Стук в дверь отвлёк от мыслей. И кто же это мог быть…
— Войдите.
Неспешно отворяя дверь, вошла Грейс, едва удерживая два стакана в руках.
— Подумала, что тебе может быть одиноко, — она заулыбалась, проходя вглубь комнаты, чтобы поставить вино на стол.
— Ты почему-то всегда так думаешь, но у меня нет чувства брошенности. Хватит таскаться за мной постоянно.
Периодами это прям таки дрочит. Она везде. Куда бы ни шёл. Бродит по пятам, будто я её на поводок посадил.
— Ну же, Ривай, чего ты начинаешь. Давай просто хорошо закончим сегодняшний слишком длинный день.
Грейс обошла стол, присаживаясь ко мне на колени и начиная ловко расстёгивать пуговицы рубашки. Я же, совершенно не двигаясь, наблюдал за её действиями. Скучно. Какая же она скучная. Каждый раз одно и то же.
Девица подалась вперёд, чтобы меня поцеловать, а у меня не было никакого желания на нечто подобное. Забралась под рубашку, провела ногтями по животу.
В один момент захотелось её отстранить, но стало лень даже руками шевелить. Просто пусть делает, что хочет. С её губ стали срываться короткие стоны. Рассел двигала бёдрами, прижимаясь ко мне грудью.
Ухватил её за ягодицы, с силой вжимая пальцы в кожу, а она застонала ещё громче, начиная улыбаться. И так пострадавшая сегодня голова сейчас просто лопнет от её стонов.
Переместила руку ко мне на спину, а второй стала пробираться в штаны. А когда почти добралась до члена, с остервенением царапнула спину до такой степени, что кожу обожгло. Отвратительное ощущение.
— Какого чёрта! — чуть ли не скинул с себя Грейс, и ей пришлось встать на ноги. — На сегодня всё, Рассел, можешь идти, просто хочу спать.
— Прости, Ривай, — она замялась, снова приближаясь. — Не хотела так сильно. Думала придать…
— Не думай, а просто выйди отсюда.
Наконец замолчала и удалилась из моей комнаты. Тишина. Наконец-то! Долгожданная тишина. Лучшее, что может быть, — сон, а завтра с утра заняться бумагами. Расстегнул до конца рубашку, а когда снимал, ткань прошлась по тому месту, где она царапнула. Да какого хера! Подхватив подсвечник, подошёл к небольшому зеркалу, чтобы посмотреть, что эта полоумная расцарапала там. Света совершенно не хватало. Подошел максимально близко.
— Стоп… это ещё что?
Провёл рукой по левой лопатке. Маленькие точки, которые опускались ниже, к пояснице. Очень напоминали…
— Что…
Вакуум. В башке долбанный вакуум. Хоть одна попытка сообразить, когда это произошло, не заканчивалась успехом. Это ж как можно было такого не заметить?! И какого чёрта мне теперь делать?! Какого вопросы опять нарастали, а ответов не прибавлялось…
— Стоп!
Остановил сам себя. Обернулся лицом к зеркалу, внимательно вглядываясь в отражение, но вместо себя видел только одно. Даже, скорее, слышал. У себя в голове, блядь, набатом: «…потому что я всегда рядом».
— Ой, нет, ну, не-е-ет!
Быстро прошёл по комнате, взял рубашку и, застёгивая её на ходу, вышел в коридор. Почти снося с ног Коинг, которая собиралась зайти к себе в комнату.
Она громко вскрикнула и рухнула на пол. А через пару секунд уже начала тереть свою задницу, пытаясь подняться и что-то говоря при этом. А я не слышал. А я, блядь, ничерта не слышал. Потому что опять залип на неё. Залип на её блядские короткие волосы. На её губы. А она всё не умолкала. Боже, ты вообще умеешь держать язык за зубами?! Или ты молчишь только тогда, когда кто-то занимает его другим делом?! И какого чёрта ты носишь платья в штабе?! Дохера аристократка?!
Схватил её за запястье и втащил в свою комнату.
— Да что с тобой, Ривай?! — громко, как же громко, хорошо, хоть не раздражает так сильно, как могла бы.
— Помолчи!
Заходил по комнате взад-вперёд. Этого просто не могло быть. Она — моя пара, будет кем угодно. Да пусть хоть Ханджи!
Остановился.
Нет. Перегнул.
Но это ведь точно не она!
— С тобой всё нормально? — тихо, почти неосязаемо. Что это? Забота?
