качество. Когда у тебя втрое больше дивизий, тут как не упирайся, исход будет один — достаточно посмотреть на карту, и прикинуть какой протяженности фронт придется держать. Потому немцы наступают, у них нет другого выхода — в «позиционной войне» они просто не выстоят, рано или поздно сомнем. И тогда германцы начнут отступать, возвращаясь на исходные позиции, чтобы сократив линию фронта высвободить резервы для «латания дыр».
— Новые дивизии формируем, только у нас на фронте их десять, с номерами прежних, уже разбитых. А так уже комплектование идет соединений с «четырехсотыми» номерами, к полутысяче подбирается.
Жданов за последние две недели стал намного спокойнее, и не так нервничал как раньше. Секретарь ЦК оказался дельным организатором, и команду подобрал себе такую же, люди на своих местах. И гнули они линию твердо — выпуск продукции на заводах стал потихоньку возрастать, а по некоторым образцам вооружения пошел по нарастающей, даже стремительно. Особенно по минометам — на «Арсенале» производство 120 мм возрастало с каждым днем, задействовали все мощности. И если в полностью блокированном городе смогли ценой нечеловеческих усилий произвести две с половиной тысячи 120 мм минометов, то в ноябре это уже будет месячной продукцией. То же самое происходило с выпуском батальонных 82 мм минометов после полной остановки производства малоэффективных 50 мм ротных систем, которых в Ленинграде делали многими тысячами. Так что по всем расчетам выходило, что к декабрьскому наступлению войска Ленинградского фронта перейдут с нынешних «куцых» штатов на «усиленные», что при особенностях местности неизбежно сыграют свою роль, частично, а то и полностью компенсировав нехватку орудий. Это на степном юге минометы не могут противостоять гаубицам, а вот в лесах и болотах как раз наоборот — начнись маневренные действия и немцам будет затруднительно использовать зимой свою многочисленную артиллерию.
Одна беда — новые боевые самолеты, их в городе не делали, только сейчас решили восстановить производство «Лагг-3», прервавшееся в сентябре из-за эвакуации. Жданов настоял на возобновлении, а если Лавочкин еще перейдет на мотор М-82 раньше времени, то польза будет великая для фронта. Хватило бы только этих самых моторов, а древесину в Ленинграде клеят какую угодно, работники есть, предприятий хватает, один «трест» чего стоит, и отлакируют новый истребитель, если потребуется — еще запасы имеются.
Проблема в танках — чтобы отодвинуть врага на Лужский рубеж и окончательно обезопасить город, нужны именно они, а их приходится отправлять на московское направление. Лучше напрячь все усилия фронта, отправить с трудом накопленные резервы, и помочь остановить разбушевавшийся «Тайфун» на подступах, на той же можайской линии. Тогда эвакуации не будет, и промышленность столицы не остановит производство…
Летом 1942 года появился самый настоящий танк блицкрига Pz-IV F2, модификация, вооруженная длинноствольной 75 мм пушкой. Но немцы запоздали на один год, хотя прекрасно понимали ущербность «окурка». Но у русских были многие тысячи Т-26 и БТ, его для них хватало, КВ и Т-34 даже не предвиделись в воображении панцер-генералов. А вот когда новые танки русские научились использовать, особенно в зимнем наступлении, и их «качество» стало идти на уровне со все возрастающим «количеством», вот тут в вермахте «пригорело» — поставили длинноствольную пушку. И получили серьезное превосходство — новые «четверки» уверенно поражали любые русские танки. А также английские и американские, поставленные под ленд-лиз. В этом бою свезло «Стюарту» — летом сорок второго стало ясно, что легким танкам нечего делать на поле боя…
Глава 44
— Григорий Иванович, вам бы танками командовать, какое-то нездоровое к ним пристрастие имеете, прямо не оторвать.
— Танк это лишь бронированная и самодвижущая повозка для пушки, предназначенной доминировать на поле боя, — ухмыльнулся маршал — артиллерию он любил самозабвенно, а тут такое «чудо-юдо» получилось, очень похожее на «зверобой», только с коротким стволом. Но так ходовая часть одна от КВ, а вот пушки разные — на том укороченный вариант МЛ-20, а тут такой же вариант М-10, но ствол «окурок».
— Ствол коротковат, товарищ маршал Советского Союза. Рубка достаточно просторная, места хватит для установки гаубицы…
— Генерал, какая гаубица с углом возвышения двенадцать градусов, — Кулик стащил с головы шлемофон. — Да и не нужна она, и этот «коротыш» на ослабленных зарядах. Не нужна дальность стрельбы при поддержке танков непосредственно на поле боя, поэтому, ну зачем ставить утяжеленные конструкции — лишний вес таскать только. А с этой укороченной пушки, да именно пушки, любое попадание снарядом в два с половиной пуда фатально — что противотанковой пушке, что любому легкому и даже среднему танку. «Пипец всему», как говорится, тут главное попасть.
Григорий Иванович похлопал ладонью по лобовой броне, испытывая несказанное удовольствие, которое редко получал в жизни. Кому нравятся женщины, а он как в той песне, про самоходку, которую танк любил. Всего шесть недель прошло, немыслимо короткий срок для мирного времени, и уже есть опытный образец САУ, прошедший серьезные испытания. Рядом стоящий КВ с большой башней был вооружен точно такой же пушкой, только на нем она выглядела несуразно, словно гигантский отросток на лбу. Конструкция тяжелая, башня не уравновешена, любой наклон и все, амба — не провернешь. Установка в рубке намного лучше и перспективнее, чем эта «тупиковая ветвь» в танковой эволюции, выражаясь языком антропологов.
— Гусеницу собьет и все — подобьют ведь сразу. А пушку в башне хоть навести на противника можно, — от осторожного замечания кого-то из танкистов Кулик отмахнулся, приведя «железобетонный» довод:
— Много ты отстреляешься, аника-воин⁈ Неподвижный танк на поле боя большая мишень, которую моментально превратят в металлолом. А если будут зенитные пушки, то вторым снарядом сожгут, если с первого не попадут, во что мне не верится. Стреляют метко, заразы, этого умения у них не отнять — никакая броня от «ахт-ахт» не спасет.
Вот тут с маршалом никто не заспорил, потому что тот был полностью прав — сожгут, еще как сожгут, неподвижный танк из охотника превращается в жертву, а КВ и так преследуют хронические поломки.
— Эта самоходно-артиллерийская установка есть органическая часть тяжелого танкового полка. Его четвертая рота, способная поддержать общую атаку. Именно рота, не батарея — тяжелые самоходки действуют вместе с танками, и по танковой тактике, так что обычная артиллерийская схема тут не подходит. Для такой САУ полевые укрепления не проблема. Достаточно мощный фугас, способный разнести дзот. И ремонт в полку значительно облегчен — матчасть почти однотипна, разница только в
