Она не увидела, как над служебной панелью сверкнула электрическая вспышка. Затем сработала какая-то защитная система, и фасетки принялись возвращаться в исходное положение.
Рев стих. Купол восстановил герметичность.
Климентина лежала, свернувшись в позе эмбриона, придавленная внезапной тишиной и выравнивающимся давлением к линзе фасетки.
Чудом уцелевший опылитель с поломанными крыльями подполз к ее руке и ужалил в запястье.
6
Палуба вибрировала под ногами, – десантный корабль «Сфинкс», принадлежащий прайду Шелли, шел нестабильным магистральным лучом к отшельнику Сэтану. На Титане, самом большом спутнике мрачноватой планеты-гиганта, традиционно разворачивались ритуальные схватки Партии.
Тяжелая створка опустилась за спинами отца и сына.
Молодой человек с опаской поглядел на лежащие вдоль демонстрационной плоскости предметы. В происходящем он видел злую иронию судьбы. Слишком часто он публично высказывался о Партии. «Партия – рудимент жестокого прошлого Сопряжения, Партия – праздник бессмысленного насилия, Партия – нет, благородные друзья, это всё не для меня…»
Теперь ему предстояло опытным путем убедиться в правильности собственных убеждений.
Предметы на демонстрационной плоскости мало чем походили на простые и функциональные ядометы или высокотехничные шоковые копья – традиционное оружие патрульных сил Сопряжения. Тускло блестели лоснящиеся от смазки механизмы, – испокон веков они служили людям дешевым средством умерщвления себе подобных. Это оружие вызывало отвращение и какую-то подсознательную опаску; меньше всего Шелли-сыну хотелось примерять его к своим рукам. Хотя бы потому, что рифленые рукоятки и крючковатые активаторы грозили оставить на ладонях и пальцах черные следы.
Шелли-отец внимательно осмотрел образцы. От него не укрылось, что сын находится в подавленном состоянии.
«Айвен должен быть доволен – просто счастлив! – ведь Пермидион даровал ему и его заблудшему другу шанс! Продержавшись в Партии стандартный срок, они смогут восстановить свой статус в Сопряжении и отбелить репутацию. Пермидион принял строгое, но человечное решение. Конечно, отцовскому сердцу было бы куда спокойнее, если бы большинство членов Совета проголосовали за невиновность Айвена. Но в слишком уж темную историю угодил обалдуй… В конце концов, стандартный срок пребывания в Партии не так велик; людей, кроме него, там будет предостаточно. Если Айвен проявит некоторую смекалку и расторопность, то непременно останется живым, и, быть может, даже невредимым. Говорят, такие случаи не редки. И я, Фредерик Шелли, в свое время прошел через часть Партии, не сделав ни единого выстрела. Правда, на последнем ходу проклятым лучом едва не отрезало ногу… так сам был виноват – замешкался, вытаскивая из-под завала раненого парня из отряда противника. Нужно было вызвать команду медиков и эвакуаторов, а не тратить «возможности» действия, но я почему-то решил поиграть в благородство».
– Я знаю о твоих убеждениях, – ласково сказал Фредерик сыну. – Более того, я признаю, что сам приложил к ним руку. Вот только не стоит из принципа подставлять незащищенную грудь лезвиям мечей. Тебе позволили отстоять право на жизнь, так воспользуйся им!
– Убей сам или убьют тебя? – хмыкнул Айвен Шелли.
Отец покачал головой:
– Забудь, дружище. Сейчас не время для красивых слов. Пермидион позади, а в Партии слова не стоят и ржавого скафандра. На Титане тебе придется нелегко: раньше мы и Козо сражались на одной стороне. Теперь по известным причинам наш могучий союзник превратился во врага. Горстка наемников и десяток обедневших благородных, соблазнившихся на золото Шелли, – вот кто согласился поддержать тебя. Мы, конечно, старались завербовать лучших из доступных, но… – он сухо кашлянул в кулак, – никто не станет закрывать тебя своим телом.
Он взял со стеллажа длинное орудие: с одной стороны механизм заканчивался лакированным прикладом, а с другой – полой трубкой из вороненой стали.
– Тебе придется завести близкую дружбу с этой штуковиной, Айвен.
Айвен Шелли послушно кивнул. На десантном корабле он успел посмотреть множество фресок, живописующих воинов седых времен – мускулистых, одетых в белые юбки, с широкими ожерельями на шеях и лицами, скрытыми под золотыми масками. Эти мужи орудовали похожими устройствами. Некоторые стреляли с плеча или с бедра – кто как. Так что Шелли-младший представлял, с чем ему придется иметь дело.
– Совсем не похоже на привычное оружие, верно? – спросил отец.
– Что это? – спросил Айвен без особого интереса.
– Настоящий автомат, Айвен. Газокинетический принцип действия. В качестве заряда используются свинцовые пули.
– Свинец? – скривился Айвен Шелли.
– Не веди себя подобно девчонке! – вспылил вдруг отец. – Твоя жизнь в Партии будет висеть на волоске!
– Я не веду себя подобно девчонке! – обиделся Айвен Шелли. – Я знаю об оружии предостаточно, отец! Я прошел все симуляторы космического боя, но такую архаику – «в качестве заряда используются свинцовые пули»!.. – бессовестно передразнил он отца, – вижу в первый раз!
На скулах Шелли-старшего заиграли желваки.
– А что ты ожидал? Думал, выдадут тебе рентгеновский лазер? Ручной генератор высокочастотных волн? Для тебя Партия – не осознанный выбор, как для большинства мужчин Сопряжения, а мера наказания. Посему Устав позволяет использовать исключительно архаичное оружие. Сегодня же сядешь смотреть избранные бои Партии! И симуляторы! Сначала симуляторы, затем – стрельба в настоящем тире по скафандрам. На очки. Я позабочусь о том, чтобы в пространство Сэтана мы привезли способного постоять за себя благородного. Свинцовая пуля, летящая быстрее звука, не менее опасна, чем луч лазера, разящий со скоростью света. Так что преимущество у твоих противников будет сомнительное.
Газокинетический принцип действия? Автоматы?
Шелли-младший нахмурил лоб, вспоминая историю военного дела. Кажется, газы выталкивают пресловутые свинцовые пули по нарезам ствола. А газы образуются в результате микровзрывов… Да-а-а…
Он понял, что полет от Нептунии к Сэтану пройдет для него под сгенерированный в симуляторе, а затем реальный грохот плюющихся огнем и свинцом «автоматов». Сразу возникло малодушное желание совершить побег. Нервы! Захватить челнок и спрятаться среди заброшенных жилых модулей транзитного кольца. Там его ни за что не отыщут. Там он сможет скрываться от ищеек Сопряжения до конца времен.
Но нет! Он не имеет права даже в мыслях позорить свое имя. К тому же… если верить Климентине, мысли некоторых людей имеют способность осуществляться неожиданным образом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
