– Ладно, – деловито проговорила Кристин. – Что дальше?
– Цель номер один – добраться до Йорка и заполучить документ, который должен разрешить наши проблемы. При этом придется поторапливаться. Наш Зверек неподалеку.
– Что же будет с теми, кто остался на шоссе?
– Ничего не будет. Мы удрали раньше, чем он начал конденсироваться. Эми?
– Что, Майкл?
– У тебя мартышка язык украла?
Девочка хихикнула:
– Нет.
– Что-то ты неразговорчива.
– Все эти ухабы дух из меня вышибли.
– Извини, Эми. Мне нужно было выбраться из той пробки. Хочешь жвачку?
– Давай.
Ричард оглянулся на Кристин, ожидая увидеть на лице жены выражение недовольства и тревоги за дочь. Но Кристин равнодушно смотрела в окно. По-видимому, водоворот событий, захлестнувший их привычную жизнь, оглушил ее. Ричард и сам чувствовал нечто подобное. Даже воспоминание о погибших больше не внушало ужаса. Что было – то было, и все тут. Возможно, когда телу грозит смертельная опасность, природа погружает мозг в анестезию. Ричард вспомнил давние рассказы прадедушки о войне.
В Первую мировую он был капралом. Они трое суток стояли в окопах, по пояс залитых водой, под яростным артиллеристским обстрелом. Голодные, измученные, оглушенные грохотом снарядов люди на второй день начали засыпать и погружаться в воду. Прадед Ричарда сначала пытался спасти тонущих рядом товарищей, но через некоторое время впал в транс. К концу третьего дня он тупо смотрел, как на расстоянии вытянутой руки от него погружается в мутную воду его лучший друг. Прадед вспоминал, как смотрел на редеющие пузыри, а когда на поверхность всплыла выпавшая из кармана друга пачка сигарет, пожалел, что курево промокло. Только через месяц, в отпуске, его ударило сознание того, что лучший друг утонул в канаве у него на глазах.
Ричард догадывался, что с ними происходит то же самое. Вероятно, так действует инстинкт самосохранения. Что бы ни творилось кругом, неважно – ты делаешь только то, что необходимо для ТВОЕГО выживания.
И в мгновенном озарении Ричард осознал, что дальше будет хуже, намного хуже.
* * *
Первая часть пути после выезда на дорогу прошла спокойно. Когда они, обогнув Манчестер, начали подниматься в гору по трассе, которая вела через Пеннинское взгорье от Ланкастера к Йорку, Майкл расслабился. Овечьи стада мирно паслись у обочины.
– Почему у овечек кровь? – спросила Эми.
– Где кровь? – удивился Майкл.
– На шерстке.
– Да нет, Эми. Это красная краска. Так фермеры метят своих овец.
– Зачем?
– Чтобы потом узнать их. Овцы ведь бродят где хотят. Их не держат в загонах, как коров.
Ричард, откинув голову, слушал разговор Эми с Майклом. После ночной грозы воздух посвежел, небо расчистилось, и косые лучи солнца живописно освещали долины.
Впереди тарахтел трактор. Поток встречного движения не позволял выйти на обгон. Ричард заметил, что Майкл снова нервно барабанит пальцами по баранке.
– Приближается? – спросил он.
– Да, слишком близко, чтобы чувствовать себя спокойно. – Майкл попытался обогнать трактор, но навстречу выдвинулся автобус.
– Мы делаем двадцать в час, – заметил Ричард. – Этого мало?
– Да. И мы не достаточно оторвались от него после той пробки. Ну, крестьянин, прочь с дороги!
Джо с тревогой уставился в заднее окно. Кристин предложила:
– Нельзя ли обойти его по обочине? По-моему, места хватит.
– Может быть, и придется, если... Ну, ну... вот так! Тяжелый грузовик задержал встречный поток машин, дав Майклу место для обгона. “Лендровер” обошел трактор и ракетой понесся вверх.
Джо перевел дыхание.
– Слава Богу.
– Если вы обращаетесь к Богу, не попросите ли его заодно убрать с дороги вот это?
На дороге впереди столпилась отара овец. “Штук сорок-пятьдесят”, – подумал Ричард.
– Проклятье! – Майкл нажал клаксон. Овцы зашевелились быстрее, но машина ползла еле-еле.
– Глядите! – в восторге воскликнула Эми. – Овечки!
– Кристин, – повелительно сказал Майкл. – Заставьте Эми сесть. И лучше закройте ей глаза.
Тон у него был многозначительный. Ричард включил радио.
Ту-Тум... ТУ-ТУМ... ТУ-ТУМ... ТУ-ТУМ...
– Господи Иисусе, он здесь!
Майкл направил машину на стадо. Головы животных ударяли по бамперу как каменные шары. Овцы блеяли.
Одна подпрыгнула и приземлилась на капот, за стеклом мелькнули круглые перепуганные глаза. Розовый язык оставил на ветровом стекле полоску слюны.
Эми завизжала.
– Ничего не поделаешь, – прошипел Майкл. – Или они, или мы.
Расталкивая овец, “лендровер” двигался со скоростью не больше пятнадцати миль в час. Ричард видел, что животные не слишком страдали, машина просто отбрасывала их в стороны. Беда была в том, что автомобиль и стадо оказались стиснуты между крутой стеной слева и барьером ограждения, за которым шел крутой обрыв, справа.
– Все в порядке, – успокоила дочку Кристин. – Майкл не делает овечкам больно. Нам просто надо проехать.
Еще одна овца подпрыгнула вверх и оказалась за ограждением. Шерстяной шар сорвался со скалы и улетел на пятьдесят ярдов вниз.
– Почти пробились, почти... – шептал Майкл.
– Ради Бога, скорее – взвизгнул Джо.
Кристин прошептала:
– О, Господи. Вот он.
Ричард оглянулся. Дорожный знак грохнулся наземь. Скалу скрыло облако щебня и пыли, словно от пулеметной очереди, и полоса выстрелов стремительно надвигалась на них.
– Прорвались. Держитесь!
Майкл стремительно рванул машину.
Ричард смотрел назад. Овцы бежали за ними. Животные чувствовали приближение гибели.
У него на глазах взорвалась одна овца, затем вторая. Третья... пятая, шестая... Десятки.
Словно лопались баллончики с красной краской.
Облака кровавых брызг вставали над дорогой.
– Удачно, что рядом не оказалось других машин, – заметил Майкл, отъехав на безопасное расстояние.
– Да, – равнодушно согласился с ним Ричард. – Очень удачно.
Последняя овца взорвалась фонтаном крови и внутренностей.
Глава 41
Йорк
Оставив за кровавым ковром из овечьего мяса сорок миль чистого асфальта, Майкл остановил машину на стоянке у Барбиканского театра в Йорке.
– Без малого одиннадцать. – Майкл установил ручной тормоз. – Наш человек будет здесь с минуты на минуту. Кто-нибудь хочет размять ноги?
– А это не опасно? – спросила Кристин.
– Да уж, – вмешался Джо. – Не лучше ли гонять кругами до одиннадцати, а потом сунуть этому коллекционеру денежки, подхватить книгу и рвать когти?
Майкл открыл дверь машины.
– Не стоит волноваться. Мы оставили зверя далеко позади. На полчаса можно смело рассчитывать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
