в сердце почти не осталось.
— Готово, — объявил Деймос, коснувшись губами моей макушки, прежде чем надеть мне на голову меховую шапку. — Главное, не бойся.
Легко ему говорить. Раньше при полете он держал меня на руках, а сейчас прикрепил какими-то ремнями. По его словам, такие крепления использовались для транспортировки раненых. И пошутил, что теперь пригодились для путешествий с любимыми. По крайней мере, Экхар часто так летает с Сейной. Как и другие смешанные пары.
Взмахи крыльев подняли потоки ветра. Шапка тут же попыталась слететь с головы. Я еле успела её удержать, а второй рукой крепко вцепилась в ремень на груди. Деймос под мощные взмахи чёрных крыльев взмыл в небо в один рывок. Сердце ухнуло куда-то вниз, а потом вновь вернулось на место, забившись в сотни раз быстрее. Дворец остался внизу, как и город, а мы поднялись к самым облакам. Вскинув руки, я рассмеялась. Полет — нечто невероятное.
Ладони Деймоса обвили талию, уха коснулся его смешок:
— Рад, что тебе нравится летать.
И уже более серьезным тоном наказал:
— Если начнёшь мёрзнуть, скажи.
— Хорошо, — я натянула на руки меховые перчатки и приподняла ворот куртки.
Деймос предупреждал, что высоко в небе холодно. Довольно быстро я в этом убедилась. Сам он облачился в меховой кейто — традиционную верхнюю одежду гармонтов. Правда, кажется, даже без него он бы не замёрз. От тела жениха исходило тепло, даже жар.
Полёт действительно сокращал расстояние. Через облака я видела, как быстро остаются позади поселения и города. И приближаются горы. Я начинала понимать, куда мы летим, но не задавала вопросов.
Вечером Деймос приземлился на берегу небольшой реки, чтобы устроить лагерь. Если он и устал, то не показывал этого. А я старалась помочь хотя бы с готовкой.
— Вкусно, — улыбнулся Деймос, пробуя приготовленную мной похлёбку.
Блики костра ярче очерчивали резкие черты лица, бросая тени на его глаза. И все равно он больше не пугал меня.
— Я редко готовлю, — щёк коснулся румянец. Казалось, Деймос не хочет меня обижать. — Обычно готовит Лили. Иногда пытается Кай.
— Расскажи о них. Я хочу больше узнать о тебе.
Просьба смутила, но я видела, что Деймос искренен.
— И я хочу узнать о тебе.
— Узнаешь, — он снова улыбнулся, и я поймала себя на мысли, что залюбовалась им.
Деймосу шла улыбка, она смягчала черты сурового лица. В последнее время он часто улыбается.
Вечер прошёл за разговорами, откровенными, без прикрас. Он первый, кто узнал обо мне так много. До этого я была столь открыта только с Лили и Каем. Деймос активно преодолевал все выстроенные мной между нами барьеры. А я больше и не пыталась сопротивляться.
На следующий день после плотного завтрака мы вновь отправились в путь. Чем выше мы поднимались, тем становилось холоднее. А к вечеру позади остались вершины горного массива.
— Что это? — прошептала я, когда Деймос пошёл на снижение.
— Монтлейн — столица и родина моего народа.
— Но… он разрушен.
Долину, где стоял Монтлейн, избороздили трещины в земной тверди. Между ними все ещё виднелись отблески протекающей внизу магмы. Дома были разрушены, они замерли уродливыми изваяниями в застывшей лаве. Уцелела только выбитая в скале часть некогда величественного замка. Дым с кисловатым запахом поднимался из трещин. На глаза навернулись слёзы то ли от вида разрушенного города, то ли от едкого запаха.
Стараясь держаться выше уровня тяжелого дыма, Деймос пролетел над уничтоженным городом и пошёл на снижение. Здесь сохранился пятачок вечнозеленой рощи, вокруг которой громоздились скелеты погибших деревьев. Приземлившись, Деймос настороженно огляделся, готовый в любую секунду сорваться в небо. Только потом принялся отстегивать меня.
— Ты упоминал извержение, — слова прозвучали глухо.
Я все ещё была под впечатлением от вида разрушенного города гармонтов.
— Эта роща считалась священной, — Деймос широким жестом обвел окружающие нас высокие деревья с усыпанными зелёными иголками ветвями. — Как видишь, погибло не всё.
Выражение лица Деймоса оставалось непроницаемым. Он невозмутимо принялся обустраивать лагерь.
— Поэтому вы напали на Иллению?
— У нас было два варианта. Спуститься с гор и начать затяжную войну с альвами за новые территории.
— Либо объединиться с ними.
— Мы выбрали менее болезненный вариант, — Деймос серьезно посмотрел в мои глаза. — Я не пытаюсь оправдать свой народ, Лира. Я хочу, чтобы ты видела всю картину. Катаклизмы не прекратились с приходом иллеми к Древу.
Я отвернулась, посмотрела вдаль. Отсюда были видны только шпили замка гармонтов и поднимающиеся к небу столбы дыма.
— Одна катастрофа всегда влечёт за собой другие, — прошептала я, но Деймос услышал.
— Так и есть, — он подошёл ко мне со спины. — Я проверю рощу. Скоро вернусь.
Деймос скрылся среди деревьев. Я была благодарна ему за то, что он оставил меня одну, давая возможность все обдумать. Но немного придя в себя, я поняла, что обдумывать больше нечего. Я все решила, когда открылась Деймосу. Решила оставить прошлое позади, прекратить сжигать сердце в ненависти и открыться любви. Может, это неправильно, но мне надоело одиночество. Пора перестать жить прошлым и попытаться построить счастливое будущее.
Пока Деймоса не было, я успела собрать хворост и разжечь костёр. Воздух был нагрет протекающей под землей магмой, потому я избавилась от теплой одежды.
— Здесь безопасно, — сообщил Деймос, появившись среди кустов.
Верхняя часть кейто была подвязана на уровне талии. Он тоже предпочел разоблачиться до рубашки. Мужчина казался задумчивым. Наверное, и ему нужно было уединение, чтобы справиться с призраками прошлого.
— Уже готовишь? — он свалил возле костра связку дров.
— Да, правда, припасы заканчиваются.
— Завтра мы улетим.
Деймос был молчалив некоторое время. Но потом уже я решила расспросить его о прошлом. Оказалось, что его мать и отец погибли во время извержения. За вечер я узнала многое о традициях и прошлом гармонтов. В этой роще раньше совершались магические таинства. Здесь благословляли браки и провожали усопших, проводили традиционные бои. Именно в этом месте Ариэс когда-то одержал верх над всеми соперниками, чтобы возглавить свой народ и повести на завоевание Иллении. Кто же мог подумать, что следующий повелитель гармонтов приведёт сюда последнюю из иллеми?
— Красиво.
Ночь успела опуститься на землю. В небе плыла луна, освещая серебристым сиянием рощу и горы. А звездам, казалось, нет числа. Наверное, только в горах такие виды, и луна столь
