возвращаемся.
Он делает шаг ко мне, и я вскидываю руку с пистолетом, направляя дуло ему в голову. Остальные тут же целятся в меня. Кроме владельца дробовика и автоматчика. Первый вообще не двигается на своей подножке. Второй поднимает руку ладонью вперед.
– Не стрелять! – приказывает он, после чего обращается ко мне. – Убери пистолет, если хочешь жить.
– Мы с вами не поедем, – твердо говорю я, не двинувшись ни на миллиметр.
– Послушай, сестренка, – вновь встревает дробовик, – надо валить, пока сюда не нагрянула новая группа ходячих во главе с нарядными ублюдками.
С сомнением смотрю на него.
– С чего мне верить, что ты говоришь правду и сюда вообще кто-то направляется?
– Не веришь мне, поверь жужикам, – ухмыляется он.
– Что еще за жужики? – спрашиваю я, сомневаясь в адекватности парня с дробовиком.
Да и в своей, честно говоря, тоже.
Парень довольно хмыкает и указывает пальцем в небо. Даже не взглянув туда, понимаю, что речь про дрон.
– Жужики засекли ходячих в десяти километрах отсюда, – сообщает дробовик, убедившись, что мое внимание приковано к нему. – Но это было давно, они точно сократили расстояние в половину, если не больше. А придут они именно сюда. Так что надо валить.
В разговор вступает автоматчик.
– Если хочешь жить, то прямо сейчас отдашь мне пистолет и сядешь в машину.
– А иначе что? – чисто из вредности спрашиваю я.
– Мы уедем, оставив вас на закуску психам. Твой друг, очевидно, не в состоянии отразить нападение не то что голодной толпы, а даже мухи.
Смотрю на Нейта. Понимаю, это наш шанс. Единственный шанс. Если он и вправду не обратится, то эти непонятные личности, которым я собираюсь доверить наши жизни, могут спасти нас.
Опускаю руку с пистолетом, и медленно перекладываю его в другую ладонь. Протягиваю автоматчику рукояткой вперед.
– Рой, да ты прям дипломат, – со смешком заявляет дробовик.
– Притухни, Фрэнки, – беззлобно бросает автоматчик и шагает ко мне и так же медленно, словно копируя мои движения, забирает пистолет. – А теперь грузим парня и сматываемся.
Наблюдаю, как остальные приходят в движение, подхватывают Нейта и несут его к распахнутой задней дверце одной из машин. Иду следом, про себя молясь о том, чтобы не задрался рукав и не обнажился свежий укус.
– Эй, – окликает меня Рой. Оборачиваюсь и вопросительно смотрю на него. – У тебя есть еще оружие?
– Нет.
– Отдай рюкзак, – добавляет он.
Сбрасываю сумку со спины и протягиваю ему, а затем ныряю на заднее сиденье следом за Нейтом. Поддерживаю его тело, кажущееся безжизненным. Если он обратится по пути, то все, кто сидит в машине, в том числе и я, будут мертвы. Но сейчас мне на это глубоко наплевать. Возможно, так сказываются последствия пережитого потрясения.
Справа от Нейта садится один из парней, дробовик – Фрэнки – опускается на пассажирское и тут же поворачивается к нам, довольно при этом улыбаясь. Рой занимает место водителя. Остальные быстро забираются во вторую машину. Через десять секунд уже стартуем с места и мчимся в ту сторону, откуда они приехали, на такой скорости, будто за нами гонится свита самого дьявола.
Мимо проносятся сначала откровенные развалины, затем здания, которые выглядят, прямо говоря, плохо, а после и такие, что я привыкла видеть в заброшенных городах.
Впереди показывается что-то высокое и монолитное, до меня не сразу доходит, что это стена. Я не ошиблась. До того как услышала психов, хотела сказать Нейту именно об этом. Вот куда ушли части зданий – на строительство стены. С такого расстояния разглядеть ее толком не выходит, но я подожду.
