его подошедший Уокер. Он холодно взглянул на Пола, и тот быстро убрал руку с моего плеча. – Во-первых, мы еще не осмотрели все как следует. Во-вторых, сейчас все идут на охоту. Пока здешние животные не испуганы нашим присутствием, можно настрелять мяса, не забредая слишком далеко. И раз уж вы с нами, то больше не новички. Утопия выбиралась не для вас, а для нас. Это понятно?
Ребята притихли.
– Запомните сразу, – строго продолжал Чарли. – От Билла ни на шаг! Это не тундра, где все как на ладони. От лагеря по одному не отходить. По двое тоже, – добавил он, выразительно глянув на Марка и Энн. – Держаться всем вместе, и всегда с оружием наготове.
– Вот и поплавали… – разочарованно протянул Пол.
– Еще поплаваете, – успокоил его Уокер. – Когда окрестности будут только нашими, все станет намного проще.
В первую ночь ветераны по очереди дежурили, охраняя нас от зверей. Понятно, почему Чарли не стал настаивать на разделении лагеря – в этом лесу обитала прорва хищников. Несколько раз мы просыпались от стрельбы, а утром обнаружили подпорченные падальщиками останки здоровенных волков.
На второй день начались тренировки. Ребята остались возле лагеря, а мы с Чарли углубились в лес и начали кругами прочесывать местность – все дальше и дальше. Спугнули лосей, кабанов, выжили волчье логово с детенышами и нашли развалины старого зимовья. Судя по найденным внутри кремневым обломкам, охотники этого мира еще не знали металлов, но говорить об этом наверняка было рано.
Мы вернулись к лагерю, когда смеркалось. Я едва волочила ноги. На весь лес аппетитно пахло жареной зайчатиной – ребята приготовили ужин. Но я даже не помню, съела ли хоть что-то…
Утро началось стандартно. Чарли забрался в нашу с Энн палатку и разбудил меня.
– Зря вы устроились вместе, – прошептал он, оглянувшись на Диклест. – Ты вытерпишь молча?
Я обреченно вцепилась зубами в спальник. Но после первых суток сдерживаться не получалось.
– Ты чего?! – взвилась Энн. – Волки?! – И тут она разглядела Уокера, разминающего мои ноги…
– Доброе утро, Энни, – невозмутимо произнес Чарли. – Закрой рот, будь добра.
Диклест снова улеглась и принялась изумленно наблюдать.
– Чарли, зачем ты ее так мучаешь? – спросила она.
– Заткнись и спи! – нервно прорычала я.
– Ну и пожалуйста, – обиженно буркнула она, отвернулась и накрылась с головой. Но уснуть под мой полузадушенный вой было нереально. Тогда Энн вылезла из мешка и, нарочито дразнясь в полумраке упругим белым телом, принялась одеваться.
– Поспишь тут с вами… – недовольно проворчала она и выползла из палатки. Наверное, отправилась досыпать под бок к Марку.
Сделав массаж, Уокер неслышно ушел. Я отдышалась, оделась и выбралась наружу, ежась от предрассветной прохлады. Возле палатки ребят алой звездочкой вспыхивала сигарета Марка. Обе наши «совы», наверное, еще спали. Разглядывая меня, Таунта ухмыльнулся.
– Джа, что он там такое вытворял, что ты теперь еле стоишь?
Из палатки раздалось приглушенное хихиканье. Спелись, заразы. Энн высунула голову наружу.
– Так и знала, что меня выжили специально, – ехидно поддержала она. – Мог бы прямо сказать…
Последняя фраза предназначалась уже Чарли, который шел от костра с дымящейся кружкой в руке. Он молча подал мне кофе, потом, как обычно, сел рядом и принялся укутывать меня пледом из палатки. Увидев это, Энн умолкла на полуслове.
– Кофе пахнет! – показался над ее головой сонный Пол. – А еще есть?
– Я сварил на всех, – отозвался Чарли.
Ребята засуетились, подтягиваясь к костру. Уокер помог мне подняться и повел завтракать.
* * *
Сегодня я тренировалась рядом с группой. Ребята вначале добродушно подшучивали надо мной, пока я разрабатывала одеревеневшие конечности, но потом перестали. К тому времени, как они в первый раз устроились отдохнуть, я только набрала темп. Ближе к полудню выдохшиеся стажеры начали обеспокоенно окликать нас, подзывая в лагерь.
– Говорю в первый и последний раз, – объявил им Уокер во время обеда. – Если будете отвлекать Джелайну, мы соберем вещи и уйдем выше по реке. Останетесь тут одни.
– Все-все, – примирительно сказал Билл. – Они больше не будут.
После еды Энн взялась мыть посуду, и я присоединилась к ней.
– Энни, пожалуйста, прости меня за грубость. Я не хотела тебя обидеть, просто не сдержалась.
– Так вот в чем дело, да? – пытливо спросила она. – У тебя такая нагрузка, что по утрам все болит?
– Это ненадолго, – ответила я. – Недели две, не больше. Потом привыкну.
– Мазохизм какой-то, – пробормотала Энн. – Ты и раньше так же мучилась?
– Даже хуже. Сейчас я привыкаю все быстрее.
– А Чарли что, каждый день будет тебя так будить?
– Я предупреждала. Отселяйся, пока не поздно.
Диклест усмехнулась.
– Нет, Джа, я ошиблась – ты садистка. Так издеваться над Чарли…
Давнее смущение предательски прилило к моим щекам.
– Он сам за это взялся.
– Еще бы! Если выбирать между вообще ничем и возможностью ежедневно от души мять девушке ягодицы, то любой мужчина выберет второе. Оно понятно, что у тебя в это время мысли совсем о другом. А вот у Чарли, похоже, как раз о том, о чем надо. Или я совсем ничего не понимаю в мужчинах.
Она натянуто рассмеялась.
– Я так старательно вертела перед ним задом, а он разок покосился – и все. Конечно, кому интересно просто смотреть на девушку в одних трусах, когда можно сколько угодно трогать другую? Которую, к тому же, еще ни разу…
– Энни, хватит, – не выдержала я. – Чарли ведет себя очень тактично.
– Угу, тактично. Жаль, что у тебя нет глаз на затылке, и ты не видишь, как Чарли при этом на тебя смотрит. На меня он никогда так не смотрел. Даже тогда…
Скорее всего, Диклест просто показалось. Вряд ли я могу вызывать больший интерес. Угловатая, с фигурой подростка, жеребячьими ногами и плоской мальчишеской задницей. Ладно бы попозже, когда тело становится рельефнее – тогда я еще ничего смотрюсь, и все же… Но ведь сейчас я еще совсем хилая.
– Не надо было мне с ним связываться, – вдруг вздохнула Энн, перекладывая тарелки. – Не стоило оно того, только Марка обидела зря. Вот, пожалуйста: вечером Чарли на руках отнес тебя в палатку. И утром – на, Джелайна, массаж, на, дорогая, кофе чуть ли не в постель, одеялко на плечи… А меня он выгнал на разминку, не дав даже поспать хоть пару часов!
– Я в первом рейде тоже не спала, – вздохнула я. – Мы поссорились, и я всю ночь не могла успокоиться. А потом он меня еще засветло заставил работать.
Энн лишь хмыкнула, скривив губы.
– А меня он еще и поимел. То есть… Э-э… Знаешь, я ведь была с тобой тогда не
