злобно сверкал глазами. Вся компания сгинула во мрак.
Майор прижался к стене, пристроил фонарь на землю и сменил обойму.
Со стороны переулка бежали люди, кричали. Двое перекрыли арочный проход.
– Что происходит?! Бросить оружие! – Это были англичане.
– Управление специальных операций! – проорал Влад, наплевав на акцент. – Отойдите и никого сюда не пускайте, если не хотите неприятностей!
Добровольные помощники попятились, их силуэты мерцали в проходе. Зайти внутрь они не решались.
Градов снова был на ногах.
Уилсон бессвязно бормотал и цеплялся за стенку. Вот же пьянь подзаборная! А еще говорят, что русские пьют больше! Британца рвало. Влад схватил его за шиворот, оттащил в сторону. Тот что-то лепетал, махал руками.
Похоже, Уилсон не пострадал, а ведь был на волосок от гибели! Сладить с этой тушей было непросто.
– Вставайте, Уилсон! Надо уходить, если жить хотите.
Британец едва стоял, ноги его разъезжались. В подворотню въехала машина с горящими фарами. Проезд был узкий, но она вошла, медленно надвигалась.
– Я кому сказал, всем назад! – заорал Градов, бросаясь наперерез автомобилю.
– Командир, не бузи, это мы! – крикнул Нагорный. – Ты чего тут творишь?
– Быстро Уилсона в машину! – приказал Влад. – Нагорный, ко мне! Давай его на заднее сиденье!
Но машина перекрыла практически всю арку, сунуть Уилсона в салон было невозможно, пришлось выталкивать его из арки. Грамарь рывками подавал «Опель» вперед, давил на клаксон. Это было форменное сумасшествие. Через минуту сюда сбегутся все патрули района!
Уилсон заорал от страха, когда к нему прижался передний бампер. Он отчасти протрезвел, как-то косолапо кинулся прочь. За пределами арки майор догнал его, провел подножку. Британец грохнулся всей тушей. Нагорный подскочил к нему. Совместными усилиями контрразведчики затащили британского аналитика в салон, стали утрамбовывать ногами. Грамарь нетерпеливо газовал.
С обратной стороны подворотни снова кто-то вырос, требовал подтверждения работы на УСО.
– Да нет у нас никакого подтверждения. Вот же привязались, – проворчал Влад, падая на пассажирское место рядом с водителем. – Давай, Егорка, гони через эти дворы. Молитесь, чтобы они не закончились тупиком.
Глава одиннадцатая
Погони не было. Оперативники минут пятнадцать кружили по дворам, выбрались из жилых кварталов, заехали за дымящуюся свалку.
– Глуши мотор, Олежка, перекур, заслужили, – сказал Влад, закрыл глаза и несколько минут сидел неподвижно.
Остальные тоже молчали.
Пьяное бормотание Уилсона расслабляться не мешало. Потом он завозился, сделал попытку покинуть машину. Нагорный схватил его за шиворот, вернул на исходную позицию.
– Орел! Полюбуйтесь на него, – сказал Грамарь и поморщился. – Назюзюкался до потери пульса, союзничек хренов.
Ночь была безлунной, плотные облака двигались на юг сомкнутыми колоннами. Со свалки доносились пронзительные запахи.
Майор обернулся. Британский офицер прекратил сопротивление, откинул голову и тяжело дышал. Нагорный со сжатым кулаком висел у него над душой и был не против врезать ему от всей души.
– Вы в порядке, мистер Уилсон?
– Нет, мне очень плохо. – Язык с трудом слушался британца.
Искаженное лицо проступало из мрака. По салону разносился умопомрачительный запах сивухи. Виски, которое он употреблял, было не лучших сортов. Уилсон осторожно пощупал висок и охнул. Похоже, в подворотне ему не удалось избежать контакта со стеной. От острой боли в голове у него на минуту прояснилось. Он распахнул глаза, стал всматриваться в полумрак.
