Я это сразу понял. Поэтому он хотел тебя просто попугать, загнав пустую оболочку без PH. Какой смысл тратиться на полноценную пилюлю, если человека можно убить, а его тело растворить в кислоте?
Сказано это было без всяких эмоций, как само собой разумеющееся. Но Еве его слова, а главное содержание этих слов, явно не понравились. Она со всей силы стукнула его в живот.
– Мерзкий старикан! Моё тело уже пытались растворить в кислоте. Я своими руками прибила двух уродов, которые притащили меня в комнату с ванной – она сунула под нос согнувшемуся пополам профессору сжатые добела кулаки. – Если ты, кусок собачьего дерьма, не поможешь нам – я сама задушу тебя вот этими руками! И не поморщусь. Ты понял?
Не разгибаясь, профессор закивал в знак согласия головой. Кто видел Еву в этот момент, тот осознавал, что она не шутит. Серьёзность её намерений выглядела несомненной. Лицо, заплывшее синяками, оставленными жестоким садистом-альбиносом, вызывало страх и ужас у тех, кто не знал Еву.
– Зови сюда Снейка! – ледяным голосом скомандовала она, схватив профессора за волосы и вывернув его голову лицом вверх.
– Кого? – не разгибаясь и глядя при этом в потолок, поинтересовался старичок.
– Снейка! Фрида! Или как там его ещё зовут?
– А! – понял профессор. – Снейка! Любит он называться подобными именами. Но что я ему скажу?
– Скажи, что здесь его ждёт девочка.
– Какая девочка? – не понял профессор.
Ева ещё сильней потянула старика за волосы вверх и таким образом разогнула. Затем безжалостной рукой развернула его лицо к себе. Она практически упёрлась своим лбом в его лоб и зло выговорила каждое слово:
– Девочка – это я. Я его жду здесь!
– Хорошо! Хорошо. Я ему сейчас позвоню. Но что это вам даст?
В разговор вмешался Джо:
– Пусть спустится. Отсюда либо никто не выйдет, либо мы все выйдем без Фрида, но с его пультом управления людьми.
Профессор поманил его пальцем, показывая этим, что он хочет сказать что-то важное и секретное.
– Сначала изолируйте уборщика-китайца. Закройте его в туалете. Он приставлен Муленбергом следить здесь за всем. Он хороший человек. Но Фрид пообещал убить 148 его ближайших родственников, если китаец не будет служить ему верой и правдой. Хой, так его зовут, готов сдохнуть за Муленберга.
– Хорошо. Звони Фриду!
– Что вы делаете? – возмутилась внимательно слушавшая весь разговор Лиз. – Он придёт сюда вместе со всеми своими головорезами. Нам не выйти отсюда живыми. У нас только пистолеты без…
Виг прижал свой палец к её губам.
– Молчи, Гудвин, – и добавил тихо, чтобы никто не слышал из посторонних: – Об этом знаем только мы. Но если ты хочешь спастись? Вперёд! Вот он лифт.
– Ты знаешь, что я без вас не поеду. Да и что ждёт меня там наверху?
– Вот то-то же! Поэтому мы и должны так поступить. Сколько он привезёт с собой головорезов? Сколько их поместится в лифте? Ерунда, справимся. Здесь же нет другого пути? Сюда только на лифте можно спуститься. Я прав, профессор?
Виг уставился на учёного и по его выражению лица понял, что дело обстоит совсем не так. Профессор неуверенно забубнил:
– Нет, не правы. Есть ещё лестница.
– Чёрт! Где?
Старый учёный провёл нас в тупик, которым заканчивался коридор.
– Эта стена открывается, в ней секретная дверь.
– Мать твою! И ты молчал? Да тебя прибить на месте мало!
– Я не мог при всех сказать. Все сразу донесут об этом Фриду. И тогда всё, конец.
– Зря ты его боишься больше, чем нас.
– Его все боятся. Это не человек. Это исчадие ада.
– Хватит болтать! – призвал я. – Как дверь отсюда открывается?
– Поворотом крана в пожарном щите, – указал профессор на красный ящик на стене.
Всё ясно. Это мы уже проходили. Я повернул кран. Часть стены отпрянула в нашу сторону. Сразу же послышался топот ног, спускающихся по ступенькам железной лестницы. Значит, они знают, что мы здесь. Китаец, или кто-то другой доложил о нашем появлении. Топот был очень явным – следовательно, головорезы где-то рядом. Я вновь повернул кран, и стена затворилась. Что делать?
– Может, быстро стаскаем сюда столы и заблокируем открытие стены? Профессор, у вас есть холодильник?
Он не успел ответить на мой вопрос. Джо перебил:
– Нет! Не успеем! Все в лифт! Быстро! – завопил он.
Нас не надо было уговаривать. Мы, словно волна цунами, смели ничего не понимающего Стэна, по-прежнему стоявшего в дверях лифта, и я нажал среднюю кнопку, которая отправила нас в бункер Фрида. Профессор, прибежавший вместе с нами, тоже хотел зачем-то юркнуть в кабинку, но Джонатан его грубо вытолкнул. Дверцы закрылись и лифт поехал.
– Что случилось? – поинтересовался Стэн.
– Этот урод забыл нам сказать, что вниз можно спуститься не только на лифте, но и по лестнице, – Джонатан, говоря это, рассматривал потолок лифта. – Стэн, присядь, я встану на твои колени.
Здоровяк присел, сложив ладошки в кучку. Джо встал на них и двумя руками приподнял крышку люка на потолке кабинки. Спрыгнув, он скомандовал:
– Давай, парень, сначала закинем туда девчонок.
– Зачем?
– Некогда рассказывать! Действуй!
Они схватили с двух сторон Еву Марию и подняли вверх. Следом, с трудом, отправили Элиз, а затем, быстро и легко меня. Далее поднялся культурист, протянувший руку помощи Вигу. Всё это мы сделали быстро и слажено. Было тесновато, так как на крыше кабинки мы все сидели, а не стояли.
– Ведите себя тихо, как мышки при виде кошки, – скомандовал бородатый командир. – Лиз, ты говорила, что у тебя есть шокеры.
– Да, две штуки.
– Давай их мне. Сейчас, наверняка, в лифт загрузятся бандиты. И поедут, скорее всего, вниз. Как только они выбегут из кабинки, ты, Стэн, хватай меня за ноги, а я попытаюсь вырубить тех, кого Фрид оставит охранять кабинку.
Так и произошло. Практически так. С небольшими помарками. Только Джо сказал последние слова, как кабинка остановилась. В неё гурьбой ввалилась целая куча гангстеров. Кабинка двинулась вниз. Пока она спускалась, бандиты слушали старшего:
– Босс приказал валить их на месте. Не рассусоливать. Но, если они окажутся в самой лаборатории, то там не стрелять. Все слышали? Не дай бог, кто-нибудь из вас пульнёт. В ту же секунду отправимся к праотцам. Я говорю про то место, где стоят стеклянные сосуды. Поняли?
– Да, шеф, поняли.
– Тогда, приготовились!
Бандиты активно защёлкали предохранителями на пистолетах. После остановки они гурьбой высыпали из лифта. Внутри остался только один. Его лысина была нам хорошо видна. Она проблёскивала через решётку в крыше кабинки. Мы поняли и уяснили для себя две вещи: нас
