хорошо помнил о главной задаче ложи «П-2».
1969 год — о нём мы уже упоминали в предыдущих очерках — необычный год в послевоенной истории Италии. Это год начала так называемой «стратегии напряжённости», серии террористических акций, направленных на смещение политической оси страны вправо.
Именно в этом году состоялось секретное совещание «ядра» ложи «П-2». На нём «вольные каменщики» обсуждали далеко не морально-этические проблемы. Протокол его сохранился и опубликован в книге Роберто Фабиани «Масоны в Италии». Вот он:
«Число приглашённых «братьев» — 40. Отсутствуют по уважительным причинам — 3. По неуважительным — 1. Повестка дня:
1. Политическое и экономическое положение Италии.
2. Угроза со стороны Итальянской компартии.
3. Слабость сил охраны порядка.
4. Отсутствие в Италии подлинного правящего класса и абсолютная неспособность правительства проводить необходимые реформы» и т. п.
После обсуждения этих вопросов присутствовавшие пришли к выводу, что Италия «находится в катастрофическом положении» и ей грозит «диктатура крайне левого режима». Но что же делать? Правительство бездействует» судебный аппарат развален, правящая партия — христианские демократы — демонстрирует неспособность «дать отпор коммунистам». Собравшиеся решают, что нужно «разработать чрезвычайные планы». Другими словами, принимают решение начать подготовку к правому государственному перевороту. Создать «сильное правительство», которое, как утверждал Джелли, для нас «всегда предпочтительнее, чем правительство коммунистов».
БАНДЕРОЛЬ ОТ СИНЬОРА СИНИСКАЛЬКИ
После провала путча Валерио Боргезе римский судья Витторио Оккорсио допрашивал 21 апреля 1971 года его участника Сандро Саккуччи. Неофашист заявил следователю: «Я являюсь членом масонской ложи». «Масоны и заговор? Чепуха!» — сделал тогда вывод Оккорсио. Сделал вывод и допустил ошибку. Трагическую ошибку.
Дело в том, что не только Саккуччи, но и Ремо Орландини, правая рука «чёрного князя», и капитан полиции Сальваторе Драго, отворивший путчистам двери министерства внутренних дел, и начальник СИД генерал Вито Мичели — все они оказались масонами. И не просто масонами, а членами тайной ложи «П-2». Их имена фигурировали в списках ложи на вилле «Ванда»…
На след масонов судебные органы натолкнулись и при расследовании взрыва неофашистами пассажирского экспресса «Италикус». Помощь в этом оказал… карманный вор Аурелио Фьянкини, бежавший из тюрьмы в Ареццо. Он явился к сотруднице журнала «Эпока» Сандре Бонсанти и рассказал удивительную историю. В одной камере с ним сидел неофашист Лючано Франчи, арестованный по подозрению в организации взрыва «Италикуса». Желая похвастаться, Франчи рассказал Фьянкини о подробностях этого преступления и сообщил, что его организаторы опирались на поддержку «могущественной и тайной масонской ложи».
Этим рассказом заинтересовался следователь Анджело Велла из Болоньи, занимавшийся изучением обстоятельств взрыва поезда. В отличие от своих коллег, он не отмахнулся от упоминания о масонах. Видимо, потому, что сам некоторое время входил в одну из «открытых» масонских лож и знал, что масоны занимаются не только благотворительностью. В первую очередь Велла решил допросить Аурелио Фьянкини, которого тем временем перевели в тюрьму в Ареццо — по странному стечению обстоятельств в этом городе находилась одна из вилл Джелли.
К своему удивлению, Велла быстро убедился в том, что допросить этого ценного свидетеля невозможно.
Всякий раз, когда Велла приезжал в Ареццо, то сталкивался с весьма странным отношением к себе местных властей. В управлении полиции с ним не желали даже разговаривать и под разными предлогами отказывали следователю в разрешении на допрос. Дело кончилось тем, что упорному следователю «посоветовали» держаться подальше от Ареццо, если он «не хочет иметь неприятностей».
Такая же неудача постигла и полицейского комиссара Эннио Де Франческо. Он тоже расследовал дело о взрыве «Италикуса» и пришёл к выводу, что его виновников надо искать в Ареццо. Но не успел он приехать в этот город, как коллега из местной полиции посоветовал ему… убираться подобру-поздорову.
Между тем связи масонов с неофашистами становились для следователей всё более очевидными. Один итальянский журналист, выступая на праздновании столетней годовщины со дня образования единой Италии, организованном масонами в Риме, с удивлением увидел за столом президиума Лориса Факкинетти, основателя полувоенной неофашистской организации «европейская цивилизация». Присмотревшись внимательнее, журналист заметил, что в зале представлен «весь цвет» римских неофашистов.
Любопытно ещё одно обстоятельство. Итальянские журналисты, изучавшие историю масонства, в частности деятельность ложи «П-2», обратили внимание на тот факт, что массовый приток неофашистов в ряды «вольных каменщиков» приходится на 1969 год — год начала на Апеннинах пресловутой «стратегии напряжённости».
* * *
В 70-х годах в Италии широкое распространение получил страшный, но необыкновенно доходный «бизнес» — похищение состоятельных людей с целью выкупа.
Бандиты похищали банкиров, промышленников, состоятельных врачей и адвокатов, а чаще всего их детей. Нападали дерзко, прямо на улице, среди бела дня, вкалывали жертве парализующий наркотик, надевали на голову чёрный капюшон и увозили в заранее подготовленное «убежище». Через несколько дней родственники получали письмо с требованием выкупа. Если они медлили с уплатой, то их «предупреждали»: посылали фотографию похищенного сына или дочери, потом прядь волос. Родственникам приехавшего в Италию на каникулы и потом «украденного» внука американского миллиардера Гетти прислали в конверте… отрезанное ухо мальчика.
«Монополию» на эти жестокие преступления захватило так называемое «акционерное общество похищений» — банда связанных с мафией гангстеров. В Риме этим занималась шайка выходцев из Южной Франции, получившая название «банда марсельцев», во главе с Жаком Беренгуэром и Альбертом Бергамелли. Они, в частности, похитили сына ювелира Булгари, финансиста Ортолани, сына «короля кофе» Данези. Это принесло «акционерному обществу» более 6 миллиардов лир «дохода».
Полиция боролась с гангстерами без особого успеха. Устраивались засады, следили за родственниками похищенных, подслушивали телефонные разговоры, помечали денежные купюры, которые выплачивались в качестве выкупа. Но всё безрезультатно.
Постепенно у следователей возникло и окрепло убеждение в том, что «акционерное общество похищений» опирается на какие-то влиятельные и могучие силы, это и делает его неуязвимым, а полученные от похищений деньги используются для каких-то неясных политических целей.
Первым на след «банды марсельцев» напал заместитель начальника механизированного отряда полиции Рима Элио Чоппа. Чоппа часами вёл допросы родственников похищенных, пытаясь ухватиться хотя бы за какую-нибудь ниточку, которая могла бы привести к похитителям. Изнурительные допросы под ярким светом рефлектора, когда допрашиваемый теряет над собой контроль и начинает признаваться в том, о чём хотел бы умолчать. У пострадавших от «акционерного общества похищений» Ортолани и Данези ничего не было общего, за исключением того, что оба были масонами, членами тайной ложи «П-2».
— А что это за штука — масоны? — заинтересовался любознательный следователь. — Что это за ложа «П-2»? Почему она так называется? — Час за часом шли допросы…
Наконец кончик долгожданной ниточки был ухвачен. Несколько месяцев спустя Чоппа вместе с отрядом вооружённых до зубов
