Наконец, я была одета и вооружена, а Джейсон уже ждал своей очереди, сидя на одном из фиолетовых стульев. Я вытащила свой крест из ящика ночного столика, и он ясно выделялся на моей майке. Было еще кое-что, магический амулет, под майкой. Я носила еще и крест постоянно. Но крест — символ веры и защита от плохих вампиров. А амулет — от одного единственного, Матери Всех Вампиров, которая живо мною интересуется последние месяцы. Амулет был сделан из металла, столь древнего, что я могла оставить на нем следы, если бы слегка надавила на поверхность. На нем были волшебные символы, настолько старые, что не осталось людей, способных прочесть их. Но были вампиры, которые могли, хотя бы те, кто дал мне его. Они дали мне его, чтобы Мамочка Тьма не могла воспользоваться моей некромантией, чтобы пробудиться и снова стать полноправной королевой вампиров.
Шад и Роу попытались не смотреть на меня. Это была попытка изобразить невозмутимость караула Букингемского Дворца. Служба прежде всего, остального просто нет. Я бы оставила их в покое, но прежде всего я была девушкой, и мне приходилось говорить полушепотом, что им не было слышно, а еще мне очень хотелось подергать их за поводок. Наверное, я слишком много времени провожу с Джейсоном.
— Сколько вы отслужили в армии, Шадвелл?
Среагировало не его лицо, а тело, напряглись плечи и прошла дрожь вдоль спины.
— Стрижка выдала? — спросил он.
— Она и еще то, что вы не похожи на гражданского.
Он повернул ко мне свои бледные глаза, сверля меня взглядом. И взгляд был недружелюбный, но нейтральный.
— Два года.
Роу посмотрел на меня.
Я очень старалась не улыбнуться. Боже, он все еще верил и надеялся.
— Я не могу вас идентифицировать, Роу. Вы не военный, не полицейский, но точно не гражданский.
Он усмехнулся мне, и глаза его искрились удовлетворением.
— Да, я варился в секретных службах.
— Значит хищник или еда?
— Вы и, правда, хотите знать?
Коротко стриженный одарил его взглядом, который будто говорил: «не смей!».
Роу прекратил улыбаться, но его глаза все еще искрились скрытым счастьем. Получается, Шадвелл был выше рангом.
— Почему нет? — спросила я.
— Предполагается, что мы вас охраняем, а не братаемся с вами.
— «Братаетесь», — повторила за ним я и рассмеялась. — Почему мне кажется, что сказать вы хотели не это.
Шадвелл нахмурился, глядя на меня.
— Это как раз то самое слово.
Я кивнула и постаралась не выглядеть при этом слишком серьезной. Это не помогло, когда я поймала взгляд Роу. Его глаза были полны сдерживаемой радости. Уголок рта дергался, говоря, что он еле сдерживает смех, который вот-вот прорвется наружу.
Шадвелл, казалось, понял это, и строго посмотрел на Роу. У Роу начался кашель, которым он старался прикрыть смех.
— Что заставило вас уйти из шпионов, Роу? — спросила я.
Все еще заходясь «кашлем», он ответил:
— Чувство юмора.
Я посмотрела на него, пытаясь понять, серьезно ли он говорит. Имел ли он в виду, что его чувство юмора послужило поводом для увольнения, или же оно всего лишь заставило его сменить род деятельности.
— Роу, — сказал Шадвелл, — ей не нужно знать о вашей работе.
— Да сэр, — Роу вернулся к охране дверей, но его глаза и губы говорили о том, что делать он собирается совсем не это. Я начинала понимать, как Роу умудрился насолить своему начальству.
Шадвелл выдал нам обоим строгий взгляд, и он уже был настоящим, добрым взглядом. Плохие парни, должно быть, вздрагивали от его пристального взгляда, но я не была плохим парнем. Я только задавалась вопросом, почему охранники находятся по эту сторону двери. Мне кажется, это уже чересчур.
— Хорошо, Шадвелл, вы и Роу, будете стоять тут всю ночь?
— Нет.
— Тогда зачем вы здесь сейчас?
— Потому что нам отдали приказ, — ответил он.
Рот Роу снова задергался. Кто-то с исключительным чувством юмора сделал их напарниками.
— Вам не кажется удивительно странным стоять по эту сторону двери? Я хочу сказать, что опасность может придти только извне.
Шадвелл нахмурился, потом расслабился.
— Я следую приказам, миз Блейк.
— Маршал Блейк, — сказала я, потому что мне показалось это правильным, напомнить мистеру-выполняю-приказы Шадвеллу, что я тоже не совсем гражданская.
Его глаза всматривались в меня, пока он не пришел в согласие с собой.
— Если вы федеральный маршал, вы должны оценить то, что я следую приказам.
Это заставило меня рассмеяться.
— Прекрасно сказано, Шадвелл. Если я — федеральный маршал. Думаю, вы считаете, что наличие у меня значка еще не делает меня настоящим маршалом? То есть я не получила надлежащего образования, не прошла проверку, следовательно, я не настоящий маршал?
— Я этого не говорил.
— Но подразумевали, — сказала я, и мой голос больше не был приятным.
— Вы пытаетесь задирать Шадвелла? — спросил Роу с любопытством на лице.
Я пожала плечами, откинувшись на спинку стула настолько удобно, насколько кобура позволяла.
— Может и так, прошу прощения. Я просто тяну время, потому что не хочу идти на эту вечеринку, действительно не хочу.
— Это плохая мысль, — сказал Шадвелл.
— Ужасная, — согласилась я.
Он посмотрел на меня.
— Зачем тогда вам туда идти?
— Потому что Джейсон пообещал и хочет, чтобы я пошла с ним.
Шадвелл кивнул.
— Моя жена очень общительная. А я тоже ненавижу вечеринки.
Я постаралась притвориться, что Шадвелл только что не сделал того, от чего так удерживал Роу.
— Да, держу пари, что ваша жена не таскает вас по вечеринкам, где странные мужчины снимают одежду.
— Вы ведь не думаете, что ваш приятель станет раздеваться на этой вечеринке? — спросил Шадвелл.
Я пожала плечами, стараясь сидеть поровнее.
— Он может.
Мужчины обменялись взглядами. Даже Роу это не показалось забавным. Тут Роу усмехнулся, будто не смог сдержаться.
— В последний раз, когда я видел мужской стриптиз, это был «танец на коленях».
Мы посмотрели на него. Он пожал плечами и почти покраснел, чего бывший полицейский делать не должен бы.
— У нас был случай избиения гея, который перерос в серийные убийства. Все подозреваемые посещали один из таких клубов. — Тут он усмехнулся. — Я был единственным, кто подходил внешне на эту роль.
В этот момент открылась дверь в ванную. Джейсон вышел в голубой футболке под цвет его глаз, так что они казались нереально голубыми. Футболка так же идеально облегала его фигуру, демонстрируя мышцы. Синие джинсы были дорогими, что значило, они подходят и прекрасно сидят. Он добавил ботинки и черный пиджак, так что выглядел средне между профессионалом и клубным служащим. Но выглядел он прекрасно и он знал это. Он оделся, чтобы выглядеть аппетитным. Он не собирался до сего момента на вечеринку, но все равно хотел притягивать взгляды. Что ж. Он собирался, черт возьми, сегодня флиртовать.
