Огненная река, что догоняла нас, остановилась где-то далеко позади, отрезанная упавшей "отсечной створкой", именно для этого и придуманной умными головами инженеров, борющихся за выживание человека в пустоте пространства.
Еще мгновение, еще усилие и я чувствую всю нашу маленькую колонну из двух "бронемобильчиков", прикрывающих своими толстостенными тушками хоть и бронированный, но совсем не боевой флаер, который отчего-то, вместо того, чтобы взмыть к потолку и прибавить скорости, неторопливо тащился в середине, изредка рыская носом влево-вправо, словно принюхиваясь к тому, чем это пахнет из едущего впереди, броневичка.
" Зеленый"! - Рявкнула Лизка, наконец-то пробившись до моего разума, с интересом копавшегося в сознаниях людей, мельтешащих вокруг. - "Ты их убиваешь"!
" Нет, к сожалению..." - Вздохнул Юра. - " Он их калечит..."
Ну, в общем, да...
Все правильно.
Меня изначально не учили убивать, снимать часовых или закладывать взрывчатку в пояс шахидине. Да, "пластуны" меня учили, но учили не этому.
Мне не вбивали в голову, как надо держать нож, чтобы не замараться в крови.
Меня учили как держать нож, чтобы...
Чтобы было больно...
Ослепительно, больно. Больно не только сейчас, пару минут, но и чтобы через десять лет боль оставалась в человеке, пожирая его изнутри.
"Экспресс набор" для допроса на "месте" - слишком много чести для врага.
Убить, чтобы по врагу плакали его близкие - это слишком просто.
"Твой враг должен помнить всю свою оставшуюся жизнь, что его не пощадили, а прокляли"!
А "медикаментоз", это приятное дополнение, к сожалению, не всегда рабочее, очень дорогое и, увы, слишком времязатратное.
А вот тонкая игла в нервный узел - быстро, эффективно, доходчиво.
И не надо убивать - надо оставлять после себя воющее и блеющее, рвущееся одновременно в разные стороны существо, которое будет отвлекать на себя ресурсы противника, его медперсонал, пугающее до усрачки всех своих родных, в одночасье понимающих, что связались не с теми, и не тех назвали врагами...
Меня. Учили. Калечить.
Я закрыл глаза, отпуская быстро блекнущие огоньки в соседних машинах.
Мужик вернулся на свое место, рыскающий флаер, наконец-то взлетел и растаял где-то высоко, видимо, нырнув в соседний тоннель.
Мир возвращал цвета.
Звуки.
Я сложил пальцы в замок и с наслаждением хрустнул, признавая, что...
Меня очень хорошо учили не только калечить, но и скрывать, и скрываться...
Покрутив плечами и помотав головой, со вздохом, открыл глаза.
Старый вояка откровенно пялился на меня, изучая и что-то прикидывая в глубине своего черепа.
- Бу-у-у-у! - Радостно рявкнул я, ожидая реакции.
Дверцы выдержали закованное в скафандр тело, рвущееся на свободу любой ценой.
- Не скстись, я наелся... - Усмехнулся я, наконец-то принимая свое прошлое и с нежностью его разглаживая и рассматривая, уже с точки зрения не тайны, которую надо хранить, старательно демонстрируя окружающим, что ты отбитый пацифист, не умеющий постоять за себя и трясущийся от самой мысли о конфликте, а с точки зрения полезности.
- Псих долбанный... - Буркнул себе вояка под нос, старательно усаживаясь подальше от меня, поближе к выходу. - Совсем больной, крышей поеханный...
Ага, это он про меня...
От души посмеявшись, успокоил своих вголове жильцов, заверяя, что теперь, какое-то время, очень долгое время, снова буду адекватным и миролюбивым...
Наверное.
Лизка недоверчиво хмыкнула, а Юра вывалил мне на сеть, кто же такая моя доблестная защитница и откуда у нее такой рейтинг.
Блин, мог бы сделать это слегка раньше и все было бы замечательно, без "срыва"!
"Не было бы срыва, нас бы ухлопали взрывом!"
Резонно, не отнимешь.
