Они одновременно шагнули навстречу друг другу и замерли, словно не в силах сделать последний шаг. Но вот дрогнули плечи стоящего спиной ко мне отца, заблестели глаза Альвира и он сжал обеими руками плечи брата и прижал к себе на несколько вздохов. Мы все замерли - никогда не думал, что сам едва смогу сдержать слезы.
От проявления чувств меня спасла Фарли, вернувшись в соседнее с моим кресло. Она дважды дернула за рукав, привлекая мое внимание, и, повернувшись, я увидел две мокрые дорожки на ее щеках.
- Сто лет не ревела. У тебя салфетки нет? А то я не могу остановиться - реву и реву.
А похлопал себя по карманам, и во внутреннем кармашке куртки нашел носовой платок - один из дюжины, вышитых моей мамой в припадке вдохновения. Убедившись, что он чист, протянул девушке. Она промокнула глаза и бесцеремонно высморкалась:
- Ненавижу это тело - оно такое несовершенное! То есть хочет, то плакать, а то и вовсе... ладно, замнем. Ри? Я могу тебя так называть? - когда я утвердительно кивнул, она махнула платком, запустив очищающее заклинание, и стала крутить его в руках, рассматривая вышитых по углам дракончиков. - Сколько тебе лет?
Я усмехнулся и удивленно посмотрел на богиню, но она продолжала делать вид, что ей безумно нравится вышивка. К чему это она ведет разговор? Но скрывать свой возраст мне показалось глупо, и я ответил, почти касаясь губами покрасневшего ушка:
- Мне всего триста тринадцать. А что?
- Просто ты еще так молод, а у тебя уже есть взрослый сын... странно для будущего демиурга, - она замолчала, но глаза так и не подняла. И это хорошо, а то я, не в силах сдерживаться, именно в этот момент улыбнулся, вспомнив про Димку, и промолчал - не хотел расстраивать красавицу сообщением о том, что у меня есть и еще внук. А тем временем Фарли продолжила: - Какие смешные звери! Странные...
Я понял, что они никогда не видела живых драконов. Создания моего отца, может и не уникальны, но особой популярностью не пользуются. Люди встречаются намного чаще.
- Драконы - это наша вторая ипостась, - объяснил я Фарли.
- А Дарий тоже может стать таким? Как интересно!
Интересно не это, интересно, зачем она прикидывается дурочкой? Ведь всего три часа назад она прекрасно видела Рона и Дара на слепках памяти Алонафта.
- О да, Дарий превращается в белоснежного красавца с золотистым гребнем. Тебе понравится.
- Мне бы так хотелось посмотреть...
Я протянул руку и поймал свой платок. Фарли его уже успела скрутить в трубочку и теперь крутила его за один конец. Я распрямил мятую тряпочку, в которую он превратился, сложил и убрал в карман. Девушка проводила платок обиженным взглядом.
- Ой, прости! Это твоя жена вышивала?
- Нет, мама. У моей жены другое хобби. Фарлина, - я опять приблизил губы к ее ушку. - Хватит ходить вокруг да около и играть в наивную девочку: ты что-то хотела у меня спросить?
Она повернулась ко мне и тоже шепнула на ухо, щекоча своим дыханием:
- А у Дария кто-то есть? Ну, ты понимаешь, что я имею в виду...
- Он не женат, и девушки у него, насколько мне известно, тоже нет. Фарли, вы же были в слиянии? - удивился я.
- Частичное слияние не дает полного контакта, да и не до этого мне было....
Я посмотрел на оживленно разговаривающих родственников. Только Первый стоял в стороне, сложив руки перед грудью, и не принимал участия в беседе. Про нас с Фарли забыли, вот и хорошо. Есть время подумать. Я понял, что безумно рад за отца, наконец увидевшего брата. Но поступок Дария, а тем более Рона, я еще не успел оценить. Несмотря на то, что слово "подвиг" само просилось на уста, я никак не мог решиться его сказать. Если бы не одно "но".... Мой страх потерять Рона сильно перевешивал чашу весов. Мне лично его подвиги не к чему. Он мне нужен живой и здоровый, а красивые слова, сказанные посмертно, его не заменят. Так, стоп, не стоит себя накручивать, а то испорчу себе настроение окончательно. Пусть пока радуется, а поговорить мы сможем и дома.
Заметив, что Дарий смотрит в нашу сторону, я опять придвинулся к Фарли и стал расспрашивать ее о работе в Совете, о Сероне, и ее отце. Но Дар этого не знал, и, кажется, начал нервничать. Ничего, ему полезно.
Долго отдыхать мне не дали - отец заметил мое отсутствие и позвал, чтобы представить дяде. Рукопожатие Альвира оказалось крепким и теплым.
- Я рад, что все закончилось хорошо, - сказал я, отпуская его руку, и сделал шаг назад.
- Простите меня, я очень спешил удостовериться, что мальчики долетели нормально, и, как только вернул планету, помчался сюда, к вам. Надеюсь, вам не нужно много времени на сборы? - все покачали головами, и только мы с Фарли пошли за своими вещами в каюты.
По пути она просветила меня, что мы все отправляемся в гости к Альвиру - этот момент я пропустил, как оказалось. Я повесил на плечо свою сумку с подарками, в очередной раз, удивившись, что такое тяжелое Эська туда положила? Но времени заглянуть не осталось - нас уже позвали. Первый открыл портал по ориентирам Альвира. Держать плавающий портал долго нельзя - можно выпасть неизвестно куда под конец, так что я, пропустив вперед Фарли, уже собрался сделать шаг, когда Дарий отодвинул меня в сторону и прошел вперед. Я покачал головой и последовал за ним. Отец вышел следом, и последним появился Атер. Мы вышли на дороге, с одной стороны лес, с другой - недавно скошенный луг, а впереди виднелся замок, башни и стены расплывались в жарком воздухе - мы попали в лето.
Пока я поправлял сумку, все ушли вперед. Я догнал отца и пошел рядом с ним. Мне не терпелось задать ему мучающий меня вопрос:
- Папа, насколько серьезными могут быть изменения в нашем мире? Ведь он должен будет измениться. Думаю, это уже произошло....
- Первым делом свяжусь с Владом и поручу ему разобраться. Но я не жду глобальных перемен. Не волнуйся, скоро мы все узнаем. За радость видеть брата я готов заплатить такую цену, и потом, я в состоянии исправить то, что могло измениться. - Он похлопал меня по плечу и устремился туда, где его брат, жестикулируя, беседовал с Роном. Все были заняты: Фарли строила глазки Дару, Атер шел рядом с Сероном, а я шел сзади и думал о том, насколько демиурги отличаются от людей.
Неужели я тоже буду таким - иногда жестоким, иногда равнодушным по отношению к своим созданиям. При этом бесконечно преданным своей семье, и готовым на все ради любви? Может, это общение с людьми меня испортило, и я у них научился жить одним днем - потому что завтра может и не быть? Или вместе со знанием, делающим демиурга демиургом, я получу и еще и безразличие? В придачу...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
