а внизу бурным потоком текла вода.
— Как же мне тебя не хватает, Арлид! — сказала Наитянка, со страхом смотря вниз. — Мне не хватает твоей решимости.
Она обернулась: Арликон уже пришёл в себя и летал вокруг скалы, явно разыскивая её. Наитянка замерла. Бежать было некуда, единственный выход — это спрыгнуть с обрыва прямо в бегущую быстрым потоком реку. Но как решиться прыгнуть в бушующие воды? В памяти всплыло воспоминание о том, как она с Арлид боролась с сильным течением на Аксериосе во время урагана. Тогда было страшно, очень страшно, но она была не одна… а сейчас. Наитянка ещё раз посмотрела на разъярённого Арликона и, собравшись с силами, сделала шаг с обрыва.
Сильный поток воздуха ударил в лицо, и через несколько секунд холодные потоки воды сомкнулись над головой. Быстрое течение подхватило принцессу и понесло вперёд. Сердце наполнилось волнами тревоги, когда Наитянка ощутила, как поток окружил её, втягивая в бездну неизвестности. Обессиленное тело не могло сопротивляться мощному течению реки, и в голове уже стали зарождаться мысли о том, что можно перестать бороться, отдаться на волю воде, пусть она поглотит сущность, освободит разум и душу от мучавших тревог.
Наитянка прикрыла глаза, но почти сразу же широко распахнула. Помутневшим зрением она увидела пузырьки, что вырывались из рта и поднимались к поверхности. Девушка забарахталась, вернувшись в реальность. Воздуха в лёгких осталось совсем немного. Наитянка замерла, пытаясь утихомирить страх, завладевший сознанием. Если она продолжит метаться среди водных потоков, то утонет. Принцесса постаралась расслабиться и вскоре почувствовала, как вода сама выталкивала её на поверхность. Наитянка поплыла к ней и, вынырнув, стала хватать ртом воздух. Вода то и дело попадала в лицо, мешая надышаться.
Девушка протёрла глаза ладонью, пытаясь восстановить чёткость зрения. После того как ей это удалось, Наитянка попыталась схватиться за берег, но руки соскользнули с мокрой земли. В душе начал нарастать страх. А сможет ли она вообще выбраться из реки?! Принцесса судорожно стала цепляться за берег в надежде найти точку опоры. Пальцы дотронулись до чего-то жёсткого. Наитянка крепко схватилась за это обеими руками и, проморгавшись, увидела, что держалась за довольно большие и крепкие корни дерева. Подтянувшись, она выбралась на сушу и, тяжело дыша, распласталась по ней.
Наитянка не знала сколько времени так пролежала совершенно не двигаясь. Небо совсем потемнело, когда она, глубоко вздохнув, поднялась и устремила свой взор на далёкие звёзды. Где-то среди них есть и планета Майс… и Аксериоса. Девушка встала. Надо было найти укрытие: уже ночь…
Местность здесь слегка отличалась от той, где она была: тут обильно росли небольшие кустарники с бледно-голубыми листьями, которые излучали едва заметное сияние. Среди этих кустов Наитянка заметила углубление в земле. Пожалуй, здесь она и переночует. Наитянка забралась внутрь и почти сразу уснула.
Глава 23: На чьей ты стороне?
Мира напряжённо сидела за столом и следила за каждым движением Келли, которая увлечённо сортировала какие-то баночки. Алиса предпочла сидеть чуть дальше на мягком кресле, а Снежка, так и не отойдя от двери, стояла, облокотившись о стену.
Прошло уже около двух часов с тех пор, как Келли рассказала им кто она. После услышанного они предприняли попытки покинуть этот дом, но, оказалось, он был под защитным барьером, к тому же здесь находился ещё какой-то древний артефакт, нейтрализующий любую магию. Алиса пыталась схватить Келли и заставить открыть дверь, однако вокруг второй сразу возникал барьер. За всё это время девушка несколько раз предлагала Ир-Хипс выпить чая, но они дружно отказывались.
— Слушайте, ну раз вы уже всё знаете и мне не надо играть роль, — нарушила молчание Келли, — я могу снять эти лохмотья и надеть свою одежду?
— По-моему, лохмотья тебе очень идут, — сухо произнесла Алиса, с презрением смотря на неё.
— Давайте не грубить друг другу? — та широко улыбнулась, стараясь изобразить дружелюбие. — Мы же с вами так хорошо разговаривали…
— Да, хорошо, пока не узнали, что ты — обманщица! — перебила её Мира.
— Это была вынужденная мера, — пожала плечами Келли. — Я скоро приду.
Как только Келли вышла в другую комнату, Снежка тут же подошла к подругам и спросила:
— Что мы теперь будем делать?
— Действительно, что… — буркнула Алиса. — Сидеть и ждать, когда нас выпустят, полагаю. Больше нам ничего не остаётся, они всё продумали!
— Пока мы тут сидим, на Майсе творится невесть что! — Мира взглянула на дверь. — Нам нужно выбираться отсюда!
— Мы уже пробовали, — повелительница солнца откинулась на спинку кресла. — Думаю, единственный выход — это переманить Келли на нашу сторону, тогда она нас выпустит. Но это само по себе невозможно.
— Давайте попробуем! — воскликнула Снежка, и её лицо озарила широкая улыбка. — Мне вот кажется, Келли не такая уж и плохая: эта, как её там… Миретта ей манипулирует!
— Снеж, я понимаю, что ты не видишь в людях ничего плохого, — вздохнула Мира, переглянувшись с Алисой. — Прошу, прими то, что Келли оказалась не той, кем мы думали. Ты же видишь, как она себя ведёт. Она нас обманула да ещё и поила этим чаем забвения. Ей нельзя верить.
— Но попробовать стоит, — Снежка с мольбой посмотрела на подруг, — пожалуйста, давайте поговорим с ней.
— Ладно, — протянула Мира, — но действуем осторожно. Зададим ей парочку наводящих вопросов, посмотрим, что ответит.
Едва она успела это сказать, как Келли вернулась в комнату. За эти несколько минут она успела полностью переодеться и привести себя в порядок. Бросив на Ир-Хипс задумчивый взгляд, девушка вновь принялась сортировать баночки.
— Келли, — позвала Снежка, — знаешь… ты же мне с самого начала понравилась даже до этого чая… ну, в смысле из-за него мы потеряли бдительность и прониклись к тебе доверием… но ты мне понравилась до него.
— К чему всё это, Снежка? — притворно буркнула Алиса. — Зачем ты это говоришь? Думаешь, ей это нужно?! Да ей всё равно!
— Вовсе нет, — встрепенулась Келли и обернулась к ним, — мне не всё равно, мне очень приятно это слышать… Правда.
— Правда? — усмехнулась Алиса. — Ты и правда несовместимы!
— Мне кажется, ты хорошая… Скажи, почему ты во всём этом участвуешь?
— Я нехорошая, — с едва заметной грустью произнесла Келли, отведя взгляд, — участвую, потому что планета Эме — мой дом.
— Но ты не злодейка! — отчаянно крикнула Снежка. — Не злодейка!
— Я плохая: я помогаю порабощать планеты!
— Но в глубине души ты хорошая! Я это чувствую!
— Да мне всё равно, что ты чувствуешь! — огрызнулась Келли, пряча глаза за волосами.
Снежка дёрнулась, будто её ударили, и, не произнеся больше ни слова,
