Читаем без скачивания Под наживкой скрывается крючок - Ирина Дегтярева

Он жалел, что уехал из Светлогорска, не доучившись в обычной средней школе. Однако отец настаивал на его поступлении в суворовское. Мечтал, чтобы сын сделал военную карьеру.

Но Виктор поступил после суворовского в институт иностранных языков. Освоил несколько языков без особого труда. Учеба ему вообще давалась легко. Он окончил институт с красным дипломом. Но вряд ли кто-то мог догадаться, что уже с третьего курса Виктор… был не совсем тем, за кого себя выдавал.

В рядовые переводчики он не пошел. Попал на учебу в Академию внешней торговли, а оттуда во Внешторг, и сразу в отдел кадров. Многие косились, дескать, блатной паренек, но не догадывались, какого рода этот «блат».

…Сосед по камере в вагоне все время постанывал и просился у конвойных в туалет. Те не торопились его вести, он матерился, тогда они все же вывели буйного заключенного, и на какое-то время все стихло. Только перестук колес тревожил тишину.

Повернувшись на спину на жестких нарах, Виктор уставился в грязный потолок вагона. Но видел свой кабинет во Внешторге. Довольно просторный, обшитый модными тогда деревянными панелями, с портретом Ленина над письменным столом. Виктор бойко двигался по карьерной лестнице, и все шло к первой загранкомандировке в Италию.

В то время он был женат, родился сын. За границу ехал с любопытством, хотя по окончании Академии уже ездил на трехмесячную практику в ГДР. Но все же Италия — это не ГДР, к тому же теперь он имел определенное задание — осмотреться и попытаться подставиться под вербовку. Чем он активно и занимался на протяжении двух лет первой командировки.

Виктор активно посещал все мероприятия, банкеты, фуршеты, проводимые советским посольством и торгпредством, куда приглашались иностранные дипломаты и бизнесмены. Он был обаятелен, интересен в общении. Ходил на вечера и в посольства третьих стран. На всех подобных вечерах он контактировал с самыми разными людьми. Особенно его привлекали англичане. Однако результатов его активность не приносила. Ему улыбались, с ним вроде бы заинтересованно беседовали, но не более того. Ни один из иностранцев не пожелал продолжить знакомство, и, дав Виктору свои визитки, не отвечали на его звонки.

Однажды ему все же удалось поближе познакомиться с представителем одного из банков Рима — Серджио Скьявони. И Виктор позвонил Серджио, предложив встретиться, пообедать и обсудить возможные совместные бизнес-проекты.

Обговорили место встречи в центре Рима, у фонтана Треви.

Однако Серджио не пришел. Вокруг толкались туристы, несмотря на плохую погоду. При взгляде на этот причудливый фонтан Виктору на ум приходило лермонтовское: «Смешались в кучу кони, люди…» От фонтана тянуло сыростью и почему-то безнадежностью от белого камня, из которого были высечены скульптуры.

Виктор вымок под дождем, промерз до костей, но итальянец, видно, и не собирался иметь дело с советским сотрудником торгпредства. Никакой заинтересованности.

Кадровик начал подозревать, что отсутствие внимания к нему обусловлено тем, что в Риме у них уже есть источники информации в советском посольстве, и он, Виктор, по своему статусу не представляет для них интереса.

Так и не удалось выполнить тогда задание. Вернувшись в Москву, он работал во Внешторге, жил обычной жизнью и через год снова отправился за границу, теперь уже на Кипр и уже из России, а не из СССР.

И снова Виктор вел активную светскую жизнь, благо жена в тот момент оставалась еще в Москве с детьми, ожидая от него вызова, когда он устроится в Никосии, наладит быт. Вечера и часть ночи проводил на приемах, правдами и неправдами проникая даже на дипломатические вечера, куда обычным торгпредским, не дипломатам, вход был закрыт.

Наконец его старания увенчались успехом. На празднование 23 февраля пришли в советское посольство и англичане. Виктор познакомился с их первым секретарем посольства по науке и технике Джейкобом Рингом, который сам проявил заинтересованность по отношению к кадровику торгпредства. Ринг неожиданно сказал, что помнит Виктора по Италии, и это послужило началом общения. Виктор Сергеевич почувствовал внутреннее волнение и предчувствие удачи. «Клюнули», — подумал он. Джейкоб Ринг обменялся с Виктором визитками и настаивал на дальнейшем общении.

Кадровик и не протестовал, дал понять, что имеет массу связей не только во Внешторге, но и в других министерствах бывшего СССР. Он знает прекрасно иностранные языки, имеет блестящее образование и, главное, готов на многое… Во всяком случае, он в состоянии организовать бизнес и порешать экономические и юридические вопросы в России для него не составит труда.

