Читаем без скачивания Клуб худеющих стерв - Акулина Парфенова

– Но в то, что физические упражнения сгоняют жир, ты хотя бы веришь?

– Я не сделала ни одного упражнения, а сбрасываю вес от часа массажа в день. Ты говорила, что эффект будет снижаться. А он не снижается, – Люся откровенно торжествовала.

– И все равно мир познаваем.

– Ты не убедишь меня никогда…

Люся: коэффициент злобности 6, вес 70.

Оля: коэффициент нервности 9, вес 65.

Настя: коэффициент целеустремленности 8, вес 60,5.

Часть III

Diagnosis

Глава 12

Пенис

Юля: уровень фенилэтиламина 21 %.

Сергей Иванович не заставил себя долго ждать и позвонил в тот же вечер с сообщением, что в понедельник надо лететь в Австралию и Сингапур.

Юля решила, что не будет мельтешить и устраивать истерики по телефону, а дождется понедельника и прояснит все вопросы лично.

Илья не помнил, сколько и когда он давал Денису. Но от этого его решимость содрать долг не уменьшилась.

Он позвонил Денису и сказал:

– Отдашь для ровного счета пятьдесят штук. С этой минуты начинают щелкать проценты. Так что в твоих интересах вернуть деньги как можно быстрее.

Денис не взял трубку, просто слушал, как Илья наговаривает сообщение на автоответчик. Он надеялся, что Илья уже забыл о происшествии. Но теперь, другого выхода Денис не видел, нужно было действительно смыться из города. В горячке Илья мог наломать дров. С одной стороны, Денис злорадствовал, потому что понимал: Илья ни за что не получит Юлю, которую, видимо, сильно хочет. С другой стороны, сам Денис перестарался и попал под раздачу.

Впрочем, он нисколько не сомневался, что Илья остынет и оставит его в покое.

Денис перекачал записную книжку с симкарты в аппарат, а себе пошел и купил другую.

Юля добралась до Москвы так же, как и в прошлый раз. Быстро и без хлопот. Она не стала брать вещи у Насти. Просто пошла в довольно дешевый магазин и купила там все, что было нужно. От Настиных нарядов эти отличались только ценой и отсутствием громких названий. А лекала явно делали в одном месте.

В Москве Юля встретилась с Сергеем Ивановичем уже в самолете. Юра-Дживс был реабилитирован и поздоровался с ней, как со старой знакомой.

– Аптечку обновили? – спросила его Юля.

– Обновили еще как, вместо одного чемодана у нас теперь два. Будешь смотреть?

– Да ладно, в принципе все понятно. Ты, главное, новый кофе не покупай.

Сергей Иванович некоторое время был занят, а потом подсел к Юле. В этот раз он был настроен чуть более сме ло. Интим входил в обязательную программу этого совместного путешествия. Он уже сделал серьезный шаг в Юлину сторону, теперь настало время убедиться, что она правильно понимает движение их отношений и готова к ответному шагу.

Юля не думала об отношениях с Сергеем Иванови чем, дело выдвинулось для нее на первый план, она искренне верила, что модернизированный санаторий будет приносить гораздо больше денег, чем теперь. И ей не хотелось думать о том, что положительное решение Сергея Ивановича опиралось только на человеческий фактор, то есть не просто на его к ней симпатию и уважение, а на стремление получить от нее нечто большее. Прежде Сергей Иванович никогда не вел себя как сексуальный маньяк, отчего бы ему вдруг поменяться. И поэтому Юля сразу начала с главного:

– Нынешняя администрация демонстрирует полную нез аинтересованность в переменах. И не только на словах. Мне мешают работать. Санаторий загружен, мы с Борисом Алексеевичем не можем начать ремонт. Если мы с вами серьезно беремся за реконструкцию, то всех этих брежневских ударниц придется уволить. Иначе они костьми лягут, но работать не дадут.

Сергею Ивановичу до решения основного вопроса не хотелось говорить ни «да», ни «нет». А решить его он рассчитывал вечером в чудных посольских апартаментах с видом на океан.

– Поступим так, – наконец сказал он, – возьми поэта жный план санатория и распиши каждое помещение согласно задумке. Имея в виду, конечно, минимальное изменение назначения помещений, то есть, как минимум, спортивный зал, бассейн и спа-комплекс должны остаться на своих местах.

– Я бы с удовольствием, но мне даже не удалось посмотреть помещения. Мне просто не дали ключей.

– Ах, вот оно что. Хорошо. Как только вернемся, устрою им всем взбучку.

И он ласково посмотрел на Юлю. Взгляд его говорил: расслабься, отдохни. Это был подходящий момент для того, чтобы взять ее руку в свою, показать наконец недвусмысленно, какого развития отношений он хочет. Но тут самолет вошел в зону турбулентности, и Сергея Ивановича затошнило. Тошнота и романтика согласуются мало. Ему снова пришлось отложить объяснение до лучших времен.

