– Зато не так часто из под носа уходят, – вставил отец.
– Больших интересно ловить, – вздохнул Славик. Ему не доводилось ловить больше чем на полкило. Да и тех было на счету три штуки.
– Бывает и малые рыбы повеселят и удивят, – продолжил дядя Петя. Сегодня он был как никогда разговорчив. – Однажды я ловил на озере, где водились только караси и щуки. Последних развелось много. Самые маленькие, с карандаш величиной, любили таиться под листом кувшинки. Плывешь осторожно на лодке, слышишь слабый всплеск – испугалась, ушла в глубину щучка. Раз я забросил, и блесна упала точно на лист. Смотрю, щуренок из-под него выпрыгнул, пролетел по воздуху, как летучая рыба, оттолкнулся от воды снова, снова… Четыре раза повторил, пока сил хватило. Конечно, когда неожиданно на твою крышу сваливается этакая авиабомба, поневоле испугаешься, дашь деру. Вот и он с перепуга бросился куда глаза глядят, бедняга.
– Жалко щучку, – посмеявшись, заключил Славик, – обидели вы ее.
– Этой повезло, – не согласился дядя Петя, – отделалась легким испугом. Вот другая в уху попала, а ненамного больше была… Ловил я на Белой, это река в Башкирии, – пояснил он, хотя Славик знал о его путешествии. – Хорошо там!.. Скалы. Сосны на их уступах стоят, река широкая, бежит, бежит… Ловил я на длинную тяжелую блесну – «Глубинную». Подтаскиваю ее к берегу, и буквально на глазах у меня из травы выскакивает щучка, хватает ее и тут же вместе с ней вылетает на берег. В общем-то ничего особенного. И поменьше рыбки хватают блесну величиной с себя ростом. Но у этой из пасти торчал хвост пескаря. Совсем недавно заглотила огромного пескаря, который и в желудке не помещался. И вот ведь ненасытная какая – все мало.
Он замолк.
– Расскажите дядя Петя, как вы путешествовали.
– Спать уже надо, – сквозь зевоту проговорил отец.
– Еще пять минут, – просительно сказал Славик. – Пожалуйста.
Дядя Петя вздохнул. То ли со вздохом вспомнил о неповторимости прошедших дней, то ли нехотя согласился.
– Хорошо, расскажу. Да нечего рассказывать. Все просто. Река петляет, гремит на камнях. Кругом горы, лес. Из-под скалы ручей вытекает, вода подземная – ледяная, дымится. Медом пахнет над рекой: липа цветет по горам – лес будто желтой вымазан. И на полянках приречных цветы: васильки луговые, душица, цикорий… На черемухе ягоды черные блестят. Щука в камышах всплеснет. Жерех ударит на струе – гул идет. Кулички стайкой пролетят над водой: то ли посвистывают, то ли в колокольчики звонят. Иволги с криком от гнезда ворон гонят. Коршун, большой, коричневый, парит кругами… В воду босиком зайдешь – пескарики набегут и давай пощипывать кожу…
– Вот это да!.. – восхитился Славик.
– По крайней мере тыкаются, щекочут, – дядя Петя подумал, что ему не верят. – Вот и весь рассказ.
Теперь с сожалением вздохнул Славик: он ждал большего.
За разговором они не заметили, как глухая темнота, усиленная светом костра, скрыла окружающий мир.
Когда в полной темноте перестали шуршать постелями, дядя Петя сказал:
– Обещал я тебе, Слава, очередной лесной рассказик… Он про ежика, которого ты недавно видел.
Дядя Петя помолчал секунду-другую и начал мерным привычным голосом:
– Умывались, чистились звери и птицы на бережку.
Лошадь на траву легла и давай с боку на бок через спину перекатываться. Только копыта в воздухе мелькают. Лучше щетки для нее не подыскать.
Утка вышла из воды на камушек и клювом каждое перышко чистит, укладывает после купанья.
«Зачем ты усердствуешь? – говорит ей ворона с дерева. – И так сойдет».
Утка от удивления не ответила ничего. Ей и подумать страшно, как это грязной да лохматой на глаза птичьему народу показаться.
Кошка – чистюля известная. Чуть свободная минута – она лапкой шерстку умывает, вытирает. Так и блестит вся.
Коровы на лугу тоже остановились, жевать перестали, начали по очереди одна другой шеи вылизывать.
Лисица, все знают, хитрая, лишний раз в грязь не сунется, лишний репейник на хвост не подцепит, обережется. А сегодня поутру где не побывала: и возле курятника, и возле амбара, и в болоте от собак пряталась… Не раздумывая в речку бросилась, переплыла, хвост по воде проволочила, на песок вышла да… как встряхнется! Брызги дождем посыпались, с ними вместе и вся грязь. Осталось только посушиться, припушиться.
