Джемма улыбнулась, и напряжение между ними сразу исчезло, в этот миг в дверях появился ливрейный лакей и доложил:
— Капитан Фаллон, мисс.
Он пришел несколько раньше — видимо, его подхлестывало нетерпение, решила про себя Джемма.
Он бросил на нее нежный взгляд, и она, к своей досаде, залилась краской. Это не ускользнуло от взгляда Луизы.
— Не хотите ли чашку чая, капитан?
— Благодарю вас.
Мэтью Фаллон сел и взял чашку чая.
— Как поживает лейтенант Макгрегор? — осторожно спросила Луиза, Джемма заметила, каким приторно вежливым стал ее голос. — Надеюсь, он пошел на поправку?
— Похоже, он провел бессонную ночь, — ответил Фаллон. — Впрочем, к утру ему полегчало. Я оставил его в постели и надеюсь, он будет лежать до моего возвращения. — Девушки с недоумением посмотрели на Фаллона. Капитан пояснил: — Дело в том, что у него материальные затруднения, и я решил, что какое-то время ему лучше пожить у меня. Но он не привык жить за чужой счет.
— Как это благородно с вашей стороны, — заметила Луиза.
Джемма, в свою очередь, тоже собралась сказать что-то похвальное, как вдруг насторожилась и повернула голову.
— Кажется, у дома остановилась карета? Луиза сорвалась с места и подбежала к окну.
— Да, очень изящный экипаж. Это, должно быть, леди Гейбриел.
— Не стоит заставлять ее ждать, — отозвалась Джемма. Она захватила с собой вниз шаль, шляпку и перчатки и теперь быстро их надевала. Капитан Фаллон проводил ее к карете и помог сесть. Джемма представила капитана леди Гейбриел.
— Доброе утро, — приветствовала его Психея.
Леди Гейбриел была одета весьма изысканно, элегантный жемчужно-серого цвета костюм, воротник оторочен соболями. В ушах — крупные серьги, и на шее — длинное жемчужное ожерелье. Уж если такая леди не сможет припугнуть хозяйку приюта и заставить ее раскрыть свои секреты, то никто другой этого сделать не сможет, подумала Джемма. Воспрянув духом, она уселась напротив леди Гейбриел.
Капитан Фаллон приехал на лошади, которую привязал у входа в дом. Он вскочил на нее и поскакал рядом с каретой по дороге, ведущей из города.
По пути женщины почти не разговаривали, лишь изредка обменивались короткими замечаниями. Джемма сгорала от нетерпения побыстрее добраться до приюта, Психея, казалось, была поглощена собственными мыслями. Лишь когда они выехали из пригорода Лондона, Психея сказала:
— Мой муж очень интересуется тем, как мы пытаемся найти ответ на вашу загадку, Джемма. Надеюсь, вы не слишком строго судите его за проявленное недоверие?
Джемма покачала головой:
— Нет-нет. Рассказанная мною история действительно неправдоподобна.
Психея вздохнула.
— Самое трудное для него — это смириться с мыслью, что у его матери был любовник. Обычно мы считаем, что наши родители непогрешимы, как остальные смертные, которые порой совершают ошибки. Особенно мужчины считают своих матерей совершенными и невинными созданиями.
Джемма кивнула.
— Мне приходилось встречаться с покойным маркизом, он показался мне бессердечным и властным. Я даже рада, что его жена, по-видимому, познала настоящую любовь, что был в ее жизни человек, подаривший ей несколько мгновений счастья, — сказала Психея.
Однако Джемма считала свою мать глубоко несчастной — всю жизнь быть связанной с деспотичным и нелюбимым человеком. Сильно, должно быть, она страдала. Обе женщины хранили молчание. Карета катилась все дальше, и мысли Джеммы снова вернулись к приюту.
Когда впереди показалось мрачное здание, Джемма напряглась. Пока грум леди Гейбриел помогал дамам выбраться из кареты, капитан Фаллон соскочил с лошади и привязал ее.
— Ждите нас здесь, — велела кучеру Психея и направилась ко входу. Капитан резко постучал в двери, затем снова, но прошло еще несколько долгих минут, пока двери наконец открылись и маленькая девочка недоуменно уставилась на них.
— Посетителей сегодня не принимают, — сказала малышка.
Интересно, существует ли другой вариант ответа? — подумала Джемма. Правда, и раньше это не срабатывало, а уж для леди Гейбриел и вовсе не являлось помехой.
Леди Гейбриел приоткрыла дверь и широко улыбнулась девочке:
— Не бойся. Миссис Крэгмор будет рада, если ты нас пропустишь. Передай миссис Крэгмор, что леди Гейбриел Синклер и ее друзья желают видеть ее.
Девочка во все глаза смотрела на леди Гейбриел, затем присела в реверансе и побежала звать хозяйку приюта.
— Где находится ее кабинет, Джемма? — спросила Психея.
— Вот сюда. — Джемма повела их через холл к дверям, расположенным в глубине дома. Психея легко постучала в двери и, не дождавшись ответа, открыла их. В грязноватой на вид комнате никого не было.
Джемма огляделась, при этом украдкой бросила взгляд на полки, где ранее лежали похищенные ими гроссбухи, которые сейчас находились в ее спальне в доме Луизы.
Психея осмотрела стул, однако садиться на него не стала. Тут в холле раздались шаги и в дверях появилась хозяйка. Она немного запыхалась, то ли от волнения, то ли поднималась из подвала.
Джемма напряглась, когда приютская матрона обвела всех подозрительным взглядом.
— В чем дело? С какой стати вы здесь и почему находитесь в моем кабинете? Вы уже здесь были! Так знайте… — Сегодня вы так легко от нас не отделаетесь, — сурово заявил капитан Фаллон.
Миссис Крэгмор рассвирепела:
— Нечего мне угрожать. Я хозяйка в этом приюте и заставлю вас убраться отсюда!
— Сильно сомневаюсь в этом, — с вызовом ответил капитан.
Джемма тоже в этом сомневалась. Когда капитан Фаллон говорил таким тоном, она представляла себе корабль и матросов, которые торопятся выполнять его приказания. Миссис Крэгмор оторопела было, но тут же взяла себя в руки.
— Я вам ничего не скажу, — решительно заявила она. — Никому из вас. Так что вам лучше отправиться восвояси.
Тут Психея вынула из ридикюля бумагу.
— Я леди Гейбриел Синклер. У меня есть письмо из вашего местного магистрата, миссис Крэгмор, я назначена главой вашего совета управляющих.
— У нас нет никакого совета управляющих, — неуверенно проговорила миссис Крэгмор.
— Ошибаетесь, в магистрате удивились, когда узнали об этом. Данное заведение не может управляться без соответствующего надзора. Я призову себе на помощь несколько одинаково мыслящих со мной и доброжелательных воспитательниц, и мы приведем здесь все в порядок. В магистрате, как вы понимаете, обеспокоились, узнав, что за детьми нет надлежащего присмотра. Я приехала, чтобы лично во всем разобраться и, если необходимо, исправить положение дел.
— Ложь! — вскричала миссис Крэгмор. — Неужели кто-то посмел запятнать мое имя? Думаете, раз вы такие важные, такие высокомерные и представительные, вам все можно? А сейчас не могли бы вы уйти, и знатные, и остальные, чтобы не портить мою репутацию? Если не возражаете, приезжайте снова, скажем, через неделю или две…
