— Ты как? — неожиданно для меня донёсся вопрос из приоткрывшейся двери в палату.
Надо сказать, это не американский сериал и в реанимацию кто попало, надев халат, всё равно не зайдёт. Тем более, когда речь идёт про граждан с диссоциативным расстройством тел. Так что даже не глядя, можно предположить, забрёл некто совсем-совсем не кто попало. Да и не оглох я на оба уха, там шрамов не было, а вот мозг…. Короче, не будем о грустном. Голос я узнал, так что когда взглянул в ту сторону, то просто подтвердил для себя личность пришедшего. Это была генерал Ромашкина. Если точнее, то генерал-майор, Мария Сергеевна.
— Бывали времена получше, — ответил ей, попытавшись вложить в эти слова всю бодрость, которую смог собрать, а это оказались крохи и погоды не сделали.
Какая нелёгкая её сюда принесла? В том смысле, что сейчас меньше всего хотел её видеть. Вернее, чтобы она меня увидела разваливающимся на куски, в прямом смысле этого слова. Это говорить хорошо, что пытаюсь себя собрать, но по большей части, пока это делают хирурги, то и дело что-то штопая у меня внутри. Очень надеюсь, что зарубцуется. Потенциал выживания у тела велик. Правда, возиться потом, чтобы восстановиться…. Да по боку, тут выжить бы!
— Скажу честно, выглядишь ты…. Даже в гроб краше кладут, выражение не подойдёт. Чем-то Франкенштейна напоминаешь…. Такого себе, не гламурного, — проговорила она жёстко.
Добрая женщина, с большим сердцем, что ни говори. За то, наверное, и полюбил. С другой стороны, правда, она иногда тоже помогает…. Собраться. Опять же, отражение своё видел и так подбадривать меня не надо.
— Спасибо за благие пожелания и напутствия. Но я всё-таки красивая девушка и гламурность мне к лицу, — проворчал в ответ.
Всё-таки мне хотелось бы увидеть проявления хоть каких-то положительных чувств с её стороны, а не такого. Хоть бы мандаринов мне принесла, что ли…. Правда, мне их нельзя, но важен ведь жест, пусть и бессмысленный, и показушный, а не что можно, когда тебе так плохо и неизвестно, выживешь ли. Что-так хреново мне никогда ещё не было….
— Ты, когда косметикой последний раз пользовалась, а на СПА процедуры ходила? Или поведаешь, почему такой паршивый солярий посещаешь что загар такой не ровный. Хотя хочу заметить, местами очень красивый. Зимой между прочим, заметила она спокойно.
— Я и так красивая, да и вообще-то парень…. Который даже ни разу не целовался с девушкой, — заметил, в итоге, грустно.
— Это дело поправимое, — усмехнулась она и наклонившись поцеловала.
Нет не в щёчку, а всерьёз. Французским поцелуем. Сам я тоже не сопротивлялся, а ответил…. Очень надеюсь, не как полный профан. Ну…. Очень не хочется выглядеть дилетантом, тем более перед женщиной столько для меня значащей.
— Джонатан, зря ты стал скрытничать и не про все поединки рассказывать. Вся эта история на виду и видеть, то там, то сям, загадочные смерти иностранных бойцов, местами с прямо вопиюще характерными следами от методов убийств, преподающимися у нас, знаешь ли. Не дёргайся, никому своих подозрений не говорила и глушилку с собой принесла. Конечно, аппаратура, к которой тебя подключили, побарахлит, но мне хотелось бы получить ответы. Например, откуда ты методы Глуховского узнал? — таки задала она мне вопрос на засыпку, отстранившись.
Очень не хотелось прерываться…. Однако, тут же заработала голова и зароились сомнения. Вдруг она так меня сбивала с толку, размягчала, склоняла к откровенности? Правду выдавать ни за что нельзя! Это же смешно, Мария Сергеевна, я пришелец из будущего. Ага, а потом объясняй, что из собственного. И что оно уже стало абсолютно иным и постоянно отдаляется от всего, что знаю. Нет, что-то оно может и совпадает, но даже мой спич про удары амеров по Китаю, не факт, что осуществятся. Мало ли, как и по каким причинам они приняли решение в прошлый раз. А теперь возьмут и передумают. А я такой, рассказываю под запись, с серьёзным видом, а не на политинформации в качестве художественного бреда. Ну, уж нет!
