Сэм в ярости развернулся на каблуках и прошагал к двери.
- Энни, идем поищем Доннера, - приказал он, и Энни поспешила за ним. Он бросил через плечо: - Раздави его, Шеф, если уж так надо. Ублюдок того заслуживает.
Он вылетел в коридор и чуть не врезался в мальчика со шваброй. Мальчишка, подслушивавший под дверью, отшатнулся, наступил на ведро и опрокинул его. Вода хлынула по всему полу, и мальчик прошлепал по ней, удирая по коридору, зажав под мышкой швабру.
Сэм решительно зашагал вперед, а Энни поспешила следом.
- Сэм, успокойся, сохраняй ясность мышления.
- Моя голова совершенно ясная, Энни. Никогда такой ясной не была.
- Ты сейчас прямо как Шеф! Возьми себя в руки.
- Вон тот мальчик! - воскликнул Сэм, показывая на убегающего за угол паренька. - Ты видела, что у него на одежде? Кусок коричневой ткани. "Клеймо", которое показывает, что он неполноценный, что он не человек. Приказ МакКлинтока. Здесь прямо какой-то Аушвиц! Но этого больше не будет. Не будет!
- Сэм! - Энни поймала его за руку, чтобы он остановился. - Просто задержись и подумай. Не надо брызгать слюной, как Шеф. Это не выход, и ты это знаешь. Ты же Сэм - так и действуй, как Сэм.
Он взглянул на ее круглое серьезное лицо, проницательные глаза, коротко остриженные каштановые волосы, легонько раскачивающиеся при ходьбе над плечами. Он хотел загородить ее от всего темного и пагубного, что могло бы причинить ей вред. Он готов был пожертвовать собою, если бы это потребовалось, лишь бы предотвратить то, что уготовила ужасная Судьба, и позволить ей самой строить свое будущее.
Уничтожить Систему, подумал он. Уничтожить Систему, уничтожить Судьбу, уничтожить этого чертова Дьявола во Тьме. Я могу это сделать. Я знаю, что могу.
Позади Энни из дверного проема кабинета мистера Феллоуза на свет шагнула Девочка с Заставки, сжимающая в руках забинтованную куклу и не спускающая с Сэма бесконечно грустных и бесконечно отчаявшихся глаз.
Я должен сделать это! сказал он себе. У меня нет выбора. Слишком высоки ставки. Чересчур высоки.
- Пойдем, - сказал он, беря Энни за руку и уводя ее по коридору. - Найдем Доннера и доведем до ума это дело.
Обернувшись назад, он обнаружил, что Девочка с Заставки исчезла.
- Как думаешь, где он может быть? - спросила Энни, шагая за Сэмом по длинному, воняющему хлоркой коридору.
- Тут не слишком большой выбор мест, - сказал Сэм. - Доннер предпочитает работать на кухне. Но где-то здесь, как мне кажется, их спальни. Попробуем сначала там.
Стоило им подойти к одной из спален, оттуда выскочил мальчишка в комбинезоне, быстро взглянул на них и снова убежал.
- Это тот паренек, который мыл пол, - прошептала Энни. - Думаешь, он уже пустил молву о том, что услышал?
- Готов поспорить, слухи распространяются, как лесной пожар, - кивнул Сэм. - Это может сработать в нашу пользу. Если мальчики узнают, что МакКлинток арестован, они будут более расположены к сотрудничеству.
Они вместе заглянули в спальню. Это была унылая комната из побеленного кирпича, с выстроенными в ряд аккуратными серыми койками. С десяток ребят, все одетые в обычные тюремные робы с приколотыми коричневыми "клеймами", ожесточенно перешептывались, но стоило им войти, как тут же повисла тишина. Мальчишки развернулись и безмолвно устремили свои взгляды - не на Сэма, конечно. Все глаза уставились на Энни. Атмосфера наполнилась грозным сексуальным напряжением.
Сэм поднял полицейский значок. - Меня зовут детектив-инспектор Тайлер. Не волнуйтесь, парни, я на вашей стороне, верите вы или нет. - В ответ было только напряженное молчание. - Мы разыскиваем Доннера. Кто-нибудь знает, где он?
Осмотревшись, Сэм заметил среди остальных ребят высокого рыжеволосого паренька с крепкими руками. Лицо его было знакомо. Потребовалось какое-то время, но потом он вспомнил: когда они с Джином приезжали во Фрайерс Брук в первый раз, этого парня как раз наказывали во дворе.
- Прист, - пробормотал Сэм, припоминая имя мальчика.
Лицо мальчика подозрительно напряглось. Он тоже хорошо помнил, как Сэм не позволил надзирателю продолжать его бить. Мучила ли его память, что кто-то видел его в таком жалком беспомощном состоянии? Это задевало его мальчишечью гордость? И теперь, когда этот коп узнал и назвал его по имени перед его приятелями, не очернит ли это его в их глазах, не вызовет ли подозрений? Определенно казалось, что он смотрит на Сэма обиженно и настороженно.
Внезапно в отрытом дверном проеме возник охранник в униформе.
- Что здесь происходит? - требовательно спросил он. Он надменно оглядел Энни.
Энни не сдвинулась с места и тоже не сводила с надзирателя глаз. - Меня зовут констебль Картрайт. Мы с инспектором Тайлером хотим поговорить с Доннером.
- Правда, лапушка?
В Сэме вспыхнула волна раздражения. Но Энни была совершенно спокойна.
- С Доннером, - повторила она. - Где он?
Надзиратель ухмыльнулся и перевел взгляд на Сэма. - А ты вообще разговариваешь, или за тебя все делает твоя крошка?
Сэм был готов дать отпор этому самовлюбленному ублюдку прямо перед мальчишками. Но прежде чем он успел хоть что-то сделать, перед охранником вызывающе выступила Энни, четко и убедительно выговаривая каждое слово.
- Я офицер полиции, проводящая серьезное расследование. Я задала Вам вопрос, сэр. Если вы предпочитаете не отвечать на него, я арестую вас, сэр, за препятствие следствию, вышвырну отсюда в наручниках, и вовсе не ради забавы, сэр, и к тому времени, как мой старший инспектор примется за вас в нашем участке, вы начнете раскаиваться, сэр, вы будете глубоко сожалеть, что отказались сотрудничать, это я вам гарантирую, сэр, в этом я вас искренне заверяю. Так что если вы не хотите, чтобы ваши яйца разлетелись по нашему участку, советую вам отвечать, когда я спрашиваю. Где Доннер?
Охранник несколько мгновений смотрел на нее, разинув рот. Она не блефовала. И он это понимал. А она понимала, что он понимает.
- Идите лучше за мной, - пробормотал он и повел их по коридору.
Энни уверенно шагала за ним, высоко подняв голову и сжав челюсти. Она неоднократно наблюдала, как действует Шеф. Наблюдала и училась. Порою, если ими не злоупотреблять, методы Джина работали безотказно.
Сэм замешкался, бросив напоследок еще один взгляд на ребят в спальне. Выражение их лиц было невозможно прочесть. До них уже дошли слухи, что МакКлинтока обыскивает уголовный розыск, а теперь они увидели полицейского - женщину-полицейского - которая так отбрила их надсмотрщика. Почувствовали ли они конец гнетущего режима Фрайерс Брук? Увидели ли, что Система начала рушиться?
Если и так, их лица не выдавали никаких эмоций. Они были слишком хорошо обучены тому, что свои чувства надо скрывать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
