Да, вот уж загадка: что это за соединение пня и возвращения волхвов, которые выйти должны из валдая?
Так что же, всё-таки, необоснованные репрессии?
Вспомним уничтоженных соколов, волков и экологическую катастрофу на всей территории России, которую устроил русским Хрущ. Если читателю по росту понимать, что Хрущ — сатанист или, скорее, марионетка сатанистов, то можно идти дальше.
Сатанизм никогда до конца не склонял головы, даже при Сталине, тем более он чувствовал себя «нормально» и после Хруща. Высоцкого при Брежневе нам втирали под корку из окон каждой многоэтажки для быдла. При марионетке Горбачёв-Эльцин экологическую катастрофу нам повторили.
Ну, а теперь вспомните, откуда у населения мнение, что все репрессии необоснованные? Населению об этом рассказали СМИ — воспевавшие и Хруща и Горбачёв-Эльцина, то есть тех, при ком и было внезапно обнаружено, что в лагерях сидели репрессированные необоснованно.
Мне могут возразить, что сатанист — это Хрущ, а Горбачёв — типичная проститня. Тонкости не важны. Оба они, по любому, марионетки.
Историческая наша наука, если что успешно и доказала, так только то, что она совершенно свободно, с архивными документами в руках, может доказать совершенно противоположные вещи. Ельцин, писали, — Илья Муромец, теперь, говорят, — урод. Сталин, писали, — гений, под бомбами не ложился; теперь нам внушают, что чуть ли не под кроватью прятался, когда за стеной раздавались шаги кошки.
По поводу тех, кто вынужден был начать обучаться созидательным профессиям в лагерях, бытует два мнения, противоположных — сатаниста Хруща, отца сына-эмигранта, и, с другой стороны, созидателя-волхва Сталина, отца четырёх отважных сыновей, три из которых воевали на фронтах.
К кому прислушаетесь? С кем согласитесь?
Понятно, прислушиваются к тому, кто духовно ближе.
Основания для логического мышления, конечно, есть. Для меня вполне достаточно того, что репрессированные отнюдь не отождествляли себя с населением России — и проявилось это и в том, что они не желали идти на фронт. Что это так, можно выяснить на Севере. Вокруг лагерей русские шли добровольцами, а из лагерей — нет. Не сидели бы в лагере, можете быть уверены, воровали бы на складах, были бы при штабах парикмахерами и служили бы немцам.
Не отождествляли себя с русскими …
Если сталинское выражение «враги народа» вам не нравится, то можете использовать по отношению к ним другое выражение — «друзья народа». Полезно уточнить какого. Не русского — это точно.
Не сомневаюсь, мне возразят историки-демократы, с архивными документами в руках, что при 160 миллионах населения в лагерях сидело 300 миллионов, а добровольцами на фронт ушли 600 миллионов. 600 миллионов! Следовательно, в лагерях сидела, как и пишут историки и СМИсители за деньги, совесть нации.
Смешного тут только то, что электорат поверит — в конце концов, электорат же верует в слова Солженицына, что из 160 миллионов Сталин расстрелял 40 миллионов, то есть всех до одного взрослых мужчин, да и детей прихватил. Веруют!
Ну, как же, возразят мне, сейчас молодёжь вся повторяет о Сталине формулы, надиктованные им с телевидения и предписанные обязательной школьной программой. Получается, все они предатели?
Все — не все, но я имею право быть не верующим, а думающим.
В Институте российской истории РАН я изучал события лета 1941-го. Всё отчётливо: в начале войны, если не брать Северо-Западный фронт периода штаба на горе Русалка, дристунами и предателями себя показали 99 % армейцев и мобилизованных. Почти как в Европе. В Европе было ещё хуже.
От того, что с начала Войны прошло 65 лет, духовный состав населения нисколько не изменился. Это к вопросу о школьниках, которых трясёт от ненависти при имени «Сталин».
А вспомните, удержало ли население исконную веру своих великих предков? Где она, Святая Русь? Почему мы всё в удавке христианства?
В общем, куда ни глянь — глазами думающего, конечно, — картина одна: дегенератов больше, чем личностей.
Не стоит печалиться: Сталин работал с точно таким же материалом — и победил врага и более многочисленного. И страной мы до Революции под руководством христиан (презревших веру отцов) были, сравнительно с той же Германией и её союзниками, технически более отставшей. И прибалты со многими украинцами нас предали напрямую, и от азиатов толку на фронтах поначалу не было никакого — а всё равно победили. Победили!