В Гонконге самолет сел дозаправиться, а потом полетел дальше. Странным для Юли образом через десять часов полета, когда в Москве было всего восемь вечера, самолет угодил в завтрашний день.

Поэтому, когда они сели в Канберре, с Юлиными внутренними часами творились неполадки. На небе светило солнце, а ей ужасно хотелось спать. К слову сказать, день был жаркий, совсем не зимний. Пустынный климат навалился на Юлю со страшной силой, ее потряхивало, а едва она закрывала глаза, начинались «вертолетики». И это несмотря на то, что в посольской машине работал кондиционер. Она ехала во второй машине, с помощником; Сергея Ивановича приехал встречать посол, и они вдвоем ехали в первой.

Юля не подумала про пустынный климат и не взяла из бортовой аптечки нашатырь. А он ей весьма приго дился бы. Ехать пришлось больше часа, и, когда они добрались до миссии, Юля находилась в полуобморочном состоянии и не смогла самостоятельно нести свой шопер. Сергей Иванович был занят с послом и Юлины мучения не видел.

Ее довели до отведенной комнаты и предложили медицинскую помощь. Юля попросила включить кондиционер на максимум и принести нашатырь.

Спустя полчаса, которые она провела сидя прямо под морозной струей, ей полегчало, она приняла душ и переоделась. Выходить из своей комнаты Юля опасалась.

Сергею Ивановичу сообщили, что Юле нездоровится, и он пришел к ней, как только освободился. Сергей Иванович, в противоположность Юле, жару любил и переносил ее хорошо. Едва он, вежливо постучавшись, вошел в ее комнату, его стал пробирать холод, и вскоре он основательно замерз.

Он заранее подготовил речь, в которой собирался предложить Юле перебраться к нему в апартаменты, располагавшиеся в другом здании. Оно не выходило окнами на океан, океан был вообще довольно далеко.

Но апартаменты и вправду были приличные. Однако смелости сказать это сразу ему не хватило, поэтому, для того чтобы собраться с духом, он предложил Юле прогуляться – миссия находилась в довольно обширном ухоженном парке. Юля знала, что добром прогулка не кончится, но отказываться не стала. Она вообще решила вести себя лояльно, чтобы Сергей Иванович исполнил обещание и разобрался с администрацией санатория. Сергей Иванович взял Юлю под руку, и они чинно, как пожилые супруги, прохаживались по эвкалиптовой аллее. Наконец Сергей Иванович обрел нужную смелость, остановился, поднес Юлину руку к губам и поцеловал ее.

– У тебя такие маленькие руки, – пробормотал он.

Это, конечно, была вольность, но совсем не такая, за которую следовало бы дать пощечину. Поэтому Юля не стала концентрировать внимание на этом жесте, снова взяла Сергея Ивановича под руку и принялась рассказывать о методах борьбы с лишним весом у мужчин. В парке было жарко, но тенисто и не очень душно, поэтому Юля продержалась довольно долго.

Вскоре их пригласили к ужину. Обеденный зал кондиционировался плохо, и Юле опять стало дурно. Толком не поев, она вернулась к своему кондиционеру. Отобедав, Сергей Иванович наведался к ней и предложил выпить в своих апартаментах. Юле было лучше, и она согласилась.

Сергей Иванович включил телевизор. Юля села в кресло и стала вслушиваться в новости, но ей мешал австралийский выговор ведущих.

Сергей Иванович заранее принял для смелости коньяку, теперь он налил себе еще, а Юле предложил красного вина, ему помнилось, что она его пьет.

Кондиционер был на минимуме, и Юля почувствовала головокружение. Только она собралась попросить добавить кондиционеру оборотов, как Сергей Иванович подошел сзади к ее креслу и положил руки ей на плечи. Он по-прежнему чувствовал себя рядом с ней дураком, но утешал себя тем, что будет молчать и себя не выдаст. Это был пробный вылет. Просто чтобы убедиться, что она не стряхнет его руки и не уйдет, рассмеявшись ему в лицо и хлопнув дверью. До Юли наконец дошло, зачем ее сюда позвали. Разыгрывать комедию в полубессознательном состоянии ей было трудно. И она приняла единственно возможное в создавшейся ситуации решение. Она глубоко вдохнула горячий сухой воздух и отдалась наступавшему на нее обмороку. Глаза ее закатились, голова свалилась набок, щека коснулась руки Сергея Ивановича. Он принял это прикосновение за ответную ласку и возликовал. Но через пару секунд осознал, что это не ласка. Юля, очевидно, находилась в глубоком обмороке, и ему ничего не оставалось делать, как просить о медицинской помощи для своего врача.