— Поединок, он ведь не только из боя состоит. Да и есть у моей боевой формы виртуальное тренировочное пространство. Ставили же опыты, мне достаточно увидеть или прочитать, чтобы творчески переосмыслить и попрактиковаться у себя сначала в голове, чтобы уже неплохой результат поиметь. Просто это немного дольше, чем с тренером. Ну, а с ним…, — не договорил в конце.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Получается почти мгновенно, — довершила она сама.
Она ведь умная, так что сама себе всё придумала. Так-то ведь напрямую ничего ей на самом деле не ответил, просто перечислил известные факты. Ответы, это лишь её догадки и то, что она додумала сама.
— Вот именно! И зачем было в такую даль лететь, чтобы побеспокоить умирающего юношу, — постарался в последнее предложение вложить всю имевшуюся у меня патетику.
— Я знаю серьёзность ситуации. — прокомментировала она и почему-то отвела взгляд в сторону.
Такое её поведение видел впервые. Всегда, всегда она смотрела тебе прямо в глаза, как будто стараясь пробраться тебе прямо в душу и узнать все твои сокровенные тайны, а тут…. А потом случилось такое!
До меня вдруг допёрло, что сейчас в теле Влады, а она ведь не фига не мальчик. А очень, очень даже девочка, пусть и с экстраординарными способностями и настолько красива, что вполне могла стать миллионершей, проводи какие-нибудь стримы по играм. Но и это ещё не всё! Фамилия-то у неё Ромашкина и совпадение её с генеральской, ну, в смысле, той, что сейчас передо мной стояла, вовсе не случайна. Я, как бы её приёмная дочь. Да, дебилизм, но и французский поцелуй в такой ситуации тоже…. Пусть нам обоим и известно, что зовут меня Джонатан и вообще по фамилии Конопля. А и вообще…. Короче, я покраснел и сменил тело.
И это было ни фига не правильное решение. Ведь ещё в те времена, когда мне модифицировали микрофлору так, что она убивала меня, пыталась, со свистом, выяснили, что все мои тела взаимозависимые. И скорее всего не выжить в другом, если одно из них погибнет. Да и лечить то, что пострадало, невозможно. К тому же, ты всё равно чувствуешь все проблемы, словно и не сменял тела, хотя все исследования показывают, что с тобой всё в порядке. И это первое консервируется, а вот второе нет. Всё это к тому, что так не отложить проблему с необходимостью лечения. А вот то, что утратил возможность помогать себе своим даром…. Да и датчики запищали, ведь на Джонатане они не были закреплены. Естественно, персонал всполошился.
— Всё нормально. Оставьте нас, — потребовала Мария Сергеевна от вбежавших врачей.
— Но…, — замялся один из них, указывая в мою сторону и намекая, что всё совсем не просто и весьма опасно.
— В случае чего, отвечать мне, — твёрдо заявила она.
Так-то на огонёк с врачами заглянула и охрана. В общем, принять правильное решение докторам они помогли. Правда, аппаратуру те всё же отключили, и прямо потребовали срочно их вызывать, если что. Только всё это не сделало мне лучше и чисто физически ощущал, что становится только хуже. Однако, мы вновь остались одни.
— А ты быстро соображаешь, — заявила Ромашкина.
Правда, я не особо понял, к чему это было. Всё происходило, как в тумане и он сгущался, что, как понимаете, не способствовало быстроте и чёткости мышления. Что как-то сразу возникли сомнения, что влюблён в женщину, стоявшую сейчас рядом с моей больничной кушеткой. Однако, мои переживания совершенно не помешали ей наклониться и вновь меня поцеловать. Теперь он был правильный, опять французский, по всем канонам, между мужчиной и женщиной. Хотя не без изъяна. В моём состоянии целоваться только мазохисту, но тут неожиданно вспомнил, что хотел спасти Ромашкину. Этого профессионального убийцу, обучавшему премудростям ремесла и ставшей в процессе очень мне дорогой, ещё в ту, первую жизнь. Ну…. Как вариант, заделав её ребёнка.
А начни брыкаться, то все планы на свалку. Интересная трансформация. Как Влада, я её любил. А как Джонатан испытывал лишь рациональные чувства к дорогому мне человеку. Я что, ещё и по-разному к людям отношусь, в зависимости от того, в каком сейчас теле?! Это что-то новое. Но обдумывать такую фигню никакого желания не было, ибо хреново мне…. Но мысль зародилась, проверить, а, как её приёмная дочь, точно был влюблён или там были иные чувства, пусть и похожие, но другие? Господи, какая хрень в голову лезет, когда в свой первый раз целуешься. Теперь точно можно это сказать, ибо делаю всё в своём теле.
