— Кто именно «будь неладен»? — улыбнулся я. — Йонги Мелихаис или Кодекс Хрембера?
— Оба! — решительно ответил Джуффин. — Бедняга Багуда внезапно выяснил, что целая куча особо тяжких преступлений не повлекла за собой немедленного наказания преступника. Для него это очень личная трагедия. У Багуды, знаешь ли, случаются жестокие мигрени всякий раз, когда очередной злодей почему-либо не наказан. Так что сегодня мне придется потрудиться до седьмого пота. Буду массировать ему виски: до сих пор моего могущества худо-бедно хватало, чтобы облегчить его страдания. Впрочем, для Тайного Сыска мемуары Йонги — тоже не праздник. Подмочил он мне репутацию, по старой дружбе! Теперь найдется масса желающих испытать на деле: а вдруг и у них получится нас провести?
— Что-то я ничего не понимаю, — признался я. — А ведь действительно, как могло получиться, что этот гений, сэр Йонги, совершал преступления, а вы об этом ничего не знали? Неужели он такой могущественный? Или вы все-таки знали, но…
— Но покрывал его, поскольку мы были связаны общим делом? — закончил Джуффин. — Думаю, у Багуды созрел такой же вопрос. Но я действительно ничего не знал. Йонги — очень хитрый лис, еще хитрее, чем я думал. Он пишет, что выбирал время для своих подвигов с величайшей осторожностью. Он бузил только тогда, когда я отсутствовал — например, ездил в Холоми или вообще уходил на Темную Сторону… Узнать о моих отлучках было не так уж сложно, если учесть, что его родной брат Донди служит в Доме у Моста. А иногда я и сам сообщал ему о своих планах, поскольку нас действительно связывали общие дела… А когда меня нет в Ехо, некоторые вещи становятся вполне возможными. У нашего Кофы, конечно, золотая голова, фантастическая интуиция и надежные информаторы… Но, увы, неведомая сила не подбрасывает его на полметра от земли, когда кто-то в окрестностях столицы развлекается Недозволенной магией — даже если это всего лишь генерал Бубута тужится преодолеть земное притяжение и перелететь с одного из своих знаменитых унитазов на соседний. Сие досадное, но весьма полезное для нашей работы неудобство испытывает только мой организм, — Джуффин почему-то перешел на доверительный шепот и добавил: — Так не всегда было, Макс. Все эта проклятая должность! Когда в Ехо заводится слишком много любителей поколдовать, меня подмывает все бросить и сбежать на край света из этого грешного городка.
— Ужас какой! — искренне сказал я. — И что мы без вас станем делать?
— Хлестать грём с утра до вечера, со всеми вытекающими последствиями! — ухмыльнулся он. И мечтательно добавил: — Вся прелесть в том, что это были бы ваши проблемы, а не мои. И сейчас я почти готов сожалеть о том, что так до сих пор и не сбежал. Слишком уж все хреново!
— А как вы собираетесь это расхлебывать? — осторожно спросил я.
— Хочешь, скажу правду? — лукаво прищурился Джуффин. — Не знаю! Только никому не говори, ладно?
— Ладно, — машинально согласился я. А потом испугался. — Как это — не знаете?!
— А вот так, — флегматично сказал Джуффин. — Сам посуди: мало найдется охотников поверить в нашу версию, будто Йонги все придумал — сколько бы доказательств этому мы ни нашли… Люди всегда верят в то, во что им хочется поверить. А поверить, что нашелся хитрец, натянувший нос грозному Тайному Сыску, всем ужасно хочется. А уж поверить, что Его Величество возглавляет тайную организацию, бросившую вызов Ордену Семилистника, — почти невозможно, но так соблазнительно! Мы-то, конечно, сделаем, что можем, но толку от этого, сам понимаешь… Мир, я полагаю, не рухнет, и Гуриг на своем троне усидит, да и меня в отставку не отправят, к сожалению, но у нас будет куча мелких неприятностей. И что самое противное — это надолго!
— А если бы Йонги сам признался, что все придумал? — спросил я. — Как вы думаете, ему бы поверили?
— Ему? Ну, ему, скорее всего, поверили бы — если бы он говорил достаточно убедительно и не кричал на каждом углу, что на него было оказано давление, — Джуффин пожал плечами. — А что толку? Йонги умер…
— А вы верите в загробную жизнь? — осторожно спросил я.
Джуффин нахмурился. Потом вдруг поинтересовался:
— А почему мы никуда не едем, Макс?
— Не знаю. Наверное, я забыл, что надо куда-то ехать… Между прочим, я почти не спал этой ночью!
— Поехали, поехали! В Дом у Моста скоро заявится грозный сэр Багуда Малдахан. Будешь прикрывать меня своей Мантией Смерти. Он с тобой до сих пор не знаком, а посему побаивается.
— Приятно слышать, — улыбнулся я.
И мы наконец-то поехали. В начале улицы Медных Горшков энергично подпрыгивала на месте хрупкая рыжеволосая девочка-подросток. Очаровательное существо с энтузиазмом размахивало толстой кипой газет и радостным криком оповещало прохожих, что они могут стать счастливыми обладателями экстренных выпусков «Королевского голоса» и «Суеты Ехо».
— Брат Йонги Мелихаиса рассказывает о его жизни! Выдумщик Йонги вставал с дивана только для того, чтобы выйти в соседний трактир! — весело кричала девочка.
Джуффин поморщился.
— Ну, насчет того, что он не вставал с дивана, — это перебор. Вставал, и еще как! Такое откровенное вранье — хуже, чем вообще ничего. Сэр Рогро такой опытный журналист, но иногда перегибает палку, как мальчишка! Да и Донди хорош: такую чушь брякнул с перепугу… Дондика, между прочим, Йонги тоже сдал. Что-то они там крутили с казной Управления… Свинство, по-моему!
— Конечно, свинство — родного брата заложить ради красного словца! — фыркнул я. И снова спросил: — Так вы верите в загробную жизнь, Джуффин?
— Я не очень понимаю, как можно верить или не верить в то, о чем знаешь, — неохотно сказал он.
Я опешил и чуть было не врезался в толстенное дерево вахари у входа в Управление Полного Порядка. Впрочем, в последний момент мне все же удалось исправить положение.
— Приехали, — растерянно констатировал я. — Так вы ЗНАЕТЕ?
— Да, — пожал плечами Джуффин. — А чему ты, собственно, так удивляешься? Жизнь после смерти возможна, но не для всех, и это не слишком похоже на обычную жизнь — если только не похоронить себя в Харумбе… А почему тебя это так заинтересовало?
— Не для всех — это как? И что это за Харумба такая? Где она? — Я так разволновался, что у меня в глазах потемнело.
— Не для всех — значит не для всех, — спокойно сказал Джуффин. — Это очень тонкий вопрос, Макс. Однозначного ответа на него не существует, а уж ответа, который мог бы тебе понравиться, — и подавно… А Харумба — это город мертвых на Уандуке, теплое местечко для желающих любой ценой продлить свое существование. Я тебе потом расскажу, ладно? Это долгая история. И довольно печальная… А сейчас объясни: почему ты задал мне вопрос о загробной жизни в связи с Йонги? Ты что, решил, что его можно доставить с того света для публичного покаяния?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
