Читаем без скачивания Убийство в закрытой комнате. Сборник рассказов - Александра Мадунц

Судя по всему, уголовным делом смерть Николая Круглова не станет. Слишком все очевидно. Человек зашел на пятом этаже в лифт, на первом не вышел. Так как лифты в стране родной делают без учета голливудских стандартов — то есть никаких люков в потолке, — вариантов оставалось не много. Самоубийство, и… все.

— Я еще вам нужен? — почти прошептал Паша Вит-ковский таким специальным голосом, на который сразу хочется ответить «нет». Юрист изо всех сил пытался слиться с окружающей обстановкой — в обычной жизни ему хватало этих навыков, чтобы переждать бурю и ретироваться без потерь. Сегодня старая привычка сыграла против Паши. Выпускать никого не торопились, и то, что он уже три часа изображал предмет интерьера, способствовало лишь тому, что на него и впредь не обращали никакого внимания.

— Нужен. — Официально Яшкин мог только просить всех свидетелей пообщаться с ним и никуда не уходить. По счастью, пока никто не решался ему напомнить, что он лишь гость на этом имеющем все шансы так и не начаться расследовании. Витковского, так же как и любого юриста достаточно крупной компании, нужно было уметь готовить. Начать разговор сразу — верное средство не получить ничего, кроме удаляющегося перспективного свидетеля. Еще Яшкина напрягла такая мелочь… Почему господину Витковскому потребовалось ждать босса внизу? Переговоры были важные, переговорщики серьезные, и без юриста?

Преимущество хороших бизнес-центров — в непременном наличии уютного кафе. И этот не был исключением. Двойной эспрессо майору, чай с жасмином юристу.

— Павел, зачем вы вообще были здесь?

— Не знаю. — Витковский с раздражающим упорством повторял одни и те же движения — приподнимал правое плечо, потом наклонял голову к левому, возвращал голову на исходную позицию, снова поднимал правое плечо… — Я не знаю. Сделка уже была подписана, а сегодня утром Николай Андреевич вызвал меня…

— Николай Андреевич — Круглов?

— Ну да. Он велел отвезти его сюда. Я даже документов никаких с собой не брал. Потом ждал его здесь.

— А обычно вы его возите?

— Нет. Там что-то случилось с его машиной…

— А конкретно?

— Знаете, обычно люди его круга ездят на седанах — «мерседесы», «БМВ», «ягуары» — кому что… А Николай Андреевич — на мини-вэне. Он, конечно, роскошный — кожа, дерево, все как положено, и места там больше… Но все равно, как-то несолидно. А сегодня утром оказалось, что кто-то в его машину стрелял. Водитель Николая Андреевича говорил, что из «калаша».

— А кто стрелял, не сказал?

— Нет. Да и откуда ему? Он же водитель. Наверное, кто-то перепутал… И вообще…

Юрист остановился, будто поймал себя на том, что сболтнул нечто лишнее.

— Что «вообще»?

— Ну, понимаете, мы когда покупали эту модель мини-вэна, заплатили прилично еще и потому, что она бронированная. То есть по такой стрелять — глупо. А оказалось, что нет никакой брони, — дыры от выстрелов сквозные… Хотя тачка — тяжелая, стекла толстые… Водитель всегда жаловался, что на такой пока разгонишься…

— Долго общались сегодня?

— Кто?

— Ваш босс с Акуловым?

— Нет. Минут пятнадцать.

— Это нормально для него? Так коротко… — Опять все то же движение — плечо, голова…

— Обычно все иначе, с другим настроением, да и не любил он в офисах встречаться… А я вам еще долго буду нужен? Сейчас в фирме такой бардак, мало того что с Кругловым случилось, так еще и меня на месте нет… И я хотел, — казалось, юрист вот-вот потеряет сознание от собственной смелости, — вы не могли бы представиться… Вы же не можете меня задержать? Я же даже не свидетель…

— Но вы первым обнаружили тело?

Теперь можно было Пашу Витковского держать хоть до рассвета. Толку? Майор Яшкин был хорошим координатором, но точно не следователем. Плохо, что те, которые были здесь, и те, кого можно было бы привлечь, — дело точно не раскроют. Даже начинать не будут. Никто из них не знал лично Круглова. Когда-то в Афгане им вчетвером пришлось пройти через страшное и странное и, что бывает редко, — выжить. Старший лейтенант Круглов, рядовой Яшкин, старшина Ковалев и рядовой Максим Леонидович Горчев. Человек, которого с двенадцати лет все называли по имени-отчеству.

