рожу. Ясно?
— Ясно, — хмыкнул Дэн, пиная какой-то антикварный стул, отчего тот рухнул на пол и пролетел вдоль стены. — Счастливо оставаться!
Я с ужасом наблюдала за ним, приложив руки к пылающим после его хватки щекам, сердце стучало в бешеном ритме.
— Кофе? — отвлёк меня Макс, заторможено кивнула, наблюдая за его приближением. Покровский обнял меня за плечи и аккуратно потянул в сторону столовой. — Руки бы ему вырвать… — с сожалением проворчал себе под нос хозяин особняка.
За завтраком Макс пытался шутить и говорить на отвлечённые темы, но я была настолько погружена в себя, что лишь невпопад кивала или отвечала. Мужчина то ли не замечал этого, то ли специально не обращал внимания, понимая моё состояние.
После он уехал, а я сомнамбулой бродила по дому, не находя себе места. Весь день была сама не своя: никак не отпускал страх и чувство отвращения к себе. Зачем я так опустилась? Докатилась до уровня… истеричной, невоспитанной и, как сказал Волков, конченной стервы. Меня терзало беспокойство, будто интуиция кричала или предупреждала о чём-то. Перебирала в голове причины столь резкого волнения, но выходило, что особых поводов для этого и нет.
Возможно, всё дело в «разговоре» с Денисом и в мыслях о Котове? Старалась отвлечься, пробовала почитать, посмотреть телевизор или просто погулять по саду. Ничего не получалось, отключить мозги не удавалось, а неприятный ком терзал душу всё больше и больше. Кое-как дождалась вечера.
Когда в столовую вошёл Макс, выдохнула с облегчением. Не потому, что он успел к ужину, а из-за радости, что с ним всё в порядке. Мог бы Денис навредить ему? Мне было всё равно, что думают другие по этому поводу, сейчас казалось, что он мог. В порыве злости или вновь преследуя свои цели. Скорее всего я просто нагнетала, ведь они дружат столько лет и ни разу не подставили друг друга, но… всё ведь могло измениться.
Теперь необходимо убедиться, что и с Димой всё хорошо, только тогда я выдохну и успокоюсь.
— Я успел? — весело спросил Макс, лучезарно улыбаясь, несмотря на хорошее расположение духа, глаза его были грустны, выглядел он уставшим.
— Да, — спокойно отозвалась в ответ, но не выдержав добавила. — Вы, Максим Николаевич, всегда вовремя, как будто чувствуете подходящий момент.
— О да, я такой, — хмыкнул Покровский, усаживаясь за стол. — Как ты? Отпустило немного?
— Нормально, — мне не хотелось говорить о Волкове. — Лучше расскажи, как у тебя дела. Выглядишь плохо.
— Спасибо, Настенька, — опять расплылся он в улыбке, разливая вино по бокалам. — Давно понял, что если мне начнёт жать корона, то ты с лёгкостью её собьёшь с меня, — Макс дурашливо поиграл бровями. Но, что интересно, мы не испытывали сексуального влечения, наш флирт не был многообещающим, мы больше походили на старых друзей, которые вечно подкалывают друг друга и… поддерживают в трудную минуту. Во всяком случае меня Покровский не раз выручал. — Много вопросов накопилось. Позволь, я не буду тебя посвящать в них, дабы поберечь твою нежную психику и окончательно не уничтожить образ милого Макса в твоей голове, — серьёзнее добавил блондин.
— Милого? — удивлённо переспросила. — Это не тот ли, что пришёл ко мне и полночи угрожал?
— Ой, ну что ты цепляешься за прошлое, — наигранно скривился он и махнул рукой. — Я тогда и на треть не раскрыл свой потенциал перед тобой, — а дальше Макс удивил меня. Придвинулся ближе, убрал весёлость и, смотря в глаза, искренне произнёс. — Насть, ты прости за всё, что было. Я сам прошёл через это, а на деле оказался ничем не лучше Инги. Меня мало заботили твои чувства, твоя душа. И ладно бы не понимал, как это больно…
— Давай закроем эту тему, — торопливо проговорила, испытывая неловкость от столь откровенных признаний Покровского.
— Давай, — кивнул он, но всё же добавил. — Порой мне кажется, что она изменила меня. Сделала другим. Дэн часто говорил, мол я поехал крышей после того, что произошло. Только как не поехать?
— Ты даже не догадывался? — осторожно спросила, с интересом слушая его.
— Нет, — покачал блондин головой и, смотря в одну точку, задумчиво произнёс. — Мы пошли в кино. На какую-то жутко сопливую мелодраму. Она как всегда улыбалась, шутила, целовала меня… Я такой счастливый был… Как дурак слепой. Мне шестнадцать было, когда впервые увидел её, и всё — пропал. Столько бегал за Ингой, старался красиво ухаживать. Даже на стройку пошёл, чтобы денег заработать. Таскал мешки с цементом, потом бежал домой, принимал душ, за цветами и к ней под окно, — он горько усмехнулся, вспоминая, а у меня сердце защемило, стоило представить эту картину, так романтично, такая чистая любовь! — Я был первым для неё во всём. И в вопросах любви и по жизни…Она верила в меня, говорила, что с моими мозгами, я стану минимум президентом, — Макс засмеялся и вновь замолчал, побарабанил пальцами по столешнице, блокируя чувства, откидывая воспоминания, и тихо продолжил: — Инге захотелось на набережную в ту ночь. Сеанс был поздний. Очень романтично получилось, — покачал Покровский головой. — Мы стояли, обнявшись, и смотрели на водную гладь, когда приехал Рамиль со своими людьми… А потом всё произошло как в дешевом и бездарном сериале. Меня мутузят, а она подходит к нему, отдаёт флешку и садится в его машину… В ту ночь я потерял всё, Настя.
— Бизнес? — сипло уточнила, так как ком стоял в горле.
— Нет. Её и себя, — Макс смотрел на меня, а в глубине его глаз… Клубилось что-то страшное, не поддающееся описанию. Но в тот момент я ненавидела Ингу. Оказалась бы я на её месте — лучше не жить… Легко, конечно, рассуждать, сидя в роскошной столовой Покровского. Скажу по-другому. Макс бы точно так с ней не поступил!
— Мне жаль… — неловко проговорила, желая подбодрить его.
— Брось, я большой мальчик и давно пережил это, — беспечно отозвался блондин, надевая маску балагура. — Аппетит только испортил тебе.
Ни черта ты Покровский не пережил, да как вообще подобное можно забыть? Невольно приняла сторону мужчины и вряд ли теперь когда-то сменю её. Мы ужинали, обсуждая его планы по реконструкции сада. Видите ли, Макс захотел сделать его в восточном стиле, даже проект сам начертил. Архитектора в нём не убить.
Мы как раз пили вино и хотели отправиться в зал, чтобы Покровский показал мне свою задумку на чертежах, когда в столовую вошли Дима и Инга! Я поперхнулась напитком, наблюдая, как девушка, озираясь, шагает за Котовым.
Блондин замер, кажется, даже дышать перестал, просто вперился своим взглядом в неё. Воздух заискрил и стал
