в деревне в инвалидном кресле. Но Элеонора сохранила его связи с Демократической партией, пока он лечился, и даже согласилась произнести речь на мероприятии по сбору средств в пользу партии. Она очень боялась выступать перед публикой и не умела делать это как полагается (у нее был высокий голос, и она нервно смеялась, когда что-то шло не так). Но Элеонора хорошо подготовилась к выступлению и хорошо произнесла свою речь.
Хотя Элеонора по-прежнему была не очень уверена в себе, она начала работать над решением социальных проблем, которые видела повсюду вокруг себя. Она начала активно заниматься вопросами, связанными с правами женщин, и налаживать связи с теми, кто серьезно относился к проблемам общества. В 1928 году, когда Франклин Делано Рузвельт был избран губернатором штата Нью-Йорк, Элеонора уже была главой женского комитета, поддерживающего Демократическую партию, и одной из самых влиятельных женщин в американской политике. Между Элеонорой и Франклином сформировался полноценный союз, в основе которого лежала его хватка и ее совесть. «Возможно, я знала о социальных условиях даже больше, чем он, — вспоминала Элеонора со свойственной ей скромностью. — Но Франклин знал все об управлении страной и о том, как можно использовать правительство для улучшения жизни людей. Думаю, мы начали понимать, что такое совместная работа».
Франклин Делано Рузвельт был избран президентом США в 1933 году, в разгар Великой депрессии. Элеонора путешествовала по стране (за три месяца она проехала около семидесяти тысяч километров) и слушала истории простых людей об их тяжелой жизни. Люди открывались Элеоноре так, как не делали этого перед другими влиятельными людьми. Она стала для Франклина голосом обездоленных. Возвращаясь домой из поездок по стране, Элеонора часто рассказывала мужу о том, что видела, и требовала от него реальных поступков. Элеонора принимала участие в организации правительственных программ по оказанию помощи голодающим шахтерам Аппалачского региона. Она убедила Франклина включить женщин и афроамериканцев в программы по преодолению безработицы. Кроме того, она помогла организовать концерт Мариан Андерсон у мемориала Линкольна. «Она упорно обращала его внимание на те проблемы, которым он по незнанию мог не придать значения, — говорит историк Джофф Уорд. — Она помогала ему придерживаться высоких стандартов. Каждый, кто когда-либо видел, как она встречается с ним взглядом и говорит: “А теперь, Франклин, ты должен…”, никогда не забудет этого».
У застенчивой молодой женщины, которая когда-то ужасно боялась публичных выступлений, со временем появился вкус к общественной жизни. Элеонора Рузвельт стала первой «первой леди» США, проводила пресс-конференции, выступала перед участниками национального партийного съезда, вела колонку в газете и принимала участие в ток-шоу на радио. На более позднем этапе своей политической карьеры она была представителем США в ООН, где использовала все свои политические навыки и обретенную ценой больших усилий жесткость, для того чтобы способствовать принятию Всеобщей декларации прав человека.
Элеонора Рузвельт так и не преодолела своей уязвимости; всю жизнь ее одолевали приступы мрачного «настроения Гризельды», как она называла это состояние (по имени принцессы из средневековой легенды, погрузившейся в молчание). Однако женщина сделала все, что могла, чтобы «стать толстокожей, как носорог». «Думаю, застенчивые люди остаются такими навсегда, но они учатся преодолевать свою застенчивость», — говорила она. По всей видимости, именно чувствительность Элеоноры помогала ей принимать близко к сердцу нужды людей, лишенных гражданских прав, а ее совесть позволяла ей говорить от их имени. Франклина Делано Рузвельта, избранного президентом США в разгар Великой депрессии, помнят за его сострадание людям. Но именно благодаря Элеоноре он знал, как живут и что чувствуют обездоленные американцы.
Связь между чувствительностью и совестью установлена уже давно. Специалист по детской возрастной психологии Гражина Кочанска провела следующий эксперимент. Добрая женщина дает малышу игрушку и говорит, что он должен обращаться с ней очень осторожно, потому что это ее любимая игрушка. Ребенок важно кивает в знак согласия и начинает играть. Но вдруг игрушка разламывается на две части (она специально сделана так, чтобы это произошло).
Женщина выглядит расстроенной и восклицает: «Вот это да!» Затем она ждет реакции ребенка.
Как оказалось, некоторые дети испытывают гораздо более сильное чувство вины за предполагаемый проступок по сравнению с другими детьми. Они отводят взгляд, обхватывают себя руками, прячут лицо. Именно те из них, кто больше всего чувствует себя виноватым, — это и есть высокочувствительные, высокореактивные интроверты. Они очень остро реагируют как на позитивные, так и на негативные аспекты происшествия. С одной стороны, они испытывают жалость к женщине, игрушку которой сломали, а с другой — переживают из-за того, что совершили плохой поступок. (Женщина, принимавшая участие в этих экспериментах, быстро возвращалась в комнату с игрушкой, которую «починили», и заверяла ребенка в том, что он не сделал ничего плохого.)
В нашей культуре слово «вина» носит негативный оттенок, но это и есть одна из составляющих совести. Тревога, испытываемая этими высокочувствительными малышами из-за сломанной игрушки, заставляет их в следующий раз делать все возможное, чтобы не сломать чужую игрушку. Гражина Кочанска пришла к выводу, что в четырехлетнем возрасте именно такие дети в меньшей степени, чем их ровесники, склонны обманывать других и нарушать правила. Когда такие дети достигают шести- или семилетнего возраста, родители обнаруживают у них такое качество, как эмпатия. И в целом у них меньше проблем с поведением.
«Функциональное, умеренное чувство вины, — пишет Гражина Кочанска, — способствует развитию альтруизма, личной ответственности, адаптивного поведения в школе, а также формированию гармоничных, грамотных, просоциальных отношений с родителями, учителями и друзьями»[313]. Это особенно важно, учитывая тот факт, что по данным исследования, проведенного в Мичиганском университете в 2010 году, в наши дни студенты университетов на 40 процентов утратили способность к сопереживанию по сравнению с их ровесниками тридцать лет назад, причем самое большое снижение этого показателя приходится на период после 2000 года[314]. (По мнению авторов исследования, такой низкий уровень эмпатии связан с широким распространением социальных сетей, реалити-шоу на телевидении и «гиперконкуренции»[315].)
Безусловно, наличие этих качеств не означает, что чувствительные дети — это ангелы. У них, как и у любого другого человека, есть некоторые эгоистические черты характера. Порой они ведут себя равнодушно и недружелюбно. По мнению Элейн Арон, когда вас переполняют негативные эмоции, такие как стыд или тревога, вы забываете о нуждах других людей.
Однако та же восприимчивость к опыту, которая порой создает трудности в жизни людей с высокой чувствительностью, лежит и в основе их совести. Доктор Арон рассказывает об одном подростке, уговорившем свою мать накормить бездомного, которого он встретил в парке, а также о восьмилетней девочке, плакавшей не только из-за собственных неприятностей, но и когда обижали кого-то из ее
