Суббота 13 августа. Утро началось густым мокрым туманом. Не решаясь в такую погоду идти во льды, оставались мы в дрейфе в ожидании перемены. Время было неприятное и холодное; термометр показывал +1/4°. В восьмом часу горизонт несколько прочистился, и мы легли к востоку. К удивлению нашему, не видели мы теперь и следов той сплошной гряды льда, которой были вчера остановлены, и повстречали только сначала несколько носящихся гряд, которые, однако же, меняя курсы, миновали благополучно и продолжали беспрепятственно путь к NO. Но препятствия были от нас только скрыты пасмурностью. В первом часу увидели мы опять сплошные льды от N через О до SSO, простиравшиеся во всех направлениях так далеко, как-только достигало зрение. Если бы мы, следуя прежнему нашему плану, спустились вдоль этой гряды к S, то удалились бы мы слишком много и без пользы от берегов Новой Земли, поскольку и теперь находились уже, судя по карте, на параллели середины острова Вайгач; это заставило меня несколько отступить от первоначального плана. Я решился искать прохода где-нибудь в середине льдов и поэтому, подойдя к ним вплоть, в 3 часа пополудни повернул на правый галс. В самое почти мгновение поворота ветер переменился, так что мы легли на NW и вскоре потом на NNW.
Курсом этим имели мы некоторую надежду достигнуть наконец берега Новой Земли. Видимое сплошное поле оканчивалось на севере и, по мере того как мы подвигались вперед, оставалось справа, не продолжаясь больше к северу. Впереди и слева видны были только рассеянные льды. Пробираясь между ними к N до самых сумерек, не видели мы ничего, что бы могло нас остановить. Не желая терять напрасно времени и попутного ветра, решился я не ложиться в дрейф на ночь, тем более что мне казалось неудобным оставить без управления судно, окруженное со всех сторон льдами. Поэтому, оставив одни марсели, продолжали мы идти к северу. Вскоре увидели, однако же, сколь предприятие наше опасно. Часа два прежде и после полуночи было так темно, что низменные льды можно было усматривать только в самом близком расстоянии, на горизонте же не видно было ничего. Итак, кроме того, что мы подвергались опасности набежать на какую-нибудь сплошную гряду льда или зайти в ледяную губу, даже и между носящимся льдом пробираться было затруднительно и опасно. Пока дул хотя бы малый ветер и судно хорошо управлялось, можно еще было от них уклониться но около полуночи совершенно заштилело, бриг нанесло и прижало к находившемуся с левой стороны полю, так что не было никакого средства оттолкнуться от него шестами. Между тем с правой стороны сближало с нами множество других льдин, из которых некоторые были огромные. К счастию, подул легкий ветерок от О. Поставив все паруса, протерлись мы по краю льда и таким образом освободились из опасного нашего положения.
Воскресенье 14 августа. На рассвете положение наше было точно такое же, как и накануне. Кругом носящийся довольно редкий лед, к W почти чистое море. Вскоре окутал нас густой мокрый туман, мы, однако же, продолжали безостановочно свой путь, надеясь, что, сплетясь к W, можно нам будет во всяком случае выйти на простор. К счастью, в 4 часа туман прочистился, нам открылась непрерывная, сплошная цепь льда по всему горизонту от SW, через W, N до NO, в этом последнем направлении виден был с марса берег в расстоянии около 15 миль, казавшийся островом, от которого вплоть до нас простирался неподвижный лед. Повернув на левый галс, легли мы к О прямо на середину пролива между Новой Землей и островом Вайгач. Видя в этом направлении чистое море, надеялись мы хоть с этой стороны в чем-нибудь успеть, но, проплыв туда не более часа, встретили крупный и частый лед, за которым находилась сплошная его гряда, слева соединявшаяся с берегом, а справа продолжавшаяся даже до SS. Таким образом, увидели мы себя внезапно в конце ледяного залива, открытого только на шесть румбов, а именно – от SSO до SW, но и по этому пространству усеянного множеством ледяных островков. Если бы в это время поднялся ветер с юга, то положение наше сделалось бы весьма затруднительным! Нас могло бы тут совершенно затереть. К счастью, ветер весьма нам благоприятствовал, позволяя для уклонения ото льдов брать все нужные курсы.
Оконечности виданного нами берега лежали от нас почти NO и ONO. Пеленги эти совершенно соответствовали островкам, положенным на карте под названием Бриттен. Они лежат приблизительно на широте 71°51' и долготе 13°38'. Впрочем, удаление наше от берега не позволяет сказать положительно, точно ли мы эти островки или какую другую часть берега видели. По сути дела мы видели часть берега, заключенную между губами Строгановской и Широчихой. Островки Бритвины (а не Бриттен) лежат на 50 миль далее к востоку. Данные нами этому пункту приблизительно широта и долгота оказались впоследствии довольно близкими к истине.
Спустившись на фордевинд[113] на SSW со свежим ветром, плыли мы три часа вдоль западной сплошной гряды; потом, поднявшись на W, стали пробираться сквозь множество льда, довольно густо по всем направлениям рассеянного, и, наконец, в пятом часу вечера совершенно его миновали.
Вторая наша попытка подойти к берегам Новой Земли была еще менее удачна, чем первая. И вообще единственным доселе плодом всех наших трудов и усилий было сведение, что от широты 70° к северу до берега Новой Земли и потом вдоль этого берега до широты почти 72° простирается сплошная цепь льдов, делающая этот берег совершено недоступным. Эта неприятная уверенность заставила меня отступить от первоначального моего плана. Если б, покрейсировав около этих мест еще несколько дней, и дождались мы, наконец, очищения южного берега ото льда, то за краткостью оставшегося времени (плавание наше могло продолжаться еще не более двух недель) успех наш все равно не мог быть весьма велик. Притом же протяженность берега, к которому мы еще не пытались подойти, была вдвое больше того, около которого мы доселе бились; следственно, для обозрения его или чтобы увериться, что он, подобно первому, неприступен, требовалось более и времени. По этим причинам решился я, не мешкая более у южного берега, поспешить к лежащему далее к северу, хотя и казалось противным вероятности и естественному порядку вещей, чтобы он был свободнее первого ото льдов.
На льдах, которыми сегодня проходили, видели мы множество моржей. Они лежали стадами от 10 до 15 вместе. По одному из этих стад сделали мы несколько выстрелов ядрами. После первого выстрела моржи вскочили, но, осмотревшись кругом, улеглись опять; после второго они только подняли головы, а на следующие уже и не обращали внимания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
