боец клана Черный Щит и, скромно скажу, непревзойденная рассказчица.
Она поднялась и встала рядом со мной у окна, плечом к плечу.
— Знаешь, в легенде о Душе-Поварихе есть одна деталь, о которой я тебе не рассказывала, — сказала она после паузы, и голос стал серьезным, почти торжественным.
— Какая? — я повернулась к ней.
— Она тоже была аномалией. Пришла из ниоткуда, не помнила своего прошлого, обладала магией, которую никто не мог объяснить. И она изменила мир. Освободила целый народ. Вернула оркам их силу и достоинство.
Тара посмотрела на меня с легкой улыбкой.
— Может, история повторяется? Может, ты тоже призвана изменить что-то важное?
Я промолчала, переваривая ее слова. Изменить мир? Я просто хотела выжить. Содержать харчевню. Жить спокойной жизнью.
Но в глубине души я знала, что спокойная жизнь мне больше не светит. Не после сегодняшнего. Не после того, как я узнала о своей природе.
Я была аномалией. Душой из другого мира, обладающей магией, которой не было места в законах этой реальности. И эта аномалия могла стать либо моей погибелью, либо моим величайшим преимуществом.
Я выбрала второе.
— Завтра пойду к гномам, — сказала я решительно. — Куплю материалы. Начну работать над новыми проектами. У меня есть несколько идей, которые хочу воплотить.
— А я прогуляюсь по рынку, — добавила Тара. — Узнаю, что происходит с Вортом. Когда его увезут. Остался ли у него кто-то из приспешников на торжище.
— Хороший план.
Мы еще немного постояли у окна, наблюдая, как торжище погружается в ночь. Затем разошлись по своим делам — я поднялась в спальню, Тара осталась в зале на своей импровизированной постели.
Лежа в темноте, я долго не могла уснуть. В голове крутились мысли, планы, идеи. Механизмы, которые я могла создать. Люди, которым они могли помочь. Мир, который я могла изменить. У меня была свобода экспериментировать без страха оставить след. У меня была невидимость.
И я намеревалась использовать это преимущество по полной.
Глава 26
Прошло три недели с того утра, когда Сорен Пепельный стоял на пороге моей харчевни, и я с рюкзаком за спиной, готовилась бежать, бросив все. Три недели, в течение которых каждый стук в дверь заставлял меня вздрагивать, каждая незнакомая фигура на площади казалась угрозой. Но ничего не происходило.
Ворта увезли в столицу под конвоем на второй день после его ареста. Я видела, как небольшая процессия выехала с торжища на рассвете — закрытая повозка в сопровождении четырех стражников в форме королевской гвардии. Тара, которая специально встала пораньше, чтобы проследить за отъездом, вернулась с новостью, что Ворт выглядел бледным и испуганным, совсем не похожим на того самоуверенного хищника, каким был раньше.
Сорен уехал следом, на следующий день. Вместе со своей сестрой Мартой и маленькой Пени.
Гномы из клана Черного Железа словно провалились сквозь землю. Брокен, который забрал «Искру Глубин», больше не появлялся в харчевне. Я несколько раз в день подключалась к нашей медной сфере-приемнику, настраивалась на частоту второго кристалла, который тайно встроила в механизм. Но сфера оставалась темной и безмолвной. Ни звука, ни отблеска изображения. Только холодная медь под моими ладонями и собственное отражение в тусклой поверхности.
— Может, они уехали? — предположила Тара, когда я в очередной раз отошла от сферы с разочарованным вздохом. Это было после обеденного наплыва, харчевня опустела, и мы сидели на кухне, потягивая травяной чай.
— Или просто не используют «Искру», — ответила я, вытирая руки о фартук. — Такие устройства не применяют постоянно. Они ждут подходящего момента. Когда понадобится узнать что-то важное, выследить кого-то, подслушать разговор.
— Или они поняли, что им не нужно больше следить, — добавила Тара задумчиво, крутя в руках кружку. — Ворта нет. Сорен уехал. Угроза миновала. Зачем тратить силы на шпионаж?
Я кивнула, но внутри оставалась тревога. Гномы не из тех, кто просто забывает о своих инструментах. «Искра» стоила слишком дорого, была слишком ценной, чтобы ее игнорировать.
Тот самый механизм, который работал в гостинице «Каменное ложе», Тара забрала на следующий день после отъезда Сорена. Пробралась туда рано утром, переодевшись в простое серое платье служанки, с ведром и тряпками в руках. Отыскала крошечного шпиона в углу комнаты инквизитора, за тяжелой дубовой мебелью, и спрятала в кармане.
Вернулась она с довольной улыбкой на лице.
— Легче, чем украсть яблоко у слепого торговца, — сказала она, выкладывая «Искру» на стол. — В гостинице суматоха — меняют постельное белье, моют полы после всех этих происшествий. Никто не обратил внимания на еще одну уборщицу.
Теперь «Искра» лежала в ящике письменного стола отца, завернутая в бархат, и ждала своего часа. Я иногда доставала ее, разглядывала при свете лампы, проверяла целостность соединений. Все было в порядке. Механизм работал исправно, готовый к новому заданию.
Но пока такого задания не было.
Жизнь на торжище текла своим чередом. Может быть, даже слишком размеренно после всех недавних потрясений. Харчевня работала как часы — метафора стала буквальной, учитывая, что мои механические помощники и правда двигались с точностью часового механизма.
Каждое утро я спускалась на кухню еще до рассвета, когда воздух был свежим и прохладным, а на окнах блестели капли росы. Активировала помощников легким прикосновением, мысленной командой, и они принимались за работу с такой слаженностью, что я могла заниматься более сложными задачами.
«Толстяк Блин» встречал меня довольным пыхтением, его массивные крюки уже тянулись к мешку с мукой. «Жук-Крошитель» выжидательно поблескивал бронзовой спинкой на разделочном столе. «Паучок-Мойщик» дремал на дне своего таза, но просыпался мгновенно, стоило мне коснуться воды.
С их помощью я могла экспериментировать. Пробовать новые блюда, которые вспоминала из прошлой жизни и адаптировать к местным продуктам. Голубцы из капустных листьев с мясом и рисом — гномы оценили. Что-то похожее на пельмени, только крупнее и с начинкой из оленины — орки требовали добавки. Сладкие пирожки с яблоками и корицей — торговцы раскупали еще горячими.
Харчевня процветала. Посетители приходили и уходили. Гномы хвалили мое жаркое и пиво, которое я теперь закупала у лучших подземных пивоваров. Орки с удовольствием поглощали огромные порции мяса, приправленного острыми специями — я узнала, что они любят остроту, чем больше, тем лучше. Люди-торговцы предпочитали легкие овощные блюда с хлебом, запивая их светлым вином.
Касса наполнялась монетами — медными, серебряными, а иногда и золотыми. К концу второй недели нам наконец привезли наш заказ
