Часть четвертая
Глава первая
Сменяя коней, они, наконец, прибыли в селение, где Натин в прошлое посещение продала излишки имущества. Без напоминаний она кинулась добывать информацию, и заметно расстроилась, узнав, что похитители уже ускакали.
- О, они давно уже уехали, - сообщила ей словоохотливая трактирщица. - Набрали еды, попоили пленника, и ускакали.
- Как выглядел пленник? - спросила Натин, - в каком он был состоянии?
- Измучен, это заметно, но в сознании. Крикнул мне, что-то вроде: - Меня везут в Чертану. Его, конечно, сразу плетями стали хлестать, но я поняла, что кто-то его будет искать. Но вы сильно опоздали. Вам их не догнать. Оставайтесь ночевать, поужинаете, а утром и поскачете.
С тем и явилась Натин к товарищам. Посовещавшись, они решили, невзирая на опасность ночного путешествия, продолжать погоню. Запасшись свежими булочками, маленький отряд с Сержиком во главе, храбро двинулся в ночную тьму. Хитромудрая Люська, не желая ехать в темноте, предложила Сержику:
- Давай, Сержик, придумай что-нибудь. Ничего же не видно!
Пришлось снова остановиться. На глазах изумленных спутниц Сержик соединил ладони, а когда стал раздвигать их, между ними вспыхнул огненный шарик, размером с горошину. Постепенно увеличивая расстояние между ладонями, Сержик терпеливо выращивал и огненный шар. Когда его диаметр достиг размеров крупного яблока, он перехватил его одной рукой, покатал в ладони, и внезапно запустил в небо. Частица света пролетела по пологой дуге, и, ярко вспыхнув, остановилась впереди путников на высоте метров десяти от земли. По-крайней мере на расстоянии ста метров видимость была отличная. При том, что на границе света и тьмы свет не рассеивался, а образовывал четкую линию.
Всадники снова пустились в дорогу, освещенную огненным шаром. Прохладная ночь обступила их черным полушарием, за которым не видно было ни зги. Кони неслись, пытаясь достичь этой призрачной границы, но она отступала все дальше. И только топот копыт подтверждал, что эта скачка на самом деле реальна, а не выдумка свихнувшегося сказочника.
Сержик, скакавший в центре этой троицы на каурой кобыле, за время, прошедшее с начала их приключений, словно повзрослел, и стал более мужественным. Русые волосы его отросли, и стали виться. Видно, кучерявыми они были от природы, но Сержик, как и некоторые из парней, ранее стеснялся своей кудрявости, и потому коротко стригся. А теперь, в походных условиях, статус-кво восстановился. В сочетании с небольшой, курчавой же бородкой и маленькими усиками, он выглядел как молодой художник, или поэт. Или, может быть, одухотворенность во взоре делала его таким?
Люська заметно похудела, и ее такие милые, нежные черты лица стали строже и суше. Каштановые волосы, стянутые резинкой сзади, прикрывала черная со звездочками бандана, придававшая ей вид опытной рокерши. В седле она сидела как заправский жокей, и с грацией, которой можно было только позавидовать.
Черноглазая и черноволосая смуглянка Натин, в отличие от своих спутников, ничуть не изменилась. Ее никто не назвал бы полной, но и худышкой Натин не была. Плавные округлости ее фигуры скрывали сильное, тренированное тело, которое умело фехтовать, драться, готовить, да и вообще выполнять всякую работу. Она первой бралась за любое дело, и редко когда оно было ей не по плечу. А имея рядом такого спутника, как Сержик, в которого она была влюблена без памяти, Натин была вполне счастлива.
Меняя лошадей, они проскакали всю ночь, но к утру утомились. Рассвет застал их в двух часах езды от села, в котором путники победили отряд сулимов. Сержик погасил огненный шар за ненадобностью, и сказал девушкам:
- Давайте, девчонки, потерпите еще немного. Мы уже близко, правда, Натин?
- Ох, Сержик, конечно потерпим, - ответила Люська, - но я уже все себе отбила.
- Я в порядке, Сержик, - сказала Натин. - Ты прав, вон за той возвышенностью мы уже сможем увидеть наше село. Только я предлагаю повременить.
- Как это повременить? - удивилась Люська. - Зачем это?
- А вдруг похитители там? Или опять сулимы на постое? Давайте я на разведку съезжу. Это вернее будет.
Сержик подумал, покусал губу, и решил, что Натин, как всегда, права.
- Ладно, скачи, но на коне в село не въезжай. Войди пешком. И осторожнее там!
- Поняла, все поняла! Ждите меня здесь, только никуда не уходите, - блеснула юмором Натин. Оставив заводную лошадь, она пустила коня рысью.
Ждать пришлось долго. Вопреки шутливой просьбе Натин, они убрались с дороги, и, спрятав стреноженных лошадей в овражке, залегли на вершине небольшого холма, господствующего над местностью. Село с холма увидеть было еще нельзя, но дорога на значительном расстоянии была перед ними.
Не встретив никого по дороге, Натин, той же рысью, прискакала на окраину родного села. Спешившись, она задворками, пряча лицо, повела коня в поводу к дому дяди, у которого жила с одиннадцати лет. К счастью, никто не встретился на ее пути, и она благополучно вошла через заднюю дверь в знакомый двор. Привязав коня , она шмыгнула в дом.
Тетка, полная, черноволосая женщина, готовила завтрак. Увидев Натин, она ахнула, и, отряхивая испачканные мукой руки, кинулась ее обнимать.
- Кирам, Кирам, смотри, кто пришел, - позвала она мужа, еще лежавшего в постели. - Наша Натин появилась!
Она прижала девушку к себе, и разрыдалась. Дядя Кирам, морщась от боли в ногах, поднялся и, подойдя к ним, тоже сердечно обнял Натин, которая была этим несказанно удивлена. Раньше она, кроме тычков и затрещин ничего от родственников не получала. Бездетные, они приняли к себе сироту, но полюбить ее не смогли, как казалось Натин. Дядя Кирам всю жизнь мечтал о сыне, которому мог бы передать свои знания и умения. Но пришлось учить ратному делу племянницу, которая, к его удивлению, охотно перенимала его опыт, и ревностно относилась к учебе. И вот теперь оказалось, что они все же любят Натин, и скучают без нее. Да и сама девушка почувствовала, как слезы выступили у нее на глазах, защемило сердце от жалости к ним, и она крепко обняла в ответ своих родственников.
- Где же ты была так долго, Натин, дорогая? Я уже все слезы выплакала, - спросила ее тетя Лилла, гладя девушку по щеке.
- Я была в Барбаке, тетя, - ответила Натин. - Хорошие люди спасли меня от сулимов, и я с ними уехала в Барбак. А что здесь было после моего отъезда?
- Страх, что было! - испуганно заговорила тетка. - Сулимы разгневались, искали пленников, да и тебя тоже. Зарубили деда Сарама за то, что он посмеялся над ними. Назвал их ротозеями. Никого не нашли, и забрав свои вещи, однажды утром ушли пешком в сторону границы. Лошадей-то в деревне вы не оставили. Ох, и злы же были они!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