Не-на-до. Пожалуйста. Только не ты!
— Я с тобой чокнусь! — рыкнул на неё, а она отшатнулась, словно действительно испугалась, но в глазах ни капли страха.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты-то, со мной? — с насмешкой и вызовом, ну, просто невероятно.
Грёбаная аристократка. Я по фазе двинусь! Этого просто не могло быть.
— Так, Коинг, раздевайся!
Замерла, словно замёрзла на месте.
— Ну! Давай!
Это чертовщина какая-то. Хочется разворотить всё вокруг, а я просто стоял. Встал и стоял! Единственное, на что меня хватило, это сделать несколько шагов по комнате. Всё. Внутри ураган. А сам даже сдвинуться не в состоянии.
— Ты перепил? — неуверенно спросила, хватаясь за подол платья.
Платье.
— Подними его. — Она мельком глянула на подол платья, пятясь в сторону двери.
— Я, пожалуй, пойду к себе.
Два широких шага, и я у двери. Нужно просто собрать мысли в кучу. Успокоиться.
Вдохнул. Выдохнул.
— Ты ничего не хочешь мне сказать, Риа?
Выжидающе смотрел в испуганные глаза, а она даже не моргала. Ну же, давай, скажи, что я последний идиот и творю полную херню. Пожалуйста, скажи это! Замялась, сцепила руки в замок. Нет-нет-нет! Нервничать вот только тут не надо! Это, блядь, мне надо нервничать! Всё же лучше бы Ханджи!
— Что ты хочешь услышать? — с таким любопытством заглянула мне в глаза, а я, блядь, провалился в её омуты.
Нет. Ханджи не лучше.
Сделал шаг навстречу, ухватил за затылок, а она, не сопротивляясь, даже, скорее, сама подалась вперёд, обнимая мой торс. Какого хрена она такая маленькая? Другой рукой приобнял за талию. А она так аккуратно поцеловала, словно боялась, но в то же время подходила всё ближе. Слишком маленькая. И эти волосы. Это просто пиздец. Когда у меня стала такая реакция на короткие волосы?!
Стоп. Не затем начал её целовать. Опустил руку вниз, ухватился за голубую ткань, поднимая её вверх и резко отстраняясь. Коинг опешила и часто заморгала.
Под тусклым светом видно метку, которая слишком уж похожа на собственную. Она постаралась как можно скорее отстраниться. А я замер на месте. Не остановил. Ничего не сказал.
— Приехали, — обратился в пустоту комнаты, когда дверь захлопнулась снаружи.
***
Эта ночь была слишком длинной. За то время, пока все мирно спали, мне удалось составить отчёт для Смита. Это было крайне паршивым способом отвлечься, потому что переписывал трижды. А ещё в башке не переставали вращаться мысли о Коинг. Она знала. Знала про метку, но ничего не сказала! И когда, блядь, она её вообще увидела? Этого так и не понял. Точнее, не вспомнил. Нужно отнести этот вопрос к списку тех, которые необходимо обсудить с этой слишком уж самостоятельной аристократкой. Что же, теперь, по крайней мере, я знал, почему её отношение ко мне изменилось. Хотя, опять же, довольно тяжело определиться, в какой момент это произошло.
Каждый грёбаный раз, закрывая глаза, видел её смятение, когда задрал платье. Это было именно оно, никак не стыд или гнев. Она не ожидала. Хотя, если признаться честно самому себе, тоже не ожидал.
А пока на повестке дня лишь один главный вопрос: что делать дальше? И единственное верное решение, которое сейчас видел, это — пусть идёт своим чередом. Не намерен менять всю свою жизнь и привычки лишь из-за какой-то дурацкой метки. Нет, безусловно, всегда признавал их существование. А будучи моложе, даже верил, что смогу стать счастливым, когда встречу её.
Но где именно еёсейчас носило, вот, что по-прежнему оставалось загадкой. В столовой полная тишина. Все молча попивали чай или поглощали остатки вчерашнего ужина. А Коинг так и не явилась в столовую. Унылая Ханджи долго озиралась по сторонам, пока не смирилась со своей участью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Да и вообще на протяжении дня я её нигде не видел. Она отказалась от всех приёмов пищи и закрылась у себя в комнате, как я узнал от Петры, которой, в свою очередь, пожаловалась Ханджи. И то, лично я ничего у Рал не спрашивал, она зачем-то решила меня проинформировать.
