиться в Калифорнии. А у нас в Нью-Йорке кого этим удивишь? Здесь никто и не слышал про Х.Х.Х.
А миссис де Пейсер? Оказывается, она сказала ему, что это был способ побыть одной.
— Погоди, Дэвид. Ты когда-нибудь, когда касался ее, чувствовал.., что-нибудь странное? Неважно, какой силы, просто странное?
— Нет.
Дэвид явно чего-то недоговаривал, но продолжал звонить мне, настаивая на моем приезде.
— Дон, я все равно не могу понять твоего поведения. Конечно, ты разочарован, но что невероятного в том, что Альма возникла в моей жизни и решила выйти за меня замуж? Нам надо с тобой поговорить. И Альма этого хочет.
Я не знал, что и думать. Конечно, я был разочарован и сердит на них обоих, но не только это. Я боялся за Дэвида.
После месяца бесплодных уговоров брат позвонил мне и сказал, что летит по делам в Амстердам вместе с Альмой. Меня он попросил еще раз все обдумать.
— Посмотрим, — сказал я. — Но будь осторожен.
— В каком смысле?
— Просто. Будь осторожен.
К тому времени я окончательно утвердился во мнении, что Альма подстроила встречу с Дэвидом, как и со мной. Я вспоминал Грега Бентона и Тэкера Мартина — теперь они тоже встретились с моим братом.., может быть.
* * *
Через четыре дня мне позвонили из Нью-Йорка и сообщили, что Дэвид мертв. Это был сослуживец брата, которому звонила голландская полиция.
— Хотите приехать, мистер Вандерли? — спросил он. — Ваше присутствие не обязательно, но я счел своим долгом вам сообщить. Вашего брата у нас очень любили. Никто не может понять, что случилось. Похоже, он выпал из окна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