Ворона наблюдает, размышляет. Одно-другое перо поправила, говорит важно:
«Умеете вы умываться. Чистые. А каково ежику живется? Ха-ха-ха! Попробуй умой его».
А ежик легок на помине. Бежит себе по делам. Увидел зверей – испугался, в клубок свернулся.
«Ты смотри-ка, чистый», – удивляется ворона.
Действительно, иголки одна в одну, все черненькие, кончики беленькие.
«Да вон уже нацепил мусора, – говорит лисица. – ты бы, ежик, в речке умылся», – советует ласковым голосом. Хитрая. В воде клубком не поплаваешь – развернуться придется, глянь, тогда и на зуб можно его попробовать.
«Вы мне не мешайте, отойдите, я все сам знаю», – отвечает еж недовольно.
Конечно, ни лошадь, ни корова с вопросами и советами не лезут. И лисице с вороной неудобно стало приставать с насмешками к еже. Ушла лисиц, замолчала ворона.
Еж высунул наружу нос, он у него черный, как будто слегка нагуталиненный, понюхал, осмотрелся и побежал дальше. Бежит быстро, все иглы волной качаются – ни одна травинка, ни одна мусоринка удержаться не может. Мигом все слетели.
«Ко мне грязь никогда не пристает, не успевает», – крикнул напоследок.
«Точно, шустрый слишком», – говорит ворона уважительно. Еще перышко-другое поправила и сама про дела вспомнила, полетела.
В шалаше стало тихо. Славик заворочался, ему хотелось спросить, но он побаивался нарушить уговор с дядей Петей. Тот словно догадался, что Славик сейчас заговорит, опередил:
– Я придумал рассказик после того, как ты рассказал нам про ежика. Теперь ты понял, как их сочинять? А сейчас давайте спать.
Отец одобрительно угукнул.
Славику ничего не оставалось делать, как молча повернуться на другой бок.
Глава восьмая
Неизвестный соглядатай
Я возьму в руки пластиковое удилище лишь после того, как в знаменитом «Карнеги холл» музыканты начнут исполнять Бетховена на пластмассовых скрипках.
В. Варенов
Ловля на спиннинг. «Борода». За грибами. Подозрительные сыроежки. Вкусные запахи. Грибные шашлыки. Лесной пожар. Можжевеловая трость. Натюрморт. Заменитель йода. Божья коровка предсказывает погоду. Ополовники. Таинственные шаги.
Из дневника Славика
День простоял хороший. С утра тепло, солнце. Потом солнце скрылось, но было тихо и тепло. В бинокль видел целый выводок водяных курочек. Ходят по кувшинкам, хвостиками постреливают и головками кивают. Сзади на хвосте два белых пятна. В бинокль все хорошо видно, а без него вообще бы не знал, что они живут на озере. Обязательно сделаю блесну из половинки ракушки, как рассказывал дядя Петя. И из медных пластинок. Остальные куплю. Буду чаще ловить спиннингом. Не ловится, не ловится – зато как попадется… которая дядю Петю с плота стащила. Ну и пасть у нее – как кастрюля, только с зубами.
Буду собирать все перья, которые попадутся. Есть очень красивые. У сойки маленькие серые пятнышки с голубыми пятнами. В лесу встречается много ягод ландыша. Вот бы они были съедобными – собирать хорошо, крупные. У волчьего лыка красные ягодки и очень крепкие веточки, невозможно отломать самую маленькую.
Съел с солью поджаренную на костре большую сыроежку. Вкусно.
Из дневника дяди Пети
Поймал поутру большую плотву, около килограмма весом, и вдвое меньшего подлещика. Повезло с поклевкой… Щука огромная, пожалуй, около десяти килограммов. Такое везение бывает раз в жизни, а я не сумел справиться. Не было хорошей лодки, надежного багорика под рукой.
Глухари живут в лесу, огромные щуки – в озере. Хороший лес. Хорошее озеро.
Из дневника отца
Живем робинзонами уже неделю, частенько впроголодь. Но, смотрю, у команды настроение нормальное, на разговоры о сворачивании экспедиции не реагируют. Пока не страдали от холода, хотя и не жарились на солнышке. Можно сказать, погода пока не обижает. Должны пойти грибы. Думаю, живя на грибной территории, этот момент не пропустим.
Чтобы по-настоящему порыбачить новым спиннингом, Славик встал рано. Ему не нужно было учиться забрасывать. Такой же спиннинг с обычной инерционной катушкой был и у отца. Славик в деревне ловил и с берега, и с лодки, но не часто. Не очень-то любил он раз за разом бросать тяжелую блесну и потом нудно крутить катушку. Бросаешь, бросаешь, а в результате чаще всего полный ноль. На удочку хоть пескаря или уклейку поймаешь, в крайнем случае посмотришь на шустрых мальков, которые бесстрашно теребят насадку у поверхности воды и раскачивают поплавок.
