— Ханна, — говорит он, — ты цела. Как хорошо!
Машинально опускаю руку ему на голову, глажу между ушами, а потом одергиваю ладонь.
Кир поднимает на меня испуганные серые глаза.
— Все в порядке?
Ну, как бы ответить ему на этот вопрос? Ну да, уже в порядке. А до этого его вторая ипостась избила Лина, любовница этой ипостаси чуть не изувечила меня, а сам Кир в это время занимался неизвестно чем. И я теперь вообще не понимаю, как мне отграничить этого Кира от того! А так, конечно, все в полном порядке! Лучше некуда!
— Ханна, — шепчет пес, — я что-то не то сделал? Я не вовремя сбежал, да?
И ну такой потерянный у него при этом вид, что все нецензурные выражения приходится держать при себе. Жаль только, синонимы плохо подбираются.
— Где ты был?
Только это и могу выдавить из себя.
Пес опускает голову.
— Мне нужно было отлучиться.
— На сутки?
— Я хотел узнать, кто был тем магом.
— Ну, так я знаю! — восклицаю я, — Это была Саффа. Чтобы это узнать, ты мог остаться и здесь!
— Так получилось, — едва слышно проговаривает Кир, — я должен был… должен был разобраться с этим магом.
Наверное, он все-таки изменился. Ну не видела я его в этом времени таким тихим и покорным. А может, он притворяется?
Тут Лин вдруг вздрагивает, глаза его расширяются:
— Что ты с ней сделал?!
Пауза.
— Она жива.
— В каком смысле — она жива?! Ты ее покалечил?!!
Кир вздыхает.
— Я с ней поговорил.
— Поговорил и все?!
— Я с ней поговорил, и она жива. Большее тебе знать не следует.
— Ах, не следует! — зловеще проговаривает Лин, медленно наклоняясь и поднимая с земли сухую палку. И кто здесь палки разбросал? Тоже мне лагерь! Все, кому не лень, могут себе на земле оружие подобрать.
Кир приседает на передние лапы и рычит, обнажая зубы.
Вот только этого мне сейчас не хватало! А еще Кира-1, который выбрал именно этот момент, чтобы выйти из шатра. Походит ко мне, заглядывает в глаза виновато.
— Простите, Иоханна, я не знал.
— Да какая разница! — в сердцах восклицаю я, — ты сделал то, что сделал! Какая разница — почему.
— Ханна, простите меня.
Простить? Но как?
Кир-пес тоже теперь не рычит, а смотрит на меня. И вид у него при этом, как у… да банально, но как у побитой собаки!
— Оставьте меня в покое! — кричу я, — я не понимаю, как к вам относиться!
— И ко мне? — удивляется Лин.
— А ты здесь вообще не причем! Не хочу! Ничего не хочу! Я устала!
Кажется, вот-вот у меня начнется истерика, и пока этого не случилось, срочно нужно уединиться, а потому я просто убегаю к себе в шатер, и мне все равно, как они там будут друг с другом разбираться. Захотят подраться, убиться, да мне все равно! Лишь бы меня они при этом не трогали
Глава 16
Блонда моя совсем расклеилась, почти в истерике убежала. И что мне делать с этими двумя? Точнее с этим одним в двух ипостасях? Кому первому врезать? Или обоим сразу? Псу вот палкой (раз схватил, использовать надо), а по человеку заклинанием (по морде бить не стану, хватит с моих рук на сегодня травм). Я смотрел на них, а они на меня. Взгляды у обоих были совершенно одинаковые — потерянные. Затянувшуюся паузу нарушил полковник:
— Что ты сделал с моими солдатами?
Да, хороший вопрос! Очень уместный и главное умный вопрос! Мне сейчас больше всего хочется обсуждать дальнейшую судьбу именно этой парочки! Палку я бросил. Глупо это — на собаку с палкой кидаться. Я с этим авиатором дома разберусь. Если желание будет.
Кирдык от меня такой прыти не ожидал. То ли потому, что в шоке от последних событий был, то ли привык, что жестовики драться вообще никак не умеют. Наверно, не будь я в таком состоянии, никогда не рискнул бы на него нападать, но я был настолько не в себе, что не очень соображал, что делаю. С перепугу, не иначе, у меня этот захват получился. Ну и повезло еще, что Кирдык в такой растерянности. Иначе вряд ли у меня получилось бы ему руку за спину заломить, да так что он согнулся пополам. Дернулся было сначала, но понял, что от этого еще больнее и лягнуть меня даже не стал пытаться.
— Нравится, когда тебя раком ставят, сука? — прошипел я, — Приятно? Жаль только, что ты знаешь — я тебе ничего такого не сделаю. Ну, вот разве что руку сломаю.
— Это война, ты поступил бы так же.
— Я бы много как поступить мог, но то, что ты устроил, мне бы в голову не пришло.
Руку я ему ломать не стал, просто вывихнул и отпустил. Хотел пинка дать напоследок, но передумал. Кисло так вдруг стало. Зачем я вообще к нему полез? Ну, его на фиг. Все равно не поймет ничего.
— Прости.
Кажется, понял. Или не понял. Просто тупо извиняется, потому что ошибся — не тех за врагов принял.
— Война — это понятно, — сказал я, брезгливо вытирая ладони об штаны, — методы твои мне не нравятся. Руки покалечил, морду набил, это ладно. Вот мог бы даже ногти мне повыдергивать, железо раскаленное опять же… да мало ли способов пленных пытать в полевых условиях. Но то, что ты устроил… ай, ладно. Все равно не поймешь. Пошли, собака.
Это я Киру-псу сказал, который за происходящим наблюдал квадратными глазами и вмешиваться не пытался. Стоял в сторонке, весь такой из себя удивленный и недоумевающий. Интересно, почему? Можно подумать, он не понимает, что происходит. Пусть еще скажет, скотина такая, будто не помнит, что он тут вытворял со мной в своем славном прошлом!
Я развернулся и пошел прочь, не оглядываясь. Кир-пес, поджав хвост, следовал за мной. Спиной я чувствовал взгляд Кира-человека. Ничего, вывихнутую руку ему быстро починят. У него в лагере достаточно магов, так что завтра как новенький будет.
Учитывая, в каком состоянии Ханна убежала, ее пока лучше не тревожить, поэтому я свернул в кусты неподалеку от шатра принцессы, сел на траву и сделал то, что уже давно сделать надо было бы — наложил на себя очищающее заклинание. Вообще-то очень хотелось отмыться, как следует, но, даже если бы кто-то добрый и предложил сейчас такие удобства, у меня духу не хватило бы принимать ванну посреди этого «замечательного» лагеря. Да, я трус. Наверно. А может быть, и нет. Это разумно — ванну и прочие радости отложить до возвращения домой. Сейчас достаточно того, что я и моя одежда относительно чистыми стали. А вот, кстати, пес, который стоит напротив меня и уныло помахивает хвостом, грязный как свинья. В луже он, что ли вывалялся? Может быть, его тоже «очищающим»? Впрочем, обойдется. Лучше продолжим-ка мы разговор, который прервал своим появлением полковник.
— Лин, что я сделал? — Кир первый заговорил, пока я раздумывал и тянул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
