снова удивилась тому, что в таком месте эльфы решили построить свою арену. Хотя чтобы устраивать испытания для студентов в этой темноте – места лучше не придумаешь.
Опасность почуял Тьен. Пес резко остановился и бросился назад. Я поспешно развернулась вслед за ним и вскинула руки, сплетая щит. Пара хварров врезались в него, а затем неуклюже спланировали на землю, расправляя кожистые куцые крылышки. Из острых клювов вырвался недовольный то ли лай, то ли клекот, и твари снова прыгнули.
Хварры были умеренно устойчивы к магии, поэтому Ястер выхватил меч. Я попыталась ударить второго по ногам «оковами воздуха», но получилось плохо – магия скользнула по его лапам и большей частью ушла в землю. Все-таки целилась я гораздо хуже своих товарищей. Шон добил его клинком. В моей голове прозвучало предупреждение Тьена:
«Сверху!»
Я ударила заклинанием не глядя. Кажется, у меня первый раз получилось направленное водяное колесо – сверкающий голубой круг четко ушел вверх и располосовал шкуры сразу нескольких тварей, которые прыгнули на нас с воздуха. Винсент сотворил щит трех стихий пятого ранга, и хварры по нему скатились на землю. Их было так много, что стая очень быстро взяла нас в кольцо. Тьен выскользнул из темноты и разорвал клыками ближайшего хварра. Магия действовала на них плохо, все вытащили клинки и встали спиной к спине. Катана порхала в моих руках, рассекая тварь за тварью, справва с неменьшим искусством крошил маленькие тушки Винсент.
На несколько минут пещеру заполнили предсмертные вопли хварров и скрип коротких крыльев. Стая была огромной, я никогда не видела столько существ сразу. Даже в годы войны, когда нежить расплодилась. Такое чувство, будто эльфы собирали их по всей стране для этого турнира. Наконец, клинок Винсента рассек последнюю тварь. Я стряхнула с катаны темную кровь нежити и обернулась к Шону. На плече юноши красовался короткий кровоточащий порез. Ястер вложил клинок в ножны и выплел какое-то лечебное заклинание. Кровь перестала сочиться из раны. Шоннерт пробормотал благодарность и бегло осмотрел меня.
— Никак не могу привыкнуть, что ты больше не маленькая сестренка, которую стоит оберегать, – улыбнулся он.
Я коротко улыбнулась в ответ. Тьен умчался в темноту – выискивать новую опасность. И тут мой брат увидел, что медальон на моей шее изменился.
— Что это? – нахмурился Шон и протянул руку.
Я сделал шаг назад и накрыла лилию ладонью. Пришлось пояснить:
— Это сделал Дэ-Хой. Он раскрыл мою золотую искру еще больше, а затем изменил лепесток. Кажется, теперь у меня искра в стадии лилии. Не знаю, что это значит.
На лице юноши промелькнула ярость. Он торопливо отвернулся. Я мягко сказала:
— Я знаю, что ты ненавидишь его. Но это может помочь нам выиграть.
— Не нужен нам этот выигрыш, - бросил Шон. – Отдай ему браслет и можно возвращаться.
— Ну уж нет, - возмутилась я. – Это же шанс досрочно получить диплом.
Все трое посмотрели на меня как-то странно. Во взгляде Шона появилось недоверие. В этот момент я снова услышала предупреждение Тьена:
«Опасность! Слева».
Я повторила его слова для друзей. Вовремя – из-за ближайшего сталактита на нас выпрыгнул тяруги. Точнее, глосс, как их здесь звали. Тварь взмахнула длинным хвостом, пытаясь достать нас ядовитыми иглами. Мы бросились врассыпную и попытались взять глосса в кольцо. Он зашипел и оскалился, когда четыре водных заклинания ударили его со всех сторон. Но этого убить было не так просто. Глосс издал протяжный крик. И ему ответили. Я стиснула зубы и обернуласьт к новой опасности. Тонкие стальные иглы лязгнули, встретившись с катаной духа.Одной он все-таки достал меня. Яд начал действовать почти сразу, накатила легкая слабость, и я на мгновение замешкалась. Если бы не Тьен, который напал на глосса со спины, я бы точно получила еще одну дозу яда. Пользуясь тем, что зверь отвлёкся на пса, а первого проворно добивают товарищи, я выдернула тонкую иглу из плеча, перехватила катану и одним ударом снесла твари голову.
«Они не одни, – предупредил Тьен. – Еще трое справа».
— Трое справа! - крикнула я друзьям, оборачиваясь навстречу новой опасности.
Мне тут же пришлось прикрывать Ястера, который замешкался и едва не получил иглу промеж глаз. Винсент не растерялся и ударил магией. Заклинания пятого ранга уже могли нанести этим тварям какой-никакой, но урон. Я прыгнула вперед и завертелась среди глоссов, пытаясь отсечь им лапы и хвосты. Тьен помогал мне – в нужный момент придерживал тварей, чтобы я могла снести очередную брыкающуюся конечность. Винсент насел на самого шустрого глосса с другой стороны, и мы слаженно порубили тварей на куски. Затем юноша пробормотла «Кхи» и щелкнул пальцами, поджигая останки. Этих нельзя было оставлять так – тела соберутся обратно, если не сразу, то за час – вполне.
Мы быстро осмотрели друг друга в поисках игл, а затем отправились вперед. Вокруг тела Тьена сверкал голубоватый магический доспех, из-под которого сочилась темная кровь.
— Почему ты не использовал его сразу и дал себя ранить? – обратилась я к псу.
Тот равнодушно ответил:
«Он мешает мне маскироваться».
Я покачала головой.
«Эти раны не стоят твоего внимания, – добавил пес. – Я демон. Меня ранили три сотни раз, и ранят еще три сотни. Боль проходит, раны заживают, смерть мне не грозит – я уже умер и превратился в потустороннее существо».
Он, конечно же, был прав. Но мне все равно это не нравилось.
Мы продолжали идти вперед, пока не увидели впереди островок золотого света. Тьен вырвался вперед и сообщил:
«Это ваша цель. Нежити пока не вижу».
— Путь свободен, - негромко сообщила я Винсенту.
Юноша кивнул и быстрым шагом двинулся вперед. Мы уже увидели впереди постамент, на котором сияла золотистая роза. Но в этот момент над нашими головами что-то шевельнулось. Стая летучих мышей снялась с места. Я невольно присела и положила ладонь на рукоять меча. Ястер влетел мне в спину, и я оцарапала щеку об острый выступ сталактита. В таких случаях нужно радоваться, что остался цел глаз. Но струйка крови открыла путь некромантии. Мир засиял зеленоватыми нитями, которые связывали мир духов с нашим. И в тот же миг мои ноги подкосились. Я рухнула на землю, потому что в моей груди проснулась золотая искра. Как я и ожидала, это было очень больно. Невыносимо. И в тот же миг до моих ушей донесся протяжный переливчатый клич.
Глава 40. Первое испытание ч.2
Второй клич раздался
