Выкинь листок.
— Думаешь?
— Не знаю Егор, решать тебе.
Градов взад листок, развернул и начал читать. Прочитал. Я видела, как блеснули его глаза. Он дочитал до сути, точно.
Аккуратно сложил бумажку и отложил в сторону.
Поднял глаза на меня. Смотрит. А я на него смотрю.
Встает. Подходит. За руку меня тянет. Я тоже встаю.
Двумя руками за голову берет, щеки сминает и впивается в губы. Я даже губами не могу пошевелить, так он прижимается сильно.
Отпускает. За талию, вновь притягивает. Снова целует.
— Ну хватит. — отталкиваю, а он меня крепко держит.
— Не хватит.
— Я жду извинений, Градов. — Скрипнул зубами. В глаза мне заглядывает.
— Прости меня. Правда, Мила, прости.
— Нет. — Головой мотаю. Я его мучать не перестану. Я только во вкус вошла.
— Не простишь? — чуть слышно спросил.
— Нет.
— Ты меня только не бросай, ладно?
— А с чего мне тебя бросать? Ты мне ребенка заделал. Я что сама должна с ним возиться?
— Я уже напугался. — С облегчением выдохнул. Отделаться от меня решил, ага, разбежался.
— И хорошо. Бойся.
— Я идиот, я знаю. Прости меня, за всё. За то, что кричал, за слова мои.
— Сто желаний.
— Что?
— С тебя — сто желаний. Будешь делать все, что я захочу.
— Я согласен. Я на все согласен. И на контракт твой дебильный и на собаку. Только будь такой всегда.
— Какой?
— Даже не знаю. Другая бы на твоем месте скандал мне устроила, истерику, еще что-то, а ты все понимаешь.
— Я просто умная и на дураков не обижаюсь.
— Ты у меня самая умная. И самая красивая. Я так хочу тебя.
— Никаких хочу. Теперь только я говорю, что хочу, а ты делаешь.
— И что ты хочешь? — улыбочку свою дерзкую натянул. А я уже и так «вдохновилась».
— Ну для начала массаж.
— Массаж?
— Да. Эротический.
— Такой я могу.
— Ну пойдем, продемонстрируешь свои умения. — В комнату ринулась, а он задержал.
— Стой. Я люблю тебя. Пиздец, как люблю. И это даже не из-за того, что ты забеременела. Из-за этого я тебя ещё больше люблю. Милка, я в ахуе сейчас. Я не верю во все, что происходит. Сука, я так счастлив. Разорвет просто сейчас. — Прорвало моего ненаглядного. Все собрал, выговорился.
— Градов, заканчивай. Мне секс нужен. Срочно. Прямо сейчас. Давай потом поговорим?
— Понял. Пошли.
Эпилог
— Можно? — сквозь щелку, в палату заглядывает.
— Заходите. Конечно. — Егор в палату заходит, следом мама Таня за ним и Ленка.
Егор ко мне, тут же. Целует. На нервах немного. Еще бы. У меня схватки, когда начались он вообще запаниковал. В больницу целым кортежем неслись.
Со мной рвался рожать, но я не позволила. Выгнала, когда совсем стало жарко в родильном.
Мама его меня обнимает, Лена за ней. А Градов у кроватки стоит и не дышит. Глазенками хлопает. Смотрит на сына, и не шевелится.
Мама его подошла к нему, голову на плечо положила. Любуются.
— Егор, ты посмотри только, как Гордейка на тебя похож. Надо же. — Мама Таня умиляется, глаза блестят от слез, но сдержаться пытается.
— Точно. Маленький такой, а уже угрюмый. Даже губешки так же поджимает, как Егор. Мам, смотри. — хохочут стоят. А Егор видно в шоке.
— На меня вообще не похож. — Немного обидно им говорю. Сразу поняла, что сыночек в отца весь.
— Мил, вообще нет. Ты инкубатор. — Ленка шутит, а я только рада. Но, как взять и не подколоть папашу?
— Градов, ДНК будем делать? — Улыбаюсь. Он поворачивается.
— Градова, ты бы помолчала. Свою миссию выполнила, лежи там, отдыхай. — Отвернулся и снова на сына смотрит.
— Егор, какое ДНК? Он же твоя копия. — Мама Таня озабоченно спрашивает.
— Мила шутит, не обращай внимание, мам. Ей там вкололи, что попало несет.
Мама и Ленка быстро ушли. Оставили нас отдыхать, а вот Егор уходить и не собирается.
Он не в себе правда немного.
А когда сыночек проснулся, он и вовсе на панике.
— Неси его сюда. — говорю ему, а он в ступоре.
— Давай я позову кого… — Растерялся.
— Он не кусается. Слышишь, как плачет. Теперь тити только ему принадлежат. Ну возьми его. Дай сюда.
Аккуратно берет. Боится. Нежно так держит. Гордейка орет, а этот его целует в лобик сладкий и в щечки. Я умиляюсь.
Мне подает, я к груди, тот сразу впивается. Весь в отца.
— Ты в порядке? — тихонько спрашиваю у мужа.
— Нихуя не в порядке. Я в ахуе.
— С матами надо что-то решать. При сыне не матерись.
— Он пока не понимает.
— У тебя есть время.
— Вот это ты дала, Мил. Он такой большой. Как он вообще…
— Давай мы не будем об этом. Мне было очень больно, кстати.
— Ты — молодец. Больше, чем молодец. Я, как в себя приду, потом там подарки, цветы. Ладно?
— Мне это все не надо. Вот подарок какой лежит, вкусненький.
— Подарок, так подарок. Смотри, как титьку мою сосет. Сынок, папке оставь. — Пока Градов чушь несет, мне смешно.
— Градов? — Резко зову.
— А?
— Я тебя люблю.
— Еще бы. Смотри, какого я тебя пацана заделал. — Ну он, как всегда.
— Ты дурак.
— Похуй. Дурак, но счастливый.
* * *
— Градов, твою мать. — ору и пулей вылетаю из ванной. Егор испугано смотрит.
— Что?
— Я беременна. Ты охренел? — говорю строго. Злость кипятком по венам. А этот дурачком снова прикинулся и глаза свои вылупил на меня, хитрющие.
— Это не я.
— Егор, это не смешно. Гордей только в садик начал ходить. Я думала, наконец, на работу выйду нормально, а не по три часа в неделю.
— Я ничего не делал. — Смеется засранец.
— Я тебя убью. Когда ты успел?
— Не кричи.
— Не кричи? Так ты детей делать не можешь? Я тебе кто? Я каждые три года рожать буду?
— В следующий раз через четыре. — На нервах играет.
— Поставь ребенка на пол, Градов. Я буду тебя бить.
— Ха-ха-ха, успокойся. — Ржет сука, а я уже пирамидку Гордея взяла и на него.
— Поставь сына на пол. Тебе конец.
— Ты же знаешь, что я тебя люблю? — Убегает, а Гордейка хохочет.
— Пошел ты, Градов!
Конец