После этого знакомства ничего не происходило. И Виктор уже стал подумывать, что ошибся в своих предположениях. Он почти отчаялся отыскать хоть одного английского разведчика на этом острове. Они прятались, как скорпионы, под камнями. Черные с маслянисто поблескивающими панцирями. При одном только взгляде на них передергивает, но и завораживает их неторопливое движение, напоминающее танец. Зато они быстры, когда нападают…

Однажды Виктор пошел в бар, куда заходил довольно регулярно и где часто собирались английские морские пехотинцы, которые предпочитали этот бар другим.

Расстроенный, что не удается выполнить задание, Виктор пропустил две рюмки кипрской виноградной самогонки зивании. И не успев еще захмелеть от крепкого напитка, заметил краем глаза молодого мужчину, внешне походившего на тех самых скорпионов, с которыми Виктор мысленно сравнил английских разведчиков. Худощавый, в черной рубашке-поло и в черных джинсах, только белый камень на перстне, как капелька яда, на пальце. Он был неприятен Виктору своей самоуверенностью и дерзким выражением лица, но чутье безошибочно подсказало кадровику, что этот мужчина захочет познакомиться и неспроста он тут. Действительно, незнакомец подсел к Виктору за барную стойку. Кадровик раньше его здесь не видел, хотя почти всех завсегдатаев уже знал в лицо.

— Здорово, приятель! — поприветствовал его сосед по барной стойке. — Давно за вами наблюдаю из-за столика. Вы, похоже, веселый человек! Люблю таких, я сам веселый. — При этом его взгляд был настолько тяжелым, что Виктор отвернулся и ссутулился. — Русский?

— А что? — вызывающе спросил Виктор, вскинув голову, принимая для себя решение, стоит ли ввязываться в беседу, но ему было интересно, чего хочет от него этот неприятный иностранец.

— Мой друг Джейкоб Ринг рекомендовал вас как человека, который может оказать помощь в организации бизнеса в России, — англичанин показал визитку Виктора, которую тот давал Рингу. — Меня зовут Джек, — он протянул руку для рукопожатия.

— Ну, допустим, — смягчился Виктор, пожимая руку англичанина. — И чем я могу быть вам полезен?

— Для начала хотелось бы понять, насколько широкие у вас возможности в России. На что я мог бы рассчитывать? Планов у меня и моих бизнес-партнеров много. Средства планирую вложить большие. — И он многозначительно посмотрел на Виктора.

Тот изобразил заинтересованность, но пожал плечами и сказал:

— Хотелось бы понять, что вы намерены делать в России. Торговля? Ведь я имею непосредственное отношение именно к торговле.

— Пока что я не определился с направлением бизнеса. Есть только намерение. Надо понять, что у вас в России будет пользоваться спросом. Для этого хорошо бы вы написали что-то вроде экономического обзора. И составьте бизнес-план.

— Да без проблем!

«Вечер удался! — подумал Виктор. — Казавшееся безнадежным дело сдвинулось с мертвой точки».

Они договорились о встрече через неделю, здесь же, в баре. И Виктор принес обещанный бизнес-план и экономический обзор. Джек быстро, но внимательно прочел и, подняв глаза на кадровика, задумчиво произнес:

— Мне кажется, что у нас с вами большое будущее.

— В каком смысле?

— Ваши предложения совпадают с некоторыми моими проектами относительно России. А вы могли бы подработать. Думаю, у вас не возникнет морально-этических проблем с решением наших задач?

Виктор выдержал длинную, тягостную для Джека паузу и заметил с улыбкой:

— Все будет зависеть от финансирования поставленных вами задач…

Уже через полгода Виктор, вызвав определенную долю симпатии у Джека, даже удостоился чести побывать у него дома. Не на английской базе, где было его основное логово, а на вилле в горах Троодос.

За эти полгода бизнес организовали, и на счет кадровика поступала прибыль, очевидно, превышающая те суммы, которые они совместно с Джеком на самом деле зарабатывали. Виктора «покупали». А затем от Джека поступили другие предложения, уже не связанные с бизнесом. Надо было отрабатывать деньги…

Было очень жаркое лето, а тут, в горах, к вечеру стало совсем прохладно. Пахло хвоей, огромные шишки лежали на тропинках участка, принадлежавшего Джеку, напоминали гранаты Ф-1. Кстати, несколько гранатовых деревьев, усыпанных плодами, тут тоже росли, около белого дома с оранжевой черепичной крышей.