От ее слов Патриция пришла в неописуемый восторг и захлопала в ладоши.
– Наконец-то! – радостно воскликнула она. – Ты представить себе не можешь, как долго я этого ждала!
Кэтрин с недоумением покачала головой. Радость Патриции ошеломила ее.
– Я мечтала об этом много лет, Кэтрин. Поверь, вы созданы друг для друга.
– Ты так считаешь?
– Конечно! Вас разлучила судьба: Люсьен отправился на войну, ты вышла замуж за лорда Кросби… Я уже стала сомневаться, что вы когда-нибудь будете вместе. И вот я узнаю, что Люсьен ухаживает за тобой! Для меня это огромная радость, Кейт!
Кэтрин нахмурилась.
– На самом деле не все так замечательно, как тебе хочется думать, – мрачно заметила она.
Улыбка сошла с лица Патриции.
– Что ты хочешь этим сказать? – с несчастным видом спросила она.
Кэтрин вдруг стало жалко ее, и у нее возникло острое желание солгать Патриции, сказав, что они с Люсьеном уже практически обручились. Но Кэтрин не могла так бесчестно поступить с подругой.
– Я не уверена, что хочу отношений с ним, – вздохнув, осторожно произнесла она. – Впрочем, и это не вся правда. Встретившись с Люсьеном несколько дней назад после четырехлетней разлуки, я взглянула на него по-другому, иначе, чем это было в юности. Мое отношение к нему изменилось, и это обстоятельство угнетало меня, приводило в смятение. Мне неловко в этом признаваться, но я стала мечтать о его поцелуях, надеяться на то, что он снова меня обнимет… Я сама себя не понимаю.
– Да, ты явно противоречишь себе, – задумчиво произнесла Патриция. – Ты скорее всего боишься, что, если вы не подойдете друг другу, роман внесет разлад в ваши дружеские отношения, между вами возникнет неловкость. Ты боишься в случае неудачи потерять старого друга, я права?
– Отчасти.
– И в чем же состоит другая часть твоих опасений?
Поймав на себе проницательный взгляд Патриции, Кэтрин судорожно вздохнула. Она никогда никому не рассказывала о боли, которая терзала ее сердце. Но сейчас Кэтрин испытывала непреодолимое желание излить подруге душу.
– Если уж говорить начистоту, то я боюсь, что Люсьен посчитает меня неполноценной и отвернется от меня. Я этого не вынесу, Патриция.
Наступила короткая пауза. Патриция порывисто встала со своего места, шелестя шелковыми юбками, и пересела на диван рядом с Кэтрин. Взяв руку подруги, она ласково погладила ее.
– Моя дорогая, ни для кого не секрет, что Люсьен без ума от тебя. Он всегда был в тебя влюблен, и хотя скрывал это, в нашей семье о его чувствах все знали. – Она усмехнулась, нежно пожимая руку Кэтрин. – Почему же ты думаешь, что он вдруг сочтет тебя неполноценной? Ведь ты красавица!
Нижняя губа Кэтрин предательски задрожала, а глаза наполнились слезами. Ее душили рыдания, но она не хотела устраивать здесь, в гостиной Патриции, спектакль со слезами и истерикой, хотя Кэтрин было очень трудно сдержать себя. Тем не менее она взяла себя в руки.
– Я не нравилась Кросби, – прошептала она.
– Как же так? Ведь он сделал все, чтобы жениться на тебе, и мне казалось, что он очарован тобой.
– Все изменилось в первую брачную ночь, – призналась Кэтрин, смахивая скупую слезу. – Он в одночасье стал другим. До свадьбы Чарльз был внимательным и обходительным, а после свадьбы стал холоден как лед. И когда мы… ну, ты понимаешь… он сказал, что я отвратительна, что его тошнит от меня. Ему было противно смотреть на меня. Ни спиртное, ни опиум не помогали. Чарльз постоянно находился в скверном расположении духа и вымещал свою злость на мне.
– О, Кейт, мне так жаль, – прошептала Патриция, сжимая руку Кэтрин, – я понятия не имела о том, что творится в твоей семье.
Она протянула подруге батистовый носовой платок.
– Я делала все возможное, чтобы скрыть это, – сказала Кэтрин, беря платок. – Хотя вряд ли я смогла бы долго утаивать правду о наших отношениях.
Покачав головой, Патриция поднялась и направилась к буфету, где стоял бренди. Она налила по стаканчику себе и гостье.
– Мне трудно представить твое состояние в годы замужества, наверное, это было ужасно, – сказала она, протянув стакан Кэтрин. – Выпей, это поможет тебе успокоиться.
Кэтрин слабо улыбнулась:
– Спасибо.
Усевшись, Патриция подождала, пока Кэтрин сделает глоток, а потом снова заговорила:
– Я не собираюсь ничего говорить Люсьену, это твоя тайна, и я не вправе раскрывать ее другому человеку, если ты этого не хочешь. Но мне кажется, что ты должна довериться моему брату. Тебе нужно распрощаться с прошлым. Пока оно подпитывает твои страхи, ты никогда не будешь по-настоящему счастлива.
– Но что, если…
– Ты можешь построить всю свою жизнь на этом «что, если…» и состариться, так ничего и не предприняв. У тебя есть шанс обрести свое счастье, Кэтрин, не упусти его. – Она озорно улыбнулась. – Не забывай, что вы будете спать под одной крышей, в непосредственной близости друг от друга.
– Патриция! – одернула ее Кэтрин.
Сестра Люсьена хмыкнула.
– Только не говори мне, что ты никогда не хотела оказаться с ним ночью в одном доме. Признайся, что тайно в душе ты лелеяла эту мечту.
Кэтрин вспыхнула до корней волос.
– Признаюсь, мысль об этом и пугает, и манит меня.
Патриция понимающе кивнула:
– Если Люсьен поцеловал тебя, значит, у него есть намерение жениться на тебе. Я уверена, что брат никогда не поставил бы под угрозу ваши отношения, если бы у него не было веских оснований.
– Ты нашел Донована? – спросила Кэтрин Люсьена, когда они, попрощавшись с Патрицией и поблагодарив ее за гостеприимство, отправились в особняк Роксбери.
Они покинули дом Патриции через черный ход, в проулке их ждал наемный экипаж.
– Пока нет, – мрачно ответил Люсьен. – Я навел о нем справки в клубе «Райли», сославшись на то, что хочу взять у Донована денег в долг. Однако вскоре выяснилось, что никто в этом заведении – ни служащие, ни завсегдатаи – не знают такого человека.
– И ты им поверил?
– Не знаю, можно ли вообще кому бы то ни было верить в данной ситуации. Но я во всеуслышание заявил в клубе, что завтра снова приду, в надежде, что кто-то передаст Доновану известие о моем визите и он заинтересуется мной. Если леди Трембли говорила правду, то Донован не должен упустить случай завлечь в свои сети аристократа.
Когда экипаж остановился у особняка Роксбери, Кэтрин надела капюшон плаща и бросила на Люсьена решительный взгляд.
– Ты войдешь позже, как договорились, – сказала она и вышла из экипажа.
Быстро поднявшись по ступеням, Кэтрин громко постучала в деревянную дверь. Вскоре на пороге появился лакей.
– Кто вы? – спросил он незнакомую ему женщину в низко надвинутом на лицо капюшоне.
