Читаем без скачивания Мы из спецназа. Заложники - Андрей Щупов

- А как я на тебя гляжу?

- Вот это ты и должен мне сам рассказать.

- Не знаю… - Михаил растерялся. - Ты… Ты прямо бронзовая богиня!

- Говори, говори! - Обхватив себя руками, Зоя вновь рассмеялась. - Такие вещи мне редко говорят. Может, и думают, да не говорят. Мужик нынче немой, трусоватый. Чего только не приходится выделывать, чтобы ласкового слова дождаться.

- Нет, ты правда красивая! - вырвалось у Мишани.

- Суховато…

- Ты Венера Милосская!

- Уже лучше! Хотя она же без рук.

- Тогда ты фея! Лучшая из всех, кого я когда-либо встречал.

- Наконец-то! - Зоя протянула руку и, ухватив Михаила за причинное место, словно козу на веревочке потянула к себе. - Все, не могу больше. Иди сюда!

На этот раз долго упрашивать Мишаню не пришлось. Перешагнув через бортик ванной, он обнял феерическое тело, лаская ладонями, с силой прижал к себе. Никогда прежде он не испытывал такого возбуждения.

- Ты чудо!… - бормотал Михаил. Уже мало что понимая, чуть приподнял девушку над собой. Ноги Зои обхватили его бедра, а пылающее жаром лоно без усилий нашло своего трепещущего гостя, пустило вглубь, стиснуло влажноватыми объятиями. Михаил задохнулся. Такого он и впрямь давно не испытывал. По сию пору не верилось, что все это происходит с ним и наяву. Словно дали в руки волшебную палочку и пригрозили, что через час или два отберут. И наперед было жалко, что очень скоро всему этому придет конец.

Вода стекала по их пульсирующим телам, заливала глаза, попадала в рот. Они ничего не замечали…

Уже позже, засыпая на огромной постели, прижимая насытившуюся Зою к груди, Михаил устало подумал, что отдых он вполне заслужил и того, что он узнал сегодня от неумного Кузьменко, для захвата таинственного Зэфа будет более чем достаточно.

Глава 33

Заявиться к козлику, конечно, следовало раньше оговоренного срока. Пусть ждет завтра, - и ему легче, и остальным. Сам же Зэф времени терять не собирался. Издали проследив за машиной Кузьменко - довольно лощеной «десяточкой», он с удовлетворением убедился, что никакой слежки нет. Либо Толянчик преувеличил опасность, либо чувачки из «Кандагара» попросту еще не расчухали, что к чему. Ну да теперь уже и не успеют…

Остановившись поблизости от дома, в котором проживал великий обольститель женских душ, Зэф пронаблюдал, как Кузьменко заходит в родной подъезд. Понравилось ему и то, что психотерапевт нес с собой увесистый «дипломат». Еще раз окинув окрестности внимательным взором, Зэф выбрался наружу.

В ту самую минуту, когда бывший партнер звенел наверху ключами, он уже поднимался наверх, неслышными шагами одолевая лестничные пролеты. Ступал привычно - на внешний край стопы. В лесу и по гравию такой шаг никак бы не подошел, но для лестниц и тротуаров - в самый раз.

До самого последнего момента психотерапевт так ничего и не заподозрил. Такой уж это был народ - лепилы. Одно слово - сундуки! По-настоящему Зэф это понял в Абхазии, когда ассистировал перетрухавшему хирургу. Держал у бедра взведенный кольт и звенящим шепотом подсказывал нужные действия. Забавная это штука - быть ассистентом на собственной операции! Навсегда запомнились дрожащие, копошащиеся в разверстой ране руки врача, запомнился нос хирурга - большой и красный, шмыгающий через каждые пять секунд. И осколок-то был пустячный, но сам Зэф с процедурой извлечения из брюшной полости инородного тела справиться бы не сумел. Говорят, Сенкевич, телеобозреватель «Клуба кинопутешествий», когда-то вырезал себе аппендицит, но и ему, по слухам, помогали ассистенты. Словом, того абхазского хирурга пристрелить хотелось до не могу! Прямо палец на спусковом крючке зудел! Но дотерпел до конца, не пристрелил. Более того - позже, когда рану стянули грубоватыми стежками, лепила был отпущен, как и было обещано. Слово свое Зэф сдержал - и совершенно напрасно. Потому что выпущенный из подвала доктор очень скоро привел боевиков. Пришлось устраивать им ловушку с фейерверком и спешно уходить с забинтованным брюхом через запасной лаз. Спасибо, вовремя подоспел Ляма. Вдвоем им удалось выйти из опасного района и добраться до вертолета. Пока вырывались из воюющей республики, рану смазывали маслом расторопши. То же самое Зэф принимал вовнутрь. Нехитрая медицина помогла. Рана зажила, и обошлось без сепсиса…