С переднего сиденья раздается шипение рации. Фрэнки, который уже начал нервировать меня своим вниманием, наконец-то отворачивается.
– Что там? – спрашивает он, зажав нужный канал.
– А ты оглянись! – орет рация.
Следую ее совету. За вторым внедорожником замечаю мелькающие фигуры психов, несущихся следом за нами.
– Черт! Рано они! – восклицает Фрэнки, затем пару секунд возится с рацией. – Тори! Передай Рошель, чтобы выдвигалась, мы успеем добраться до ворот, но внутрь не попадем!
– Поняла, – отвечает рация.
– Гони, Рой! – нервно орет Фрэнки.
– Да гоню я, не ори! – обрывает автоматчик.
Не знаю, чего они так всполошились, психи отстают прилично. Смотрю в сторону приближающейся стены. Несмотря на то из чего она была построена, несерьезной преграда не выглядит. В высоту не меньше пяти метров точно, а сверху что-то вроде колючей проволоки, хотя я могу и ошибаться.
Вижу, как начинают открываться ворота. Рассмотреть, что скрывается за ними, не успеваю. Из-за периметра выезжает квадроцикл, после чего ворота тут же закрываются. Хмурюсь, но спросить, как мы попадем за стену, не решаюсь. Возможно, подкрепление из двух человек, сидящих на квадроцикле не настолько смехотворно, как могло показаться. Вдруг у этой Рошель, или как ее там, какая-то крутая способность, которая убьет всех психов разом?
Вот мы уже равняемся с квадроциклом, он проносится мимо и останавливается в тот момент, когда мы достигаем стены. Внедорожник круто разворачивается, становясь боком к воротам. Замечаю на стене с десяток людей с оружием, но они будто и не собираются стрелять.
Фрэнки поворачивается ко мне и довольно ухмыляется.
– Смотри внимательно, сестренка. Такого ты в жизни нигде не увидишь.
Стекло опускается, открывая мне обзор. Пыль медленно оседает. Смотрю на квадроцикл. С него на землю как раз спрыгивают сначала женщина, потом… девочка. Хмурю брови, силясь понять, что тут творится. Психи несутся на них нескончаемым потоком. Но вот девочка поднимает руки над головой, и толпа начинает замедляться. Медленно, но верно психи останавливаются, а затем… что за черт? Они падают на землю там, где стояли.
Подаюсь вперед, ухватившись пальцами за основание окна.
– Круто, правда? – доносится до меня довольный голос Фрэнки.
– Они умерли… – потрясенно шепчу я.
– Нееет, – тянет он. – Просто вырубились. Ты смотри-смотри.
А я только этим и занимаюсь. Вижу, что не все психи… эээ… потеряли сознание. Трое одетых в то, что осталось от деловых костюмов, шагают к девочке, завороженно глядя на нее. Останавливаются в паре метров и замирают, будто ждут дальнейших распоряжений.
Несколько раз моргаю. Фрэнки ошибся. Я подобное уже видела. И провалиться мне на этом месте, если это не та самая девочка.
Женщина приходит в движение. Она бросает что-то на землю, я, кажется, догадываюсь, что. Психи после взмаха руки бросаются подбирать это что-то и пихают в рот, а после еще одного взмаха несутся прочь. Дальняя часть валяющейся без сознания толпы приходит в движение, и вот уже все психи волной поднимаются на ноги. Они, не обращая ни малейшего внимания на стоящих перед ними людей, движутся прочь от стены следом за троицей, которую только что, если я правильно поняла, подкормили.
– Ну? – спрашивает Фрэнки.
Наблюдаю, как женщина помогает девочке взобраться на квадроцикл, а затем сама садится за руль.
– Что это было? – ошарашенно шепчу я.
Фрэнки весело смеется.
– Это Рошель и ее армия, – загадочно объявляет он.
Больше