С Ковалевым Яшкин уже переговорил. Если бы одного желания Ковалева было достаточно для того, чтобы найти убийцу, виновный уже сидел бы. Увы, Ковалев был прекрасным водителем. Неплохим бойцом, и это все.

Если кто-то и был способен понять, как убили Круглова, то это Максим Леонидович. Но тот пока не знал о деле ничего.

Без казино жилось хуже. Интернет Максима Леонидовича нервировал, и результаты были не ахти. Хотя, конечно, грех жаловаться, свои три-четыре тысячи долларов в месяц он получал, даже если все летело к чертям и его пробивал особенно злостный приступ лени.

У Максима Леонидовича была простая биография, которая в советское время неминуемо привела бы к выселению за сто первый километр. Но СССР завял, и Макс спокойно жил в однокомнатной, купленной в тот редкий и краткий период времени, когда он все-таки пытался зарабатывать.

Школу он закончил легко и не напрягаясь, с отличным аттестатом, но без намека на медаль. Прогульщикам и злостным нарушителям дисциплины медали не дают.

После школы Максим Леонидович купил билет в Москву и больше в родной город не возвращался.

Проблема Максима Леонидовича заключалась в том, что каким-то странным образом развитие его интеллекта произошло параллельно с полным нежеланием работать. Достаточно рано сообразив, как привести две доминанты своей личности к гармонии, Максим стал игроком. Осторожным и очень специальным игроком. Его имя ничего бы не сказало ни одному профессиональному катале.

Горчев предпочитал играть с серьезными фирмами. Викторины, призовые интеллектуальные шоу, казино, а с появлением Сети — казино сетевые. Не против он был сыграть и на курсах ценных бумаг. Кто-то другой стал бы миллионером. Кто-то получил бы пулю в лоб. Максиму Леонидовичу хватало на жизнь и старые книги.

Одно время он даже поучаствовал сразу в десятке финансовых пирамид. Был бит, несмотря на то что вся его вина заключалась в умении вовремя выходить из проектов, что раздражало и неудачливых вкладчиков, и удачливых организаторов.

Со скрупулезностью ракового больного, принимающего экспериментальный препарат, Горчев раз в неделю посещал женщину, готовую ради буквально одной-двух купюр на многое. В его квартире первой и последней женщиной стала дама-риелтор. Максим считал, что женщины полезны не чаще, чем раз в неделю, в жестко заданном объеме функций.

Время от времени Максим Леонидович собирался получить загранпаспорт и вырваться в мир, где его способности еще не находили своей жертвы, но шансов на получение необходимого документа у него не было. Макса пугали чиновники примерно с той силой, с которой речной рак пугался бы кипятка, если бы понимал не только что именно эта жидкость может сделать с ним, но знал, сколько раз уже проделывалось подобное с его сородичами.

Лень все же иногда побеждала интеллект, приводя своего хозяина в не самые лучшие ситуации. Так он и оказался в армии. Горчев знал не один способ в армию не идти, но все они разбились в необходимости куда-то идти, что-то делать и опять-таки договариваться с госслужащими. Было лениво и противно. В результате за Максимом Леонидовичем пришел военком.

На два года лень была наказана — интеллект хозяина смекнул очень быстро, что в стране гор и талибов лениться можно только с высокой степенью риска для жизни. Так в его биографии появилась еще одна строка — Афган.

После демобилизации в личное дело Макса добавлять было нечего. Разве что вес.

Сейчас Максим Леонидович попал в ситуацию, которая ему особенно не нравилась. Хозяину очередного интернет-казино сильно не нравился игрок под ником leonmax, причем не нравился настолько, что после смены ника, номера счета и даже замены покера на блек-джек игрок был тут же вычислен.

Макс абсолютно серьезно не понимал, почему он не может продолжать зарабатывать деньги. В конце концов, он делал именно то, что, судя по рекламе, обещали хозяева сетевого развлекалова… Вероятно, в планы казино не входило появление игрока, который будет выигрывать больше, чем проигрывать. Поэтому к этому неправильному игроку должны были прибыть гос-ти, дабы объяснить подробно, возможно, с применением таких универсальных инструментов, как руки и ноги, почему не стоит заходить и даже думать о сайте, который уже заплатил Максиму Леонидовичу больше призовых, чем планировал для всех игроков за ближайшие пару лет…

Максим Леонидович не боялся. Боялся он только государственных чиновников, причем в местах их скопления, то есть в офисах, но само понимание грядущего дискомфорта раздражало его до глубины души.