что одно и то же объективное событие – будь то потеря работы или спор с коллегой – может иметь очень разные субъективные толкования. И именно эти толкования (а не сами события) могут вызвать определенные чувства, влияющие на поведение.
Когнитивная поведенческая терапия лечит депрессию и другие психические расстройства, убеждая пациентов: какие бы проблемы и страдания у них ни были в детстве, можно прекратить негативные внутренние интерпретации и изменить неадаптивное поведение. Человек может научиться понимать, что происходит у него внутри, и реагировать как оптимист. Когнитивную поведенческую терапию в наше время широко используют для лечения депрессии, и она дает гораздо более продолжительный эффект, чем антидепрессанты и другие лекарственные препараты.
* * *
Спустя несколько лет после того, как я начала исследовать упорство, Венди Копп, создатель и президент компании Teach For America, приехала на встречу с Мартином.
В то время я училась в аспирантуре и очень хотела присутствовать на их встрече по двум причинам. Во-первых, компания Teach For America направляла сотни окончивших колледж молодых людей для работы учителями в школы, расположенные в бедных районах страны. По собственному опыту я знала, что профессия учителя требует много упорства, особенно если работаешь с учениками из бедных и социально неустроенных семей.
Во-вторых, сама Венди была необыкновенно упорным человеком. Она решила открыть компанию Teach For America, учась на втором курсе Принстонского университета, и в отличие от многих других идеалистов, которые сдались, не выдержав трудностей, она справилась и основала одну из крупнейших некоммерческих организаций США в сфере образования. Любопытно, что выражение «неуклонное стремление» является одной из основных корпоративных ценностей компании Teach For America, а также характеристикой самой Венди, по словам ее коллег.
На встрече мы втроем разработали следующую гипотезу: оптимистично настроенные учителя более упорны, чем их коллеги-пессимисты; и именно упорство зачастую объясняет преподавательский успех учителя.
Например, учитель-оптимист продолжает искать способы помочь отстающему ученику, в то время как учитель-пессимист отказывается от этой неблагодарной задачи. Мы решили протестировать упорство и оптимизм преподавателей до того, как они приступят к работе, а через год оценить их работу по успеваемости учеников.
В августе четыреста учителей компании Teach For America ответили на вопросы моего теста по Шкале упорства и опросника Мартина Селигмана об оптимизме. По ответам учителей о реакциях на негативные события мы раздели их на оптимистов и пессимистов.
Кроме того, мы оценили, насколько учителя чувствуют себя счастливыми. Почему? Потому что в научных кругах появилось мнение: ощущение счастья является не только следствием хорошей работы, но одновременно и причиной того, что человек успешно с ней справляется. К тому же нам было интересно узнать, насколько счастливыми чувствуют себя самые упорные учителя. Может ли человек быть упорным и счастливым? И какую цену приходится платить за упорство и страсть?
Через год после этого в Teach For America оценили эффективность работы учителей на основе успеваемости их учеников. Как мы и ожидали, оптимистично настроенные учителя оказались более упорными и счастливыми, их упорство и ощущение счастья, в свою очередь, коррелировали с более высокими оценками их учеников.
Изучив результаты исследования, я вспомнила, как сама преподавала. Вспомнила дни, когда возвращалась с работы уставшая и в совершенно расстроенных чувствах. Как в моей голове крутились мысли, что я идиотка и что какой-нибудь ученик так никогда и не поймет моих объяснений. Я тогда вставала утром и придумывала новую тактику: «Может, если я принесу в класс плитку шоколада и разломаю ее на кусочки, они смогут понять дроби? Может, если я попрошу учеников в понедельник прибраться в своих ящичках для хранения вещей, они станут более аккуратными?»
Опросы молодых учителей, интервью с упорными людьми, а также пятьдесят лет самых разных психологических исследований свидетельствуют о том же, что нам подсказывает здравый смысл: когда человек ищет способы выйти из сложившейся ситуации, рано или поздно он их находит. А если он перестает искать, то ничего хорошего не происходит.
Генри Форд однажды сказал: «Если ты думаешь, что можешь что-то сделать, – ты совершенно прав, а когда ты думаешь, что ничего не можешь сделать, – ты тоже прав».
* * *
Приблизительно в то время, когда Мартин Селигман и Стив Майер проводили свои эксперименты с собаками, молодая студентка курса психологии Кэрол Двек училась в колледже. Кэрол всегда интересовало, почему в одних и тех же обстоятельствах одни опускают руки, а другие – нет. После окончания колледжа она начала писать диссертацию на эту тему.
Исследования Мартина и Стива оказали на Кэрол огромное влияние, но у нее оставалось много вопросов. Конечно, можно объяснять все проблемы причинами, которые от тебя не зависят… Но почему кто-то поступает именно так, а кто-то – нет? Почему один человек вырастает оптимистом, а другой – пессимистом?
В одном из своих первых исследований Кэрол занялась учениками средней школы, которые (по единогласному мнению учителей, директора школы и школьных психологов) были совершенно беспомощны перед лицом трудностей. Кэрол подозревала: эти дети полагают, будто причина их неудач – отсутствие интеллектуальных способностей, а отнюдь не недостаток упорства. Кэрол считала, что не только череда неудач превратила этих детей в пессимистов, а их общее представление об учебе и образовании.
Дабы убедиться в правильности своих мыслей, Кэрол разделила учеников на две группы. Половина детей пошли по программе «только успех»: на протяжении нескольких недель они решали математические задачи и независимо от результата их всегда хвалили. Вторая половина учеников оказалась в так называемой группе «война на истощение». Эти дети тоже решали математические задачи, но им часто говорили, что они не успели решить все задачи за отведенное время, и, главное, им повторяли, что они должны вкладывать в свою работу больше сил и энергии. После этого обеим группам учеников был предложен тест, состоявший из сложных и легких задач.
Кэрол считала: если предыдущие неудачи служат причиной чувства беспомощности, то программа «только успех» должна укрепить мотивацию учеников. Но если все проблемы объясняются тем, как дети воспринимают свои неудачи, то более эффективной программой окажется «война на истощение».
Эксперимент показал, что дети, учившиеся по программе «только успех», сдавались перед сложной задачей так же легко, как и до начала эксперимента. А дети, прошедшие программу «война на истощение», проявили больше упорства при столкновении с трудностями. Судя по всему, неудачи мотивировали их больше и упорней работать, а не считать неудачу подтверждением, что у них недостаточно способностей добиться желаемого.
* * *
На протяжении последующих четырех десятилетий Кэрол продолжала работу в выбранном направлении. Она выяснила, что люди всех возрастов