– Позвольте, я же вас знаю, – проблеял англичанин. – Вы тот самый русский офицер.
– Вы обознались, – отрезал Влад. – С пьяных глаз и не такое померещится. Вы понимаете, мистер Уилсон, что вас хотели убить? Не приди мы вовремя на помощь, ваш хладный труп уже везли бы в морг.
– Да, я помню что-то такое. – Уилсон всеми силами пытался сохранить ясность в голове. – Меня хотели убить. А вы не хотите?
– И мы хотим, – признался Градов. – Но не будем. Лишать вас жизни нет смысла, если вы, конечно, не станете запираться и во всем чистосердечно признаетесь.
– Я не понимаю, что вы хотите. Я прохожу службу…
– Мы знаем, где вы проходите службу, можете не стараться. Не надо плести байки про какой-то иммунитет, верность союзническому долгу. Вы могли бы просто поблагодарить нас за чудесное спасение.
– Да, конечно, я вам благодарен.
В открытое окно донесся шум. Нагорный заткнул британцу рот. Уилсон изогнулся дугой, стал усердно сопеть. Где-то неподалеку рыскали машины, перекликались люди, сидящие в них. Оперативники застыли. Шум затих через пару минут, автомобили уехали.
– Вяжите его, мужики! – приказал майор. – Рот заткните, чтобы не орал, и в багажник. Дипломатия сегодня не работает.
– А допрашивать не будем? – осведомился Грамарь.
– Только не здесь. Нас уже ищут. Это теплая компания, которая пыталась прикончить Уилсона. На свалке оставаться опасно, да и воняет она сильно. Лес недалеко, найдем укромное место, там и поговорим. К своим его везти нельзя, сами понимаете.
Уилсон замычал, когда в него вцепились сильные руки, дернулся и тут же получил по затылку. Контрразведчики заткнули ему рот автомобильной ветошью, связали руки веревочным тросом, оттащили к багажнику.
– Тяжелый этот гад, – посетовал Грамарь, отбивая о колено помявшуюся шляпу. – Ну да ничего, спи спокойно, дорогой мистер.
«Грань переходим, – подумал Градов. – Что сказала бы по этому поводу прогрессивная мировая общественность?»
Лес оказался не так уж близко. Шоссейные дороги с гладким покрытием остались в стороне. «Опель» катил по грунтовке. Мелькали симпатичные белые домики. Здесь не стояли воинские части, поселение выглядело заброшенным, половина его лежала в руинах.
Грамарь свернул в длинный проезд между сплошными заборами, выжал до упора газ. Гроздья щебенки вылетали из-под колес. Здесь находились закрытые предприятия сельскохозяйственного назначения. Заборы оборвались, машина выбралась на открытое место. До перелеска было рукой подать.
Тут две крытые легковые машины выскочили из-за ближайшего перелеска и устремились наперерез! Огонь был открыт без всяких преамбул, видимо, стрелки знали, кого встретили.
Вопрос о том, кто и как их выследил, остался без ответа. Автоматчики вели огонь из открытых окон, кто-то пытался выбраться на подножку, палил из пистолета.
Грамарь ахнул, резко дал по тормозам. Разворачиваться было поздно. На это требовалось время.
– Егорка, задний ход, жми! – взревел Влад, опуская до упора стекло.
Машины приближались, свет фар слепил глаза. Громко ругались товарищи. Грамарь переключал передачи. Кряхтел за спиной Нагорный, извернулся, пытаясь откинуть заднее сиденье. Под ним находился целый арсенал! Но разве можно достать его в один миг? Предупреждать надо!
Влад высунулся в окно, стал палить из «ТТ» по головной машине. В шесть секунд он выпустил всю обойму, вернулся на место, принялся лихорадочно перезаряжать пистолет.
«Опель», сотрясая боками, уже двигался задним ходом, разгонялся, вписался в бесконечный проезд между заборами. Автомобиль вилял, зацепил крылом
