Ну, да ладно. Плохо только, что она знает, где мы находимся. Может нас выдать. Даже странно, что до сих пор этого не сделала. Видимо, не получила добро от британского начальства.
— Возможно, она скрылась, просто потому что опасалась, что вы попытаетесь её убрать, подозревая в двойной игре.
— Кажется, мы с вами сошлись на том, что она работает на Британию. Но, возможно, дело в том, что выдать нас означало бы для неё раскрыться. А для оперативника, внедрённого в немецкий генштаб, это слишком расточительно. Так что я думаю, она попытается организовать моё убийство с помощью местной английской агентуры. В любом случае нам пора отсюда сваливать. Я уже позаботился подыскать место получше. Когда вернётесь из Амстердама, вас отвезут туда.
Ясно: Вождь не хотел, чтобы я знал, где он будет находиться, пока не прилечу из Голландии. Разумная мера предосторожности.
— Когда я отбываю? — спросил я.
— Завтра. Билеты уже куплены. Насчёт паспорта не беспокойтесь: мои друзья об этом позаботились. Он не вызовет подозрений. Наверное, вас беспокоит, где провозить алмазы. Это вам сегодня скажет курьер. У него в подобных делах большой опыт.
Меня это совершенно не волновало, но говорить я ничего не стал.
— Как вам бекон? — сменил тему Аничков. — Чудесно, не правда ли? Это из ресторана «Метрополь».
— Выше всяческих похвал, — честно ответил я.
Весь завтрак был и приготовлен, и сервирован безупречно. Даже кофе оказался весьма достойным, хотя его явно сварили в конторе.
Вождь кивнул.
— Да, красиво жить не запретишь. После революции такое сможет позволить себе каждый.
Я это нелепое утверждение проигнорировал. Незачем спорить о том, что априори — пустая болтовня.
После завтрака я отправился в училище. Помнится, кто-то мне говорил, что сегодня гардемаринов отправят заниматься с колоссами.
Так и случилось: на четвёртом уроке нас построили в коридоре и повели на полигон, где были выстроены в ряд три огромных морских шагохода.
Глава 31
Надо сказать, колоссы произвели на меня впечатление. Метров по двадцать в высоту, они были снабжены кучей оружия, включая ракеты и торпеды. Сейчас, конечно, всё это было учебным, но в бою машины могли стать настоящей головной болью, ибо свободно «чувствовали» себя и в воде, и на борту корабля, и на суше. Об этом нам сразу поведал инструктор.
— Также есть защита от радаров, — продолжал он, глядя на колоссов с откровенным восхищением. — Предельная глубина погружения — триста метров. Также есть воздушная подушка, позволяющая совершать прыжки над водой высотой до пяти метров. В бою на колоссов накладываются магические печати, защищающие от вражеских атак. Как вам известно, на каждом судне есть чародеи, отвечающие за подобные вещи. Сейчас вы попробуете себя в качестве пилотов. Разумеется, лицензию получат только выпускники, прошедшие консолидацию. Так что советую всерьёз задуматься о том, чтобы заняться этой процедурой в будущем. Сейчас я раздам жетоны активации. На них указаны номера предназначенных для вас машин. Займите очередь. И наблюдайте за тем, как будут действовать ваши товарищи. Делайте выводы, учитывайте ошибки. И главное — слушайте мои указания.
Я подумал, что колоссы могут не только обстреливать противника. Если пилоты — маги, то и чары могут творить во время боя. А это делает машины куда опаснее. Так что неудивительно, что апробацию новой техники проводят именно в высшем училище для аристократов.
В кабину нужно было подниматься по впаянным в броню скобам. Занимало это почти минуту. Я в очереди оказался третьим. Первые трое гардемаринов, наконец, заняли свои места и начали пытаться делать робкие шаги. Со стороны казалось, что на сегодня главная задача — не упасть. Спустя некоторое время инструктор велел учащимся вылезать. Их места заняли следующие «испытатели». Преподаватель делал у себя в планшете какие-то пометки. Видимо, у него там была анкета, которую он должен был заполнить.
Вот и до меня дошла очередь. Забравшись в кабину, я удивился, насколько она тесная. Похоже, большую часть пространства внутри корпуса занимали механизмы, вооружение и боеприпасы. Интересно, где находятся топливные баки. Но об этом, конечно, не скажут. Подобные вещи хранятся в секрете.
Надев на голову сенсорный шлем — настоящий, а не обруч — я включил приборную панель, следуя звучавшим в динамиках указаниям. Ох, как же тут много всяких кнопок, тумблеров, рычажков и экранов, пестрящих цифрами и условными обозначениями! Да с этим неделю разбираться надо — и то, если каждый день не по одному часу этому уделять.
Следуя инструкциям, я осторожно прошёлся по полигону. Ни о каких препятствиях речи пока не шло. Гардемаринам сначала следовало привыкнуть к габаритам колоссов. И это, скажу я вам, было непросто. Управлять машиной, которая лишь в три-четыре раза больше тебя, это одно. Почувствовать гиганта высотой с шестиэтажный дом — совсем другое.
Я не успел даже толком понять, как держать равновесие — ощущения были такие, словно колосс шагает по раскачивающейся палубе — как преподаватель велел вылезать из кабины и уступить место следующему.
В конце занятия он раздал всем небольшие анкеты с вопросами, касавшимися наших первых впечатлений. Следовало ставить плюсики и отмечать, сколько баллов мы даём тому-то и тому-то. Явно этот материал отправится в отдел, занимавшийся разработкой и налаживанием новых бронеходов. Ну, и в штаб, вероятно. Уверен, немцы с удовольствием заполучили бы копию статистики. Может, сляпать что-нибудь вроде сводных данных и отдать им? Сказать, что выкрал. Но не сейчас, конечно. Ещё слишком рано для подобных фокусов. Никто не поверит, что я смог провернуть подобное на второй день пребывания в училище.
Интересно, я единственный гардемарин, «завербованный» генштабом? Трудно поверить, чтобы германская разведка целиком полагалась только на меня. На месте немцев я бы позаботился о том, чтобы в училище находилось несколько агентов. Это позволило бы не только получать больше информации, но и сличать её. Так что надо быть аккуратным в составлении донесения — чтобы, в случае чего, мой отчёт не выглядел откровенной дезой.
— Не хочешь сходить на дополнительные занятия по рукопашному бою? — спросил в конце учебного дня Николай. — Хотя тебе, вроде, не особо надо. Судя по тому, как ты Окуня отделал. Его, кстати, сегодня нет в училище. Видимо, ещё не оклемался после вашей дуэли.
— Надеюсь, несколько дней не видеть его рожу. Нет у меня ни малейшего желания любоваться на его физиономию.
Николай усмехнулся.
— Да уж! Но он вернётся. И того, что ты победил, не забудет.
— А мне-то что до этого? Полезет снова — ещё получит.
— Нет, теперь он действовать напрямик не станет, — покачал головой Николай. — Постарается тебе исподтишка
