крайне трудно»[110].
В течение 25, 26 и 27 сентября части 1-й гвардейской армии ежедневно вели наступательные действия, неоднократно предпринимали ночные атаки, но сломить сопротивление противника не смогли. За эти дни боев дивизии армии К.С. Москаленко смогли продвинуться всего на 300–800 м. Потери в контрударах 20–26 сентября были ниже, чем в первые две декады сентября (см. табл. 11).
Таблица 11.
Потери личного состава наносивших контрудар армий Сталинградского фронта за период с 20 по 26 сентября 1942 г.
Армия Убито Ранено Пропало без вести По др. причинам Итого 1-я гв. армия 2009 7097 1320 186 10612 24-я армия 1181 4700 405 19 6305 66-я армия 432 1273 99 17 1821 Всего 3622 13070 1824 222 18738
ЦАМО РФ, ф. 220, оп. 220, д. 72, л. 86.
Хорошо видно, что основную тяжесть контрудара-продолжения вынесла на себе 1-я гв. армия К.С. Москаленко. Действовавшая на вспомогательном направлении 66-я армия понесла незначительные потери.
Не следует думать, что противнику успех в обороне достался легко. На 28 сентября в составе 76-й пехотной дивизии было девять батальонов, из них два средней численности, а семь — слабые (schwach). Битву она начинала двумя неделями ранее с девятью батальонами средней численности. 60-я моторизованная дивизия на 28 сентября насчитывала 7 мотопехотных батальонов, из них 4 в средней численности, 2 слабых и 1 «истощенный» (abgekampft). Саперный батальон соединения также проходил как «истощенный». Сражение 60-я моторизованная дивизия начинала со всеми мотопехотными батальонами в средней численности. Т. е. состояние дивизий радикально изменилось в худшую сторону.
Цепочка контрударов к северу от Сталинграда, проводившаяся с конца августа 1942 г., несмотря на крупные силы, в них задействованные, осталась недостаточно освещенной в отечественной историографии. Командующий фронтом А.И. Еременко предпочел вообще дистанцироваться от проведения контрударов, ссылаясь на занятость обороной города. В своих мемуарах он пишет: «Я же не мог уделять достаточного внимания этому фронту, поскольку всецело был занят на главном направлении — на Юго-Восточном фронте, который непосредственно оборонял Сталинград»[111]. Одновременно он с резкой критикой обрушился на своих заместителей, отвечавших за фронт к северу от города. Главный объект критики, В.Н. Гордов, к тому моменту был мертв и ничего в свою защиту сказать не мог. Вина за неуспех наступлений была также широким жестом возложена на Жукова: «В сентябре на Сталинградский фронт приехал генерал армии товарищ Жуков как представитель Ставки. Он участвовал в организации вышеуказанных контрударов и, несомненно, причастен к связанным с ними ошибкам. Ни в Сталинграде, ни в штабе Юго-Восточного фронта он не был, а проехал прямо в штаб Сталинградского фронта, находящегося в 40 км севернее от города. Приезд Жукова нас несколько обнадежил. Мы рассчитывали, что с его помощью Сталинградский фронт сможет реализовать выгодное положение своих войск по отношению к противнику и окажет более действенную помощь Юго-Восточному фронту, противостоявшему основному напору врага в самом городе и на его южном фланге. Однако наши надежды во многом не оправдались. Попытки Сталинградского фронта ликвидировать вражеский прорыв после приезда Жукова, так же как и до него, остались безуспешными»[112]. Однако сохранившиеся в архивах планы наступательных операций содержат автографы Еременко и его подпись. Так, например, план наступления от 27 сентября подписан А.И. Еременко и заместителем начальника штаба Сталинградского фронта генерал-майором Рухле. Соответственно, например, Военный совет 24-й армии составлял план контрнаступления с ремаркой в разделе «Решение» — «в основном указанные фронтом». Так что Андрей Иванович разделяет ответственность за контрудары 1-й гв., 24 и 66-й армиями с Г.К. Жуковым, В.Н. Гордовым, К.С. Москаленко, Д.Т. Козловым и Р.Я. Малиновским. Контрудары — это такая же неотъемлемая часть Сталинградской битвы, как бои в городе. Их забвение, по меньшей мере, несправедливость по отношению к тем, кто в этих контрнаступлениях участвовал. По сути своей контрнаступления Сталинградского фронта не отличались от боев в самом Сталинграде. Чуйков точно так же бросал в бой прибывающие резервы, стремясь отбить Мамаев курган и центральную часть города. При минимальной поддержке танков успехи контрударов 95 и 284-й стрелковых дивизий были едва ли не ниже, чем 1-й гвардейской армии. Разница была только в масштабах контрударов, т. е. в количестве задействованных соединений.
Тяжелые авиабомбы — страшное оружие бомбардировщиков VIII авиакорпуса в условиях открытых пространств в районе Сталинграда.
Однако деятельность Еременко и Гордова в качестве руководителей Сталинградского фронта явно не удовлетворяла верховное командование. Перестановки в управлении войсками на Сталинградском направлении шли практически постоянно с того момента, как с командования сняли такого титана, как С.К. Тимошенко. 28 сентября последовал приказ Ставки ВГК № 994209, в котором не только были изменены наименования двух действующих фронтов, но и сменены их руководители:
«В связи с усложнившейся обстановкой под Сталинградом, большой протяженностью фронтов и с возросшим количеством армий в них, а также в целях удобства управления Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Образовать в районе Сталинграда два самостоятельных фронта с непосредственным подчинением каждого из них Ставке Верховного Главнокомандования — из состава Сталинградского фронта — Донской фронт, включив в него 63, 21, 4 танковую, 1 гвардейскую, 24 и 66 армии и из состава Юго-Восточного фронта — Сталинградский фронт, включив в него 62, 64, 57, 51 и 28 армии.
2. Назначить командующим Сталинградским фронтом генерал-полковника тов. Еременко А.И.
3. Назначить командующим Донским фронтом генерал-лейтенанта Рокоссовского К.К., освободив его от должности командующего Брянским фронтом»[113].
В атаку по степи! Район Сталинграда. Август — сентябрь 1942 г. Одной из главных претензий к советской пехоте того периода было недостаточное использование своего стрелкового оружия.
Де-факто Ставка четко разделяла между двумя военачальниками-«зубрами» войска, ранее находившиеся под управлением А.И. Еременко. Состав армий новые фронты наследовали от своих предшественников — Сталинградского и Юго-Восточного фронтов. Заместитель командующего фронтом В.Н. Гордов и начальник оперативного отдела И. Н. Рухле были сняты с должностей и зачислены в распоряжение Народного Комиссара обороны. Начальник штаба фронта К.А. Коваленко был повышен в должности до заместителя
