Читаем без скачивания Мой азиатский принц 2 - Ива Лебедева

и выбросила всю эту муть из головы. — Так что там про наши крылышки, которые уже увязли по уши?

— Хм, начнем, наверное, издалека. Вей-ди из той вымирающей породы мужчин, которых растили в достаточно строгой дисциплине и постоянном гнете заезженных фраз в стиле «мужчина должен». Не лучшее воспитание, но и провальным его тоже не назовешь. Хорошо, когда парень работящий, ответственный и готов принять на свою широкую грудь все тяготы жизни. Но минусы тоже присутствуют. Потому что чрезмерная ответственность и неспособность доверить кому-то свои настоящие чувства и переживания быстро ломает таких личностей. Хотя мы с Рю уже частично решили эту проблему.

— На мой влюбленный взгляд он в принципе совершенен, — рассмеялась я, пусть и понимала ее правоту. — Не вижу никаких минусов. И даже то, что могло стать недостатками для других, мне кажется очень милыми чертами. Но инструкцию по эксплуатации от опытного человека это никак не отменяет.

— Да черт ее знает, ту инструкцию, — махнула рукой Рита и тоже засмеялась. — Я даже к своему мужу еще полностью не написала. Слишком он у меня многогранная зараза. А ты просишь к этой шкатулочке с сюрпризами! — Она явно вспомнила что-то свое. — Лучше положиться на интуицию, пока что она тебя ни разу не обманула, так что просто будь собой. И не обижай рыбку. — Последнюю фразу собеседница произнесла очень многозначительно и серьезно.

— Рыбку?

— Это прошлый позывной Вейшенга. Он меня в свое время водил в рыбный ресторан и упорно выбирал столик у большого аквариума, где живет шикарная мурена. Я его с ней все время сравнивала, и ему подобное даже льстило. Но лебедь действительно подходит больше. Такой же утонченно-благородный, красивый и… вредный. Вроде только и делает, что величественно рассекает водную гладь, спокойный и отрешенный от мира. Но если его гнезду посмеют угрожать, без сожаления утопит. На крайний случай защипает и крыльями по башке настучит так, что мало не покажется.

— Главное — стать его гнездом, — подытожила я.

Глава 44

— Опять спама насыпали. — Мейрен, сидя за моим компом, разбирала рабочую почту. — А еще твоя дополнительная личка в Kakao не затыкается! Особенно много сообщений от всяких «младших сестер». Зря ты так легкомысленно раздавала свои контакты… пусть они и члены фанклуба, но это как минимум нерационально, чтоб все пищали в личный мессенджер!

— Да снеси его к бесам, — отмахнулась я, глядя в потолок. Вот как пришла, упала на кровать, так и лежала, рассматривая нарисованное бревнышко. — Тем более я не помню двухтактный пароль именно для этой лички. Он нигде не записан, поэтому и бабушка его не знает. Все в курсе моей амнезии, кому нужно — снова постучатся через официальный сайт.

— Дура, у тебя же номер старый, аккаунт к нему привязан. Восстанови пароль, да и все!

— Мне просто лень. Не хочу. Все равно я никого оттуда не помню.

— Вот же мамра! Между прочим, тут уведомления с частью текста всплывают все время. Я, конечно, не особо всматривалась, но волей-неволей взгляд иногда кидала, — продолжала бухтеть сестра. — И эти сообщения меня что-то настораживают в последнее время. Если не сказать — пугают!

— В смысле? — Я села на кровати и посмотрела на Мейрен. — Кто пугает?

— Мне откуда знать? Похоже, какой-то псих-хейтер завелся в фантусовке. Или выманил у кого-то из малолетних идиотов твою личку. Теперь время от времени написывает черт знает что.

— Так тем более сноси на фиг эту ерунду. Скажу завтра на стриме, что так и не вспомнила пароль, кому я очень нужна — пишите на сайт. Подружимся заново.

— Да не прячься ты за этот пароль, он достаточно легко восстанавливается! Особенно если предоставить техподдержке доказательства твоей амнезии, — ругнулась сестра. — Просто вырублю тогда дополнительную личку, и все.

— Вырубай!

К счастью, для этого не надо было входить в саму личку, достаточно было кода с телефона, к которому привязан KakaoTalk. Потом сестра нахмурилась и принялась высказывать ЦУ на будущее:

— Новые или старые, но пусть вместе с письмами интересные знакомые присылают на сайт еще и доказательства вашей «дружбы» или «деловых отношений». А то так к тебе снова кто угодно может напроситься и наврать о великой любви семь корзин. Мошенников и сталкеров сейчас развелось как тараканов в канализации.

— Без проблем, напомни только, — согласилась я. — А завтра…

Но договорить я не успела. В это время произошло сразу несколько вещей. Комп пискнул, сигнализируя о том, что один из личных мессенджеров аккаунта выключен. Одновременно мне на телефон пришло СМС-сообщение, высветившее на экран странную фразу: «Ах вот ты как⁈» — и где-то в отдалении что-то грохнуло. Будто шваркнули камнем по железному контейнеру для мусора.

— Прям как в хоррор-фильмах, — вздрогнула сестра. — Может, нам тоже попросить дополнительную охрану?

— Брось, это даже не у нас, — отмахнулась я. — Господи, сколько ж на свете психов… Вот поэтому я и не хочу быть блогером.

— Потерпи, — хмыкнула сестра. — Вот выйдешь замуж, и Вейшенг тебе запретит стримить. И никто ему слова не скажет, наоборот, еще и похвалят. Его — за заботу о жене, жену — за послушание мужу.

— Да даже если не запретит, я сама на него спихну. Расскажу аудитории о любимом муже-тиране из очень консервативной семьи и наконец с чистой совестью стану соленой рыбкой.

— Это без разницы, он запретит или ты сама от его имени запретишь. Главное, у тебя будет официальное и очень весомое по меркам аудитории прикрытие. Для чего еще, в конце концов, нужны мужья?

— М-да? Ты уже сказала об этом Энрике? В смысле, о его будущей роли полезного мужа?

— Да ну тебя! Если не хочешь прикрываться мужем, можно просто забеременеть. Под это дело получится списать вообще все что угодно! — выдала сестренка с таким апломбом, будто сама так поступала уже не раз. Ну-ну, дорогая, я тебе потом как-нибудь это припомню.

— Да я-то как раз ничего против не имею, мой лебедь одобрит, — решила я не заострять внимание и тут же перевела тему: — А насчет бревнышка еще есть вопросы.

Мейрен моментально забыла про странные послания в личку, развернулась ко мне и демонстративно надулась:

— Ты думаешь, это смешно?

— Не-а. Но если воспринимать все слишком серьезно, есть риск скатиться в занудство. Давай, жалуйся, чем именно ты недовольна, я помогу тебе вывернуть все это наизнанку.

— Вот именно — наизнанку! — фыркнула сестрица. — Ты слишком изменилась. Раньше из тебя улыбки было не выдавить, вечно ходила мрачная, как туча. А теперь не поймешь никогда, серьезно ты что-то говоришь или опять прикалываешься!