Читаем без скачивания Арена - Дмитрий Воронин

Сегодня был намечен долгожданный выезд на коралловые рифы. Долгожданный потому, что проводить это мероприятие в самом начале отдыха просто вредно для здоровья – шкура облезет. Собственно, ехала почти вся группа, но Саша, Леночка и вечно как приклеенный к ним Дан решили поступить по-своему.

Вообще-то весь этот процесс выглядел примерно следующим образом. Не менее двух, а то и трех десятков яхт собирались в определенном месте у коралловых рифов и дружно вываливали в прозрачную воду свой шумный, разноязыкий груз. Народ весело бултыхался в море, разглядывая диковинных рыб и разноцветные кораллы, лихорадочно пытаясь уловить момент, когда инструктор будет смотреть в другую сторону, чтобы отломать один из них на память. Как правило, результатом были изрезанные и дико горящие от соленой воды руки, а то и ожоги – кораллы тоже пытались защищаться от нашествия варваров с севера. Впрочем, ожоги от кораллов – пустяк. А вот несколько часов спиной вверх, да на солнышке… после этого белесые россияне становились похожими на свежеотваренных раков. Хотя никто, конечно, не жаловался, зрелище наполненного жизнью и красками подводного мира стоило очень многих жертв.

В общем, все это было в достаточной мере красиво, весело… но толпа раздражала и Сашу, и Леночку. Причем Сашу – в гораздо большей мере. Поэтому они решили нанять яхту – это было не так уж сильно дорого – и уплыть на ней с самого утра куда-нибудь к островку, где они будут одни. А там уж вволю понырять, поплавать, опуститься с аквалангом к подножию рифа, и вообще – насладиться экзотикой вдалеке от толпы. Отплытие было назначено на девять часов утра. Странно, но Дан, с самого начала отказавшийся от собственного мнения, почему-то был против этой поездки, утверждая, что толпой веселее. Увял он только после того, как Трошин предложил ему с этой толпой и ехать.

Саша встал рано – здесь он вообще легко вставал в такую рань, в какую дома мог подняться только по необходимости. Он даже успел окунуться в море, пока Леночка дремала, и явился в номер, влажный и довольный, чтобы отвести жену в ресторан, где их ожидал завтрак.

Увы, с этим намечались проблемы. Леночка задумчиво разглядывала ладонь, на которую было кое-как намотано с полкилометра бинта. Сквозь бинт проступало красное пятно.

– Что случилось? – бросился он к жене.

– Ерунда, – вздохнула она. – Стакан разбила… неудачно.

Пока он снимал бинт и накладывал аккуратную повязку, Леночка собиралась духом и наконец заявила:

– Не поеду.

– Тогда и я не поеду. – Саша заявил это как нечто само собой разумеющееся. Возможно, Леночке хотелось почувствовать себя мученицей, поэтому такой ответ ее никак не устроил.

– Что за глупости! Конечно, поедешь. И не спорь со мной. Во-первых, деньги заплачены, во-вторых…

– А почему ты не хочешь ехать?

На самом деле, этой поездки он ждал, наверное, больше любой другой экскурсии. И был бы очень огорчен, если бы она сорвалась. Конечно, до окончания тура остается еще достаточно времени, чтобы поправить положение, и все же срывать намеченные планы не хотелось. Столько слышать о дайвинге, столько мечтать о самостоятельном погружении… и отменить его из-за пустякового пореза – это было обидно.

– Поедешь с нами, посидишь на яхте. Я понимаю, что в соленую воду тебе сегодня нельзя…

Порез был неглубокий, но длинный. До завтра, максимум до послезавтра, он заживет, но именно сегодня руку следовало бы поберечь.

– И смотреть, как вы в воде кувыркаетесь, – фыркнула она. – Благодарю, не надо. Я уж лучше книжку полистаю… а потом в даунтаун поеду. По магазинам поброжу.

Александра прямо-таки восхищало в Хургаде то, что здесь и впрямь одинокая белая женщина могла спокойно побродить по магазинам в двенадцать часов ночи. Ей ничего не угрожало, кроме разве что довольно недвусмысленных предложений, но изложенных со всем уважением. Местные аборигены привыкли, что немало русских туристок ищут приключений на свою з… в общем, жаждут экзотики. И эту экзотику скучающим дамам с удовольствием (обоюдным) предоставляли. Для тех же, кто вдруг замыслил бы что-то недоброе, на каждом углу стояли джипы, где дежурили низкорослые и неулыбчивые, но достаточно шустрые ребята с автоматами. И как уверенно сообщила мадам Лютина еще в Москве, в случае чего – с нарушителем спокойствия мальчики эти не церемонятся. В связи с чем спокойствие это и не нарушают. Вообще, такое положение дел было вполне закономерно – Египет живет в большой мере за счет туристов, белый человек с пачкой инвалюты в кармане здесь самый натуральный «сагиб». Белый господин. Почти хозяин. Его надо беречь, ему надо угождать, поскольку за все это он платит. Короче, намерение Леночки побродить по бесчисленным магазинчикам нижнего города ничуть Александра не беспокоило.

