сперло, в глаза просто округлились. Меня охватила дрожь волнения, и я не знала, как быть и что делать. Вот та, кого я так искала? Это не сон? Она точно моя мама? Родная мама? Человек, который меня родил? Неужели мне послышалось на фоне волнения или стресса?
— Что? — решила на всякий случай переспросить, дабы убедиться в своей адекватности после путешествия.
— Ты не ослышалась… я твоя мама.
Значит, сейчас все реально. Вот только правильно мыслить мне было тяжело. Перед глазами стояли ее слова. Женщина смотрела на меня и грустно улыбалась, а я просто сидела на булыжнике, открыв рот, и не знала, плакать мне или радоваться?! Как вообще реагировать?
Когда мы только плыли на остров я думала о том, что встречу свою семью и обязательно узнаю о том, кто они. А вот в реальности все оказалось тяжелее в эмоциональном плане, нежели в моих мыслях. И как теперь быть в этой ситуации, даже представить невозможно. Что сказать?
Я ощутила, как совершенно неожиданно по щекам полились слезы. Это были смешанные эмоции, не то радость от встречи, не то злость. Вот только опускаться в воду я не спешила. И пока сидела на одном месте, пытаясь успокоиться и собраться. Нет времени сопли распускать!
— Ты… ты моя родная мама? — вытерла слезы и спросила, словно хотела уточнить. Моментально перешла с ней на «ты».
— Да, это я…
— У меня к тебе много вопросов…
— Да, конечно. Я все прекрасно понимаю. Спрашивай все, что хочешь, — она вновь улыбнулась и сложила руки на груди. — Только сначала скажи… скажи, пожалуйста, свое имя…
Ее слова прозвучали так трогательно и странно, что я просто шмыгнула носом и решила сказать правду. Хотя это необычно, когда родная мать хочет узнать, какое имя ее ребёнку дали приёмные родители.
— Меня зовут Синамайя…
— Синамайя, — повторила. — Очень красивое имя.
— А твое?
— Лавилия.
— Приятно познакомиться, — из меня вырвался нервный смешок. Так случается только со мной?!
— Мне тоже…
Я чувствовала себя неловко, оттого, что мы пытаемся узнать друг друга, хотя изначально это и хотела. Лавилия же, кажется, наоборот, не испытывает ничего такого и просто улыбается, смотря на меня. Явно радуясь тому, что нам удалось с ней встретиться. Но что же она такое!?
— Да… эм… можно мне тогда спросить?
— Слушаю.
С момента, как я узнала, что являюсь не родной, у меня накопилось очень много вопросов к биологической семье. Поэтому я не стала подбирать слова и напрямую спросила о том, что меня больше всего беспокоило.
Конкретно к этой женщине у меня не было жалости или любви. Я просто не знала, радоваться мне от встречи, или же наоборот разозлиться и обвинить ее в том, что она меня бросила.
— Ты человек? Что я за существо?
— Ты наполовину человек, а наполовину мидалия.
— Кто?
Поясните, пожалуйста, что это за чудовище! А то я что-то совсем не понимаю, и это прям пугает!
— Ммм… Сирена, если говорить на более древнем языке.
— Сирена?!
Это ещё кто? Но тут из воды показался рыбий хвост, который явно был частью тела моей родной мамы. Темно-синего цвета, а плавники на хвосте голубые. И смотрелось это красиво, а не так, как я себе представляла. Может, все не так уж и плохо, и я не дочь двух монстров?! Ведь наполовину даже человек! А на вторую все же рыба, это правда не очень утешает.
— Думаю, по пути сюда ты уже видела сирен, — сказала, а я задумалась над ее странными словами.
Разве? Что-то не припомню хвостатых женщин. А! Или она про тех странных девушек, которые выплывали из воды и пытались позвать к себе дракона? Ну тогда да, мы их уже встречали.
— Они ведь тоже призраки?
— Да. Оставшиеся на островах сирены все являются призраками, которые привязаны к этому месту и не могут его покинуть. Изначально сирены на самом деле жили в океане и их основной задачей было соблазнять мелодией мужчин и, заманивания в воды, топить свои жертвы.
— Что? — удивилась очень. Это получается, что она убийца? — И ты этим тоже занималась?
— Да, — она так легко говорила об убийстве, с улыбкой на губах, словно это смешная шутка. — Было пару раз.
Мне ее действия не понравились. Даже не так, это вызывало отторжение и неприятие, словно заставили капаться в чьих-то грязных секретах против моей воли. Хоть и было мне это непонятно я не могла судить толком не поняв, как она жила в этом месте и через что ей пришлось пройти.
— А почему… почему ты меня оставила? — выдала, посмотрев под ноги. — И как это произошло? Ты меня не любила?
Тут ее глаза покраснели. Хотя она призрак, и я удивлена, что они тоже могут плакать. Но ее улыбка мигом испарилась и было видно, что она сожалеет о том, что сделала. Или мне это почудилось.
— Я тебя любила… и сейчас люблю. Ты моя дочь и по-другому просто быть не могло, прошу, поверь.
— Как? Как все так вышло? Или все сирены бросают своих детей? — такое меня не устраивало.
Обиды вроде бы и не было. Ведь меня вырастила любящая семья, где у меня есть мама и папа, которые всегда были и будут добры ко мне. Теперь просто хотелось знать, что произошло на самом деле. И что заставило ее оставить меня. Неужели, ее смерть? Или что-то другое?
— Не все… но среди сирен, которых вы встретили, были и такие, как я, — выдала грустно.
— Те девушки тоже ждут, когда к ним придут их дети? Хотят увидеть их в последний раз даже после смерти?
— Не думаю, — она дернула плечом. — Скорее они просто не могут смириться с тем, что погибли второй раз. Поэтому до сих пор бродят в воде даже в виде призраков и продолжают жить как прежде.
— Что? Второй раз? Как это?
Мои брови взлетели вверх от удивления. На этот раз мне тоже не послышалось? Или сирены скрывают что-то очень темное? Надеюсь, что их секрет не будет таким уж пугающим…
— Это долгая история. У тебя есть время ее выслушать?
—Да, — я была серьёзной. — Я сюда для этого и пришла, чтобы знать все ответы на
