слишком опасно. Если Венера окажется там, это спровоцирует новый всплеск энергии. Мы не можем так рисковать.
– Она не настаивает на тесном общении. Просто хочет, чтобы Венера была в Демонической Империи под нашим присмотром, – вот почему он предложил мне погостить у него! – По словам Снежной Королевы, в Андониэле есть энлид, который угрожает Венере.
– Тогда это все меняет, – василиск поправил очки и внимательно посмотрел на демона. – Венера освобождена от занятий, поэтому проблем не возникнет.
– Малыш, ты ведь не против погостить у меня? – он улыбнулся и щелкнул меня по носу. – Я же знаю, как ты расстроишься, если мы решим все за тебя.
– Я только за! – я расплылась в блаженной улыбке предвкушая будущее путешествие.
Танебрай был прав: я хотела возмутиться, что никто не спросил моего мнения. Но "старший брат" не позволил негодованию вырваться наружу, пресекая возмущения на корню. Да и вообще с ним было легко и спокойно! Я чувствовала себя маленькой девочкой на коленках братца, который во мне души не чает! Тепло и уютно, словно погрузился в глубокое детство.
Но было что-то не так. Вернее, из-за кого-то все было не так! Идиллию нарушил очкастый демон, сверля нас недобрым взглядом.
– Ладно, Венерочка иди к дяде Гравису на коленки, иначе он меня с потрохами сожрет.
– Нет! – воскликнула я, сильнее прижавшись к императору демонов. Ага, счаз! Уже бегу! Я к этой рогатой ледышке не пойду!
В голове сразу возникла картина: я нежусь в объятиях василиска, пока тот гладит меня, перебирая волосы, и, чуть хрипя, шепчет на ушко, завораживая своим голосом: "Моя девочка… Моя маленькая девочка…". И все хорошо! И птички поют, и солнышко светит, и над нами радуга появляется, по которой скачет розовый пони, пукая бабочками! А после магистр, не жалея, скидывает меня на пол и говорит: "Это досадное недоразумение. Ошибка, понимаешь?".
Да, мной двигает обида! Но двигает в правильном направлении! Я на те же грабли снова не наступлю!
А василиск подошел к нам и, строго смотря на своего племянника, приказал:
– Встречаемся сегодня в 9 в моем кабинете. Я отправлюсь с вами. Танебрай, можешь идти, – из-за тона моего декана казалось, что он является императором, а не его родственник. Но монарх ничего не сказал, а лишь аккуратно переместил меня с колен на диван. Поцеловал в макушку и, подмигнув, ретировался.
Я решила последовать его примеру и, скрестив руки на груди, направилась к двери.
Мне здесь делать нечего. Нужно еще собрать вещи и предупредить всех об отъезде (а также узнать, как там Ренат после эпиляции). Поэтому не буду терять время зря.
Но моим планам не суждено было сбыться. Магистр нагло схватил меня за запястье, притянул к себе, а после поднял на руки.
– Вы что творите?! – я изо всех сил пыталась вырваться, била кулаками по накаченной грудной клетке (которой хоть бы хны!), но хватка оставалась железной.
А этот гад спокойненько сел на кресло, еле-как усадив меня к себе на колени (я же сопротивлялась!) и прижал к телу, крепко обнимая.
– Немного посидим так, – сказал он охрипшим голосом.
От удивления я даже брыкаться перестала, затаившись.
Что на него нашло? То отталкивает, то притягивает! Мужчина, определитесь уже! Или ты обиделся на мой отказ посидеть на твоих коленках? Ну я тебе сейчас мозги вправлю! Я как раз заняла идеальное стратегическое место! Отсюда и глаз виден, и щека, и нос, и подбородок с легкой щетиной! Сейчас как вмажу своей ручищей!
Но… не вышло почему-то. Мужчина прикрыл веки, а удушающие объятия питона стали нежными, ласковыми. И вроде бы, отличная возможность – бей и беги, что есть мочи, а не могу… Рука не поднимается (это что за рыцарство? Не бить врага пока он слаб!).
"А разве он мне враг?" – подумала я, смотря на умиротворенное лицо магистра Прицнателлита.
Я заворочалась, устраиваясь поудобнее на его коленях, и спокойно положила голову на его грудь. Тук-тук. Тук-тук. Стучало сердце, разнося по всему телу тепло. Но это тепло согревало не только василиска, но и меня. Размеренное стучание убаюкивало, и я все больше понимала, что не хочу ни возмущаться, ни бить демона, ни уходить отсюда. А все остальное вмиг стало таким неважным. Стало лишним в нашем маленьком мире.
– Вы странный, – выдохнула я, греясь в его объятиях.
– Знаю, – прохрипел он, лениво поднимая веки.
– А если других слушать, так вы идеальный. Великолепный страж, просчитывающий все наперед и никогда не совершающий ошибок, – тихо продолжила я, а демон усмехнулся.
– Никто не идеален, – а я о чем! – И у всех есть свои слабости.
– И какая же у вас слабость? Неумение определиться? – не упустила момента, чтобы съязвить.
– Не только. Моя слабость… – он прижал мою голову к своей груди и прошептал, уткнувшись в макушку: – невыносима. Постоянно заставляет меня нервничать. С ее появлением про спокойствие можно забыть.
– А вы не хотели бы от нее избавиться? – я посмотрела в его глаза, а на лице мужчины появилась задумчивая улыбка.
– Нет. Определенно нет. Знаю, что надо, но не могу. Никогда не смогу отказаться от своей слабости. До могилы меня доведет, но я от нее не откажусь.
– Это что же у вас за слабость такая страшная? В суккуба влюбились?
– Не суккуб. Еще страшнее, – я хотела уточнить, не в инкуба ли случайно (мало ли!), а он положил мне палец на губы. – Хватит. Я и так слишком много рассказал.
– А что насчет императора? Он назвал вас дядей, – я убрала его палец с губ, а на моем лбу бегущей строкой было написано: "Я не отстану! Даже не надейся!"
– Он мой троюродный племянник, – так! Стоять! Это значит…
– Так ваш троюродный брат – это бывший император?! Я думала вы более дальние родственники…
– Знаешь, когда из всего рода остаются только трое, уже неважно, насколько дальние вы родственники.
– Извините… – упс… Неудобно вышло.
– Не страшно. Танебрай уже собрался искать себе жену, чтобы увеличить наш род на 3-4 демонов. А может и больше.
– А вы? – взгляд мужчины немного изменился, а сердце застучало быстрее.
– Моя слабость невыносима, – повторил он. – Иди. Тебе нужно собраться. Я зайду за тобой без десяти 9.
Мужчина выпустил меня из своих объятий, но когда я слезла с его колен… быстро развернул меня к себе лицом и тут же поцеловал в уголок рта. Не успела я офигеть, как провалилась в телепорт, что вел в мою комнату.
И вот… Сижу я на кровати в окружении обалдевших друзей (и Рената с гладенькими ножками и измученным лицом) и с каждой секундой краснею все больше и больше.
И ЧТО ЭТО БЫЛО?!
ЁКАРНЫЙ ЛОСОСЬ, ЭТА ЛЕДЫШКА ОЧКАСТАЯ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛА?! ДА ОПРЕДЕЛИСЬ ТЫ УЖЕ!
– О! Опять тебя поцеловали, – сдал меня с потрохами Висаар. Ну и фиг с ним! У меня сейчас голова совсем другим забита…