– Может, все-таки я не поеду?

– Да брось ты, – фыркнула она. – Думаешь, я не вижу, как тебе хочется. Если понравится, то в следующий раз вместе поедем. Короче, решили.

Когда Трошин сообщил эту новость Дану, его слегка удивило, что тот, похоже, обрадовался. Не то чтобы это явно отразилось на лице, но… в общем, коротышка был явно доволен. Это было тем более странно, что до сего момента общество Леночки его более чем устраивало, настолько устраивало, что Саша даже немножечко ревновал в душе. Не всерьез, а так, для порядка. В конце концов немолодой лысоватый коротышка был не в ее вкусе… хотя в любом случае, когда речь идет о женщине, логика пасует.

Яхта отошла от причала точно по расписанию. Кроме них с Даном, типа, считавшего себя капитаном, и двоих подобий матросов, никого на судне не было. Белоснежная ухоженная яхта шла полным ходом, рассекая волны, все больше удаляясь от побережья. И с каждым километром Дан становился все неспокойнее.

– Какие-то проблемы? – осведомился Александр у спутника, который торчал на верхней палубе, преувеличенно внимательно оглядывая окрестности. Вокруг было пусто, только на горизонте виднелись еще две-три подобных яхты, направлявшихся к облюбованным туристами островам.

– Нет… нет, все нормально. Но лучше мы бы с ними поехали. Там местные рыбу прикармливают, ее там много. Интереснее.

– А по мне, так лучше народу поменьше, – пожал плечами Трошин. – А рыба везде есть. И вообще, я же тебе предлагал…

– Молчу, молчу. Погода хорошая, не так ли?

– Хорошая.

Они молчали, наблюдая за пенным следом двигателей яхты. Капитан высунулся из рубки и что-то крикнул на жуткой смеси арабского и корявого английского, который у него был, пожалуй, хуже, чем у Трошина. До сих пор они объяснялись в основном через переводчика, который в состав экспедиции к островам, по вполне понятным причинам, не вошел. Поскольку создавал бы ту самую толпу, коей Александр пытался избежать.

– Что он сказал, ты не расслышал?

– Сказал, что через полчаса будем на месте, – рассеянно ответил Дан, не сводя глаз с пустынного моря.

Саша замер. Он стоял позади своего прилипчивого товарища, и поэтому тот не мог видеть реакции Александра. А у Трошина в душе вдруг бешеным пламенем полыхнуло чувство опасности – до сих пор Дан не проявлял ни малейшего знания английского… или просто скрывал? Зачем?

Он вдруг посмотрел на своего попутчика новым взглядом. Многое из поведения Лигова теперь казалось странным, подозрительным. Группа не старалась держаться вместе, тем более что в этом не было особой нужды. Каждый развлекался как мог, и только Дан ходил за Сашей и Леночкой как привязанный. Вспоминая прошедшие дни, Трошин вдруг осознал, что оказывался без навязчивого внимания Лигова только, пожалуй, ночью. И то, если купаться не ходил. Создавалось впечатление – и чем больше Саша думал об этом, тем более убеждался в его справедливости, – что Дан его самым натуральным образом пасет.

Может быть, стоило взять коротышку за грудки и задать пару вопросов? С другой стороны, что он услышит в ответ? Привычное – мне скучно, я один, я не владею языком, я беспомощный… Дан всегда при случае демонстрировал свою беспомощность в любых вопросах – нуждался в поддержке чуть ли не в самых простых ситуациях, то по полчаса втолковывая упрямо ничего не понимающему официанту, что он просит именно сока, а не минералки, не газированной воды, не чая, не кофе – сока. Саше приходилось оказывать помощь и здесь, и во многих других мелких проблемах.

Может быть, его подозрительность основана просто на том, что Леночка поранила руку и теперь на душе неспокойно? Или, может, Дан изучил-таки английские числительные и теперь просто угадал содержимое фразы капитана, а Сашина мнительность совершенно смешна?

Он мог бы раздумывать над этим еще долго, но Дан вдруг напрягся, стиснув поручни. Трошин проследил его взгляд – их догоняла другая яхта, чуть поменьше, но явно оснащенная более мощным двигателем. Пока она была достаточно далеко, но буквально летела над водой, приближаясь с каждой минутой.