- Правда? Занятно. И все красные недолетки там же на с кладе вместе с вами?
- Нет, Неферет привела других красных недолеток, тех, кто не является частью группы Стиви Рей, в Дом Ночи. Они теперь останутся здесь, - сказал Рефаим.
Я нахмурилась на Рефаима и взглядом умоляла его помолчать.
- Это может быть важно. Они влияют на баланс Света и Тьмы в школе.
- Да, - сказал Рефаим. - Так же появилась недолетка, которая может...
- Который может держать рот на замке и не рассказывать всем о наших делах, - закончила я за него, выпучив на него глаза.
Калона понимающе улыбнулся.
- Ты не доверяешь мне, маленькая А-я?
Я почувствовала, что мое сердце остановилось.
- Нет. Я не доверяю тебе. И не называй меня опять этим именем. Я не A-я.
- Она в тебе, - сказал он. - Я ощущаю ее.
- Она лишь часть меня, которая делает меня такой, какая я есть сейчас, так что отвали. Твое время с ней окончено.
- Однажды наступит день, когда ты постигнешь, что прошлые жизни повторяются и в настоящем, - сказал он.
- Почему бы тебе не задержать дыхание, пока это не случится? - спросила я приторно-сладким голоском.
Калона расхохотался.
- Ты все еще веселишь меня.
- А ты все еще хамишь мне, - парировала я.
- Не могли бы мы заключить пакт о мире друг с другом? - сказал Рефаим.
- У нас может быть лишь перемирие, - сказала я, смотря на Рефаима и вынуждая его встретиться с моим пристальным взглядом. - Но это не мир. Мы не верим ему и не распространяемся о наших делах. Ты должен понять это, Рефаим, или уходи с ним прямо сейчас.
- Я остаюсь со Стиви Рей, - сказал он.
- Тогда помни, на чьей ты стороне, - сказала я.
- Будь уверена, я не дам ему забыть об этом, - сказал Калона.
- Ага, и ты должен знать, что у Рефаима целая куча людей, которые заботится о нем, и мы не позволим тебе использовать его.
Калона проигнорировал меня и вместо ответа заговорила со своим сыном.
- Если ты нуждаешься во мне, посмотри на запад и следуй за нашей кровью.
Он начал расправлять свои крылья.
- Помните, что ты мой сын, потому что, поверь мне, остальные вокруг тебя никогда этого не забудут.
Он поднялся в небеса, и после нескольких сильных взмахов крыльями, Калона исчез в ночи.
15
Зои
Итак, закончилось все тем, что я пропустила первый урок. А если говорить серьезно. Не было ни малейшего желания сидеть сейчас там и терпеть пассивно-агрессивные выпады Неферет в мою сторону после всех этих Калона-Рефаимовских дел. Вместо этого я отправила Рефаима в класс (я посоветовала ему сказать преподавателю, что он был в ванной комнате) и нашла лавку в темном месте недалеко от конюшен. Мне необходимо было посидеть и подумать. В одиночестве.
Калона сказал, что он хочет перемирия с нами, что, как я полагаю, в значительной степени чушь собачья. Вероятнее всего, он хотел использовать Рефаима, чтобы проникнуть в наши ряды и внести беспорядок.. и это звучало так, будто я думала, что кучка-вонючка и я превратились в неотёсанную вооруженную группу колхозников. Я вздохнула. Почему такие группы не могут быть более привлекательными? Это напомнило мне о людях с врожденной способностью превращаться в пантеру в сериале "Настоящая кровь", и о том, каким глупым был Джейсон. Черт, необходимо пересмотреть третий сезон. Я как раз остановилась на четвертом сезоне...
- Эй, Зои. Сосредоточься, - сказала я себе.
Итак, Калона притворяется, будто он хочет перемирия. Рефаим верит ему, так как у ребенка тяжелый случай синдрома "я хочу, чтобы папа любил меня". Стиви Рей рассердится, когда узнает, что он разговаривал с Рефаимом, что я прекрасно пойму. Она хочет защитить чувства Рефаима, а Калона + новый и улучшенный Рефаим = неизбежный провал.
А потом еще была куча красных недолеток, вернувшихся в школу и притворявшихся, чтобы не казаться теми буйными лунатиками и убийцами, которыми они были на самом деле. Тьфу, просто тьфу. Чем больше думаю о стычках в коридорах, тем больше головная боль.
Еще прибавим ко всему этому факт, что Старк все еще не выспался, Супруг Неферет является быком (Фу, ведь это же не могло на самом деле быть тем, чем слышится, ведь не могло же?), и малыш Аурокс, или кто он там на самом деле, из-за которого я чувствовала себя ужасно странно - испуганной, взволнованной и совершенно съехавшей с катушек - и вся школа напоминает бомбу, готовую взорваться в любой момент.
Я внимательно посмотрела на луну.
- Плюс, - спокойно произнесла я, как если бы говорила непосредственно с сияющим полумесяцем, - на шестой день я должна выполнить очищающий ритуал на земле моей бабушки, где была убита моя мама.
Я зажмурилась. Не собираюсь плакать. Вновь. Я просто собиралась посидеть здесь,в лунном сиянии, до тех пор, пока не придет время идти на второй урок, в драмм-класс.
Как будто, до сих пор, в моей жизни драммы было недостаточно.
- Ладно, - сказала я луне. - По крайней мере, моя душа больше не расколота и я не незнающий покоя полу-призрак Потустороннего мира. - И на волне с этой радостной мыслью, я произнесла вслух именно то, что следующим пришло мне в голову. - Я так скучаю по Хиту.
Слова еще не растаяли в воздухе вокруг меня, когда небольшой участок в середине груди начал теплеть. С ужасным чувством, что за моим несчастьем кто-то наблюдает, я перевела свой пристальный взгляд от безмятежной луны к стене, окружающей Дом Ночи. Аурокс бежал трусцой вдоль школьной стены. Даже с такого расстояния я видела, что он был насторожен и искал возможные неприятности, его взгляд сканировал обстановку вокруг себя и в небе. Казалось, что он даже принюхивается к воздуху. Он двигался в моем направлении, хотя и не прямо на меня. Моя скамейка стояла на несколько ярдов от стены, поближе к школе, и укрыта в тени под большими деревьями, так что он не видел меня. Но он не скрывался в тени. Он выбежал на открытое пространство, и не смотря на то, что луна была не полной, ночь была ясной и толстый полумесяц давал достаточно серебристо-голубого света, я смогла рассмотреть его лицо, только когда он приблизился.
Аурокс был именно тем, кого