вам или чужой человек с улицы? Вместо того, чтобы поддерживать меня и радоваться успехам я всю жизнь только и слышу одни упреки! Я искренне верила в то, что хотя бы ты, пап, меня любишь, но, очевидно, я чужой для вас человек.
— Ты преувеличиваешь, — тут же встревает мама. И говорит она эту фразу с такой интонацией, словно я и правда несу какую-то несусветную чушь, которую ей просто неинтересно слушать. Ей бы сигарету в руку и махнуть ею для полнейшего безразличия, чтобы я точно поняла, что это все — конец нашим семейным отношениям.
— Я преуменьшаю, — в горле встает ком. Я так давно борюсь с этой ситуацией, я так давно уговариваю себя просто отпустить и жить дальше без них. Не принимают, не поддерживают — черт с ними! Будут другие люди, в которых я смогу найти поддержку, раз самые родные мне дать ее не могут.
Но все равно больно, с каждым разом больно, с каждым словом. Эта обида никуда не уходит, я всю жизнь борюсь с тем, чтобы доказать им, что я по-настоящему достойна их любви, но… Но разве дети вообще должны доказывать что-то, чтобы их любили? Я, если честно, так дико устала от этого. Я хочу простой человеческой поддержки. Обнять маму, услышать похвалу от папы. Я хочу просто быть собой и знать, что меня любят не за что-то, а просто за то, что я — это я! Не за образование, не за неправильные или правильные выборы, а просто за то, что я существую, блин!
И я не сдерживаюсь и говорю все это вслух, иногда переходя на крик и глотая слезы.
А к черту! Пусть знают, я устала пытаться достучаться до них нормальными словами или даже ссорами. Вряд ли до них дойдет хоть что-то даже после этого монолога, но я должна была сказать и мне правда становится легче.
Выдыхаю и чувствую руки на своих плечах, а потом теплый поцелуй в макушку. Закрываю глаза, чтобы не видеть осуждающий взгляд родителей, ведь я, такая непорядочная, подняла голос на маму и папу.
Сижу еще секунд пять, а потом встаю и поворачиваюсь лицом к Илье без слов прося его уехать отсюда. Он понимает меня, и спасибо ему за это огромное.
Не оборачиваюсь. Не говорю ни слова. Даже не прощаюсь. Только хватаю свою сумочку и ухожу, крепко держа Илью за руку. Потому что он моя опора сейчас и без него я бы точно рухнула на землю и позорно бы разрыдалась.
Пока мы сидели там вместе — он отражал все атаки и нападки на меня, я чувствовала себя рядом с ним максимально спокойно. Но стоило ему уйти — всех прорвало. Меня в том числе.
Я плачу в машине, не скрывая эмоций, Илья выезжает со двора и не говорит ни слова, за что я ему очень-очень благодарна. Мы едем, и только минут через пятнадцать я понимаю, что даже понятия не имею, куда именно мы едем, потому что моя квартира находится в другой стороне.
— Ты как? — спрашивает он, когда я успокаиваюсь, и я тут же чувствую руку на своем бедре.
— Не знаю, — признаюсь ему. — Честно, думала, будет проще. Не хочу с ними больше общаться, никто из них не понимает меня вообще.
— Это твое право. Никто тебя не осудит за такое решение. Ты и так очень долго старалась. Но если вдруг ты по ним соскучишься и решишь, что тебе нужен еще один такой вечер — сообщи мне, ладно? Я буду рядом, чтобы все удары летели в мою спину, а не в тебя.
Улыбаюсь. Все еще очень грустно, но улыбка сама собой цветет на моем лице. Мне очень хорошо с ним рядом, все кажется даже каким-то нереальным. Еще неделю назад он был каким-то сумасшедше невыносимым начальником, который ведет себя точно помешанный на работе робот и не видит и не слышит ничего вокруг, а уже сегодня это настоящий мужчина, за спиной которого мне совершенно ничего не страшно. Не знаю, как и почему он действует на меня именно так, но все страхи и правда проходят. Я не закрываюсь перед ним и совсем не боюсь показаться настоящей: такой всей плаксивой и чересчур эмоциональной дурочкой. Он, почему-то, все это принимает и, кажется, ему это даже нравится.
— А куда мы едем?
— Выпускать эмоции, — улыбается Илья, сворачивая… в лес. Оу.
— В лесу?
— Да, — он снова улыбается, а я смотрю по сторонам и не понимаю, какого черта мы тут делаем. Да, тут есть тропинка, по которой явно часто катаются машины, судя по накатанным дорожкам от колес, но как-то все равно не по себе. Минуту назад я говорила, что за его спиной ничего не страшно, а сейчас я побаиваюсь его самого. Арина и ее биполярка и как с ней бороться, читать онлайн без регистрации.
Илья молчит! Я задаю еще несколько вопросов по поводу нашего местонахождения, но он молчит точно рыба и очевидно не собирается мне ничего рассказывать. Я начинаю нервничать и раздражаться от его хитрых улыбочек, а потом прихожу в шок, потому что…
— Мы что, будем стрелять?!
С ума сойти! Я вижу мишени, всякие разные, манекены, банки, игрушки как в тире, которые от удара падают назад. Тут и правда целая поляна для стрельбы и я почти не верю, что он и правда притащил меня именно сюда!
Я никогда не мечтала научиться стрелять, но сейчас это почему-то вызывает небывалый восторг.
— Твою гору плохих эмоций надо срочно перебить адреналином, поэтому мы испробуем сегодня всё! — говорит Илья, помогая мне выйти из машины, потому что сама я просто стою с открытым ртом и не могу связать и двух слов. — Будем лечить твои нервы, принцесса. Идем переоденемся и начнем с банок, пожалуй. Разобьешь десять — обещаю сделать сюрприз.
Надеюсь, этот сюрприз будет пошленький… Лечу переодеваться!
Глава 34. Илья
— С ума сойти! Я попала, просто сойти с ума!
Арина прыгает на месте, точно маленький зайчик, хлопая в ладоши. Вот уже два часа подряд она попадает почти по всем мишеням и не перестает удивляться своей точности. Честно, мне все-таки кажется что она где-то брала уроки стрельбы, иначе я не понимаю, почему она делает это так профессионально, но судя по тому,