Стоящий на лестничной площадке Кузьменко наконец-то справился с многочисленными замками и отворил дверь. Позволив ему ступить за порог, Зэф в два прыжка одолел последний пролет и, шагнув следом, резко ударил психотерапевта в подзатылочную часть шеи. Под кулаком знакомо хрупнуло, и жертва, дрогнув, мягко повалилась на пол. Успев ухватить его за шиворот, убийца самортизировал падение. Ни крови, ни иных следов насилия ему было не нужно. Притворив за собой дверь, Зэф быстро заглянул в чужой портфель. Кажется, все главное было здесь - стопка запакованных в полиэтилен дискет, папка с подробными выписками, калькулятор, зеркальце и прочая лабуда. Судя по всему, психотерапевт исполнил все в точности. А сверх плана прихватил и тугую, перетянутую резинками пачку - и не пачку даже, а этакий весомый кирпичик из купюр. Зэф покрутил его в руках, удовлетворенно хмыкнул. В основном бумажки были по сто и пятьсот рублей, что вполне устраивало убийцу. Видно, часть денег Кузьменко хранил прямо на работе, - часть, поскольку на все сбережения нечистого на руку психотерапевта это никак не походило.

Забрав из портфеля все ценное, Зэф скоренько обыскал квартиру. Первый тайник - в туалете за зеркалом - он нашел сравнительно быстро. В кирпичной нише, прикрытой гипсокартоном, покоился мешочек с золотыми и серебряными монетами. Рассматривать их Зэф не стал, просто пристроил к взятым ранее трофеям. Прижимистому напарнику можно было в этом смысле доверять. Какую-нибудь дешевку он прятать бы не стал, как не стал бы ограничиваться и одним-единственным тайником. Наверняка и в банках этот жучок имел приличные счета, но в банки, увы, не залезешь. Оставалось надеяться, что определенную толику валюты Кузьменко хранил у себя дома.

Зэф не ошибся, хотя с поиском второго тайника ему пришлось повозиться значительно дольше. Собственно, и здесь, видимо страхуясь на случаи возможных вымогательств, психотерапевт предусмотрительно распылил наличку, спрятав около десяти тысяч долларов в подушку, еще три тысячи - в фарфорового болванчика на полке и главную сумму тысяч в двадцать или тридцать - под обувную тумбочку, устроив там нечто вроде второго дна.

Разворачивая последний пакет, Зэф даже прищелкнул пальцами. Что и говорить, человечком Кузьменко оказался запасливым, а что еще важнее - абсолютно предсказуемым. Очень уж много успел закурковать за последние три года. Всего, наверное, тысяч семьдесят или восемьдесят, а с возможными банковскими вкладами и того поболе. Но, увы, деньги любят живое обращение, Кузьменко же этого не понимал, собираясь только копить и копить, а значит, и сделано все было правильно. Тот, кто копит, обычно цепляется за жизнь, надеется на будущее. Понадобится спасать это будущее - и сдаст самых ближайших компаньонов. С преспокойным сердцем и легкой душой. Да и какое там, к черту, сердце, если сдавал в бордели своих же бывших любовниц! Все равно как тару в посудный магазин…

Осторожно отодвинув занавеску, Зэф выглянул во двор. Все было чисто. Никто не увивался возле машин, не следил за окнами. Можно было уходить из квартиры, но в плане Зэфа имелись и другие немаловажные пункты. Джакоп велел рубить хвосты, но не разъяснил как, - стало быть, инициатива целиком и полностью должна была исходить от исполнителя. Это его не пугало, и, пожалуй, так оно даже было лучше. Тем более что роль исполнителя его никогда не тяготила, - напротив, Зэф, как в былые горячие времена, начинал ощущать азарт и нарастающее возбуждение. Тем более что это были уже не криминальные шашни с бабенками, - ему предлагалась более жесткая игра: один на один потягаться с охранным агентством! Да не простыми сторожами-охранялами, каких сейчас пруд пруди, а ребятками, прошедшими школу спецназа, подобно ему не раз и не два катавшимися в горячие точки. Это было уже по-настоящему интересно, хотя и опасно. Собственно, потому и интересно, что опасно…

Зэф оглянулся на лежащее в прихожей тело. Приблизившись к покойному, пошарил в карманах. Достав ключи от машины, рывком поднял обмякшее тело, руку Кузьменко закинул себе на плечо, сделал пару пробных шажков. Несколько тяжеловато, но терпимо. Жаль, нет рядом Костяя, но и в этом имелся свой плюс. Был бы Костяй, пришлось бы делиться содержимым тайников, а делиться - даже с самыми близкими напарниками - было всегда скучно. Крякнув, Зэф поудобнее обхватил мертвеца, шагнул к двери. Ничего! Как-нибудь дотащим…

Собственную кепку он надел чуть набекрень, зыркнув на себя в трюмо, подмигнул одним глазом. Теперь, если кто и заметит, наверняка примет за пьяных. А засомневаются, он и песенку им споет.