Прокачивая в голове досье Юлы, искренне восхищался этой женщиной, понимая, что сам на такие подвиги не рискну, даже под наркотой!
Уйдя в пехоту в 17 лет, тера нюхала порох везде, где он только не вспыхивал - за 287 лет своей жизни ее послужной список насчитывал почти полторы тысячи конфликтов, войн и заварушек, в которых она становилась только жестче и ценней, как специалист.
В разведкеконтрразведке, ей, с ее прямолинейным характером, делать было, конечно, нечего, но вот в остальном...
От рядовых до генерала, через сорок госпитальных кораблей, девятнадцать учебок и сорока курсов повышения квалификации, два штабных направления, последнее из которых и стало ее причиной киборгизации - в штаб прилетело нечто невообразимое, чем противник захотел в одно мгновение покончит с войсками Аратана, высадившимися по многочисленным просьбам трудящихся.
Судя по затертому описанию, в штаб прилетело "санацией" ака "Огненным смерчем", что для псионов, гм, как-то неожиланно.
Тут, скорее, маг поработал, не меньше Архимага Огня, если он смог смерч до плазмы раскачать!
После киборгизации, Юла еще девять лет моталась с группами "миротворцев" и, надо отдать ей должное - все было чинно и благородно, а многие миссии и вовсе без стрельбы, что, при ее-то характере, гм, было странно.
- Приехали, выходи! - Поторопил меня вояка, выпрыгивая наружу и стараясь сразу же раствориться среди своих.
Да и пофиг, если честно, пусть растворяется...
Большой ангар, точнее - ЗДОРОВЕННЫЙ АНГАРИЩЕ, способный принять пятисотметровой длины кораблик, светлый, чистый, ухоженный и наполненный не только боевой техникой но и пятком, явно свадебных лимузинов на АГ подушках, с огромными, желтыми буквами ОМРО на стальном полу, заставлял воодушивиться.
Хотя, если присмотреться...
Один из свадебных лимузинов отозвался на ремкоманду, доложив, что ожидается ремонт после боестолкновения, а другой с одного борта сиял полировкой, не имея трети борта с другой стороны!
В общем, судя по всему, те же наемники, только с другой вывеской.
Осталось понять, зачем я им сдался, будет ли благодарность за спасение теры и не пришлепнут ли меня тут, втихушку, списав все потом на несчастный случай?!
- Страшно было? - Поинтересовалась, подхватывая меня под локоток, тера Кохлэ, уже упакованная в дорогой комбинезон, за который во Фронтире хозяйке бы отпилили голову и имени бы не спросили.
Я пожал плечами, думая, расскажет мой охранник или, все-таки, промолчит?
Если у них все строго с Уставом и Требованиями - отчет мужика уже изучают психологи и психиатры, если есть же "гусарская вольница" - фиг он кому и что расскажет!
Но, "расслаблять булки" не стоит, ох, как не стоит!
Пройдя по длинной палочке буквы "Р", Юла вывела меня к обычной, пластиковой двери без надписей и нажав на ручку, открыла ее и вошла, как бы намекая, что опасности мне тут не грозит.
Юра, "покрутившись" в местной сети, посетовал, что защиту ставил гениот-параноик с синдромом шизофреника и неврастеничными склонностями и деланно развел руками, заявив, что ломать тут хоть что-то - себе дороже: если не сработает тревога, так начнется принудительное откачивание воздуха...
Следуя за Юлой по узенькому коридору, время от времени съезжал глазами на ее упругий, обтянутый комбинезоном, зад, плавно-гипнотично плавающий влево-вправо...
И тут она резко остановилась, открывая еще одну пластиковую дверь, с набитой трафаретом, черной краской, фамилией "Ю. Кохлэ".
Вот только, восседающий за неохватным столом монстр, поднявший на меня взгляд, был мало похож на Юлу Кохлэ...
- Проходите, Дан. Отец хочет сделать вам предложение...
"Ну, надеюсь, не руки и серда..." - Подумал я и вошел.
"Если он скажет, что считает тебя лучшей партией - не верь!" - Шепнула девушка, внезапно покраснев так, что хоть спички зажигай. - "У него с мамой просто мания какая-то меня сватать!"