Значит, можем сделать это и ещё один раз, и вообще сколько угодно раз.
Надо немногое: нужен гений, надо, чтобы его не убили ребёнком…
Когда появились паровозы, имел хождение такой анекдот.
Лектор объясняет устройство паровоза.
— Всё поняли?
— Всё!
— Вопросы есть?
— А куда лошадь запрягать?..
Вот так и я, читаешь где-нибудь лекцию о Сталине, волхвах, ведении.
А напротив сидит «мешок с навозом» и в конце спрашивает:
— Ну, так а как же со сталинскими необоснованными репрессиями?
Догадайтесь, этот мешок с навозом христианин или русский?
Действительные мотивы неприязни к Волку
Свои действительные мотивы люди скрывают.
Всегда.
Следует учитывать: завираются люди всегда так, что сами собственному вранью начинают верить.
Пример. В советское время все члены Союза писателей рассказывали своим любовницам, любовникам и знакомым, что как писатели они вовсе не блёклые, не бездари, как то может показаться от чтения опубликованных их текстов, — просто из их творчества публикуют якобы только самое блёклое, плоское, бездарное.
Дескать, самые ценные мысли цензура вырезает.
Тотально.
Тоталитарный, дескать, режим.
Система, дескать, плохая, а вот они сами — гении.
Но вот пришла Перестройка, и был период в несколько лет, когда публиковали всё подряд — потому что народ скупал всё подряд, впрок.
Цензуры не было, контроль зарубежного капитала в книгоиздании только набирал обороты.
Ну, и где же гениальные мысли в гениальных книгах?
Почему их нет?
Тут-то и выяснилось, что членов у Союза Писателей было много, не было только у них гениальных мыслей.
Блёклые в советское время книги выпускались не потому, что цензура все мощные мысли вырезала — нечего было вырезать. А все эти полуистеричные обличения цензуры — всего лишь игра. Хорошая мина при плохой игре. Правоборцы, однако.
На этом вранье паразитировал не только Союз Писателей, но и прожорливый Союз Журналистов, тут как тут и колонны кино— и теледеятелей…
Враньё и комедия.
Маска.
Охаивание Сталина тоже из той же маски.
Гению помешать не может ничто. Сталин родился в условиях хуже некуда. Мать — уборщица, презираемая шлюха, отец неизвестен. Номинальный папаша Виссарион, когда Сосо было 8 лет, ушёл в Тифлис и исчез. Сына бил. Бил без любви — чужой как-никак. Денег — нет, связей — нет.
Однако мальчишка стал не просто начитаннейшим человеком планеты и не только поэтом класса Пушкина, не только Победителем в величайшей Войне в истории человечества — но главное, Предречённым, который вернул Предкам уважение, вернул пламя огня и Минуту Молчания в ночь с 8-е на 9-е мая.
Я пишу — и весь трясусь. Только что вернулся из Нарымского сельсовета, разговаривал там с некоторыми начальничками — они все из потомков сосланных при Сталине кулаков. 9 мая, как они сами того не скрывают, в их душе ровным счётом ничего не шелохнется. Да, отца мобилизовали, деться было никуда, вот и пошёл, погиб — и кушали, как следствие, не так жирно, как хотелось бы. И — никаких у этих антиподов Сталина возвышенных чувств.
Я вот им сказал, что для меня 9 мая самый особенный из всех особенных, горло в Минуту Молчания перехватывает аж до судорог — каждый год так. И не у меня одного так, но и у молодёжи, у некоторых из которых воевали уже даже не деды, а прадеды и, казалось бы, всякое чувство должно раствориться.
Рассказал я это потомкам раскулаченных — а они меня не поняли. Не то чтобы открыто посмеялись — а так, как бы рассмеялись.
Вот меня и трясёт. До сих пор.
На одном языке говорим, а — разные.
Ненавидят эти «не шелохнется» Сталина не потому, что корову у их деда отняли. А потому Сталина ненавидят, что у него ещё ребёнком перехватывало горло при сосредоточении на теме предков-героев. Чужды им те, кто оставил след на воде.
Вот этим, собственно, и отличается мир гениального Сталина и мир бездарного кулацкого отродья из Нарыма, и ублюдков вообще.
Если у человека перед пламенем огня Победы в Минуту Молчания не перехватывает горло, если в пламени его подсознание не различает весть о чистоте волка, если в кресе он не угадывает способ посоветоваться с Прапредком — то он не родился для вечности, для гениальности, для счастья на Ворге…
