Глава двадцать пятая
Джек
Капель. Плеск. Свист. Зима таяла, освобождая лес от своих снежных оков. Земля впитывала живительную влагу и уносила глубоко вниз туда, где жизнь деревьев, растений и цветов замерла в ожидании, чтобы возродиться вновь. Джек ступил на мягкую землю, ища глазами что-нибудь съедобное, в надежде наполнить свой пустой желудок. Скоро снова будет достаточно еды, и эта мысль принесла отдалённый намёк на радость. Тяжёлое чувство, поселившееся в нём со смертью Щенка, казалось, сокрушало всё, что приносило счастье раньше, уменьшая его, делая незначительным. Тёмная, тянущая боль была больше всего остального, она затмевала всё вокруг.
«Щенок. Щенок. Щенок…»
Ком подкатил к горлу, и Джеку пришлось замедлить шаг, чтобы успокоиться и взять себя в руки.
Легкий порыв ветра принёс с собой ужасный запах. Джек сморщил нос и, услышав низкое ворчание, повернуться вправо. Что-то шевельнулось в кустах.
«Кабан. Огромный».
Джек медленно присел в боевую стойку. Удивительно, но он не боялся. Эта тяжесть внутри даже страх делала маленьким.
…Мясо дикой свиньи продаётся за хорошие деньги. Если ты сможешь убить свинью, я принесу тебе твой собственный лук и стрелы…
Это была долгая, тяжёлая зима без Щенка. Голод. Страх. Одиночество. Рёбра Джека уже легко просматривались под кожей. Теперь, если он хотел выжить, то ему нужно оружие крупнее и мощнее. Не только ради мяса, но и для того, чтобы добыть достаточно меха, иначе ему не пережить такие суровые холода.
«А если я все же не выживу? Зачем тогда ждать, пока голод возьмёт меня медленно и мучительно? Почему бы не позволить кабану сделать это одним злым и резким ударом в живот? Разве так не будет лучше? Быстрее?»
Джек опустился на колени рядом с замшелым стволом дерева и замер, ожидая, когда кабан выйдет из кустов. Он медленно выдохнул.
«Звук капающей воды. Вонь кабана. Низкое рычание, исходящее из его собственного горла».
Сопение этого дикого кабана не было мягким. Он испустил визг — особенно неприятный, который всегда пугал Джека. Визг был похож на резкое и пронзительное дыхание чудовища или монстра, который, как Джек думал в детстве, мог жить под его кроватью. Однажды, он попросил свою Баку проверить, но она ответила, что Джек должен посмотреть в лицо своему страху, если он сильный мальчик.
Тогда он это сделал. Сделает и сейчас. Он встанет лицом к лицу с чудовищем. Даже если казалось, что он слишком часто сталкивался с разными монстрами. Даже если не мог понять: надеется ли, хочет ли победить или ему совершенно всё равно.
Кабан вышел из кустов. Огромный самец, который, верно, весил больше Джека раз в десять. Колючие белые щетинки покрывали его грязно-серое тело. Короткие острые клыки торчали изо рта. Он хмыкнул, увидев Джека, издал один из тех высоких, пронизывающих визгов и помотал головой из стороны в сторону.
«Вонь. Ужаснейшая вонь».
Запах разложения шёл из ноздрей зверя, будто гнил его мозг.
Такого бешеного и злого кабана Джек еще никогда не видел. Он двинулся к зверю, вынимая перочинный нож, лезвие которого стало маленьким после многих зим и лет использования и многочисленной заточки о камни. Но Джек не знал, что встретится с этим зверем сегодня, и не взял с собой охотничий нож.
Острый дар жизни, который давным-давно подарил ему темноволосый мальчик — вот и всё, что у него было. Это поможет ему выжить или умереть. И то, и другое устраивало Джека.
Кабан поднял голову и снова издал дьявольский визг-вопль.
Джек ощутил, как внутри него поднимается ярость. Он тоже поднял голову и закричал. Его крик разнёсся по лесу. Джек рассмеялся, как безумный. Это был звук отчаяния: смесь боли от потери, страха и пережитых страданий, исходящий из глубины его души.
— Иди и возьми меня, чёртов кабан! — закричал Джек. Гнев ревел в нём. — Делай всё, что хочешь!
С минуту кабан стоял, хрюкая, опустив голову, и Джек подумал, что он сейчас развернется и пойдёт в другую сторону. Джек наклонился вперед, готовый погнаться за ним, но зверь внезапно бросился вперед, застав его врасплох. Джек стоял на месте, упершись ногами в мягкую землю и согнув колени, выставив перед собой нож.
Его охватил страх, но вместе с ним пришло и дикое возбуждение.
— Приди и возьми меня, урод, — сказал он, но на этот раз вместо того, чтобы выкрикнуть эти слова, он произнёс их себе под нос, скрипя челюстями.
Кабан опустил голову ещё ниже и ускорился, бросаясь прямо на Джека.
Джек на секунду растерялся, инстинкты кричали ему бежать, разум и сердце вопили: «Нет!». Лес затих на мгновение. Словно каждое животное, лист и ветка замерли, желая стать свидетелями битвы между зверем и мальчиком. От ярости и злости у Джека потемнело в глазах, когда кабан рванулся вперёд так быстро, как только позволяло его жирное тело. И каким-то образом этот огромный монстр двигался с быстротой молнии.
Все чувства обострились и словно взорвались внутри Джека, когда дикое животное побежало прямо на него, отбрасывая Джека в ствол дерева. Издав ещё один боевой клич, чудовище продолжило приближаться.
Джек поспешно поднялся на ноги, пытаясь наполнить лёгкие воздухом. Он отпрыгнул в сторону как раз в тот момент, когда кабан снова набросился на него. Тошнотворный запах преследовал Джека, хотя его тело и ушло в сторону. Джек перекатился и вскочил на ноги, как раз в тот момент, когда кабан подошёл слишком близко и снова бросился на него с безумными глазами и слюной, летящей из пасти.
Джек поднял нож и перекатился. Глубокий вопль вырвался из его груди, когда он откатился от кабана и нанес первый мощный удар. Лезвие рассекло зверю плечо. Он издал ещё один демонический крик, на этот раз от боли.
— Ну же, грязное животное! — закричал Джек. — И это всё? Это всё, что ты можешь сделать?
Он чувствовал себя таким же бешеным и сумасшедшим, как и этот зверь. Ничто не имело значения. Он умрёт, но сначала нанесёт столько хороших и точных ударов, сколько сможет. Кабан хотел убить его, но Джек устроит такую битву, что эта мерзкая тварь никогда её не забудет. Этот уродливый монстр ещё расскажет своим уродливым внукам о Джеке.
«Судя по величине яичек, он способен произвести, по меньшей мере, сотню уродливых вонючих, как он сам, детишек», — думал Джек, хохоча, как сумасшедший, уворачиваясь и извиваясь, когда огромный, обезумевший кабан снова бросился на него.
Джек прыгнул в другую сторону, но на этот раз двигался недостаточно быстро. Он сделал выпад вперёд, но зацепился ногой за корень дерева и тяжело упал. Воздух порывисто вырвался из его легких, а кости задрожали от удара. Джек вскрикнул, боль заставила его свернуться калачиком, когда кабан боднул его, и острие клыка скользнуло по руке. Джек схватил кабана, сжимая большие складки его жирного тела. Зверь вновь завизжал и всей своей тяжестью обрушился на Джека, придавливая его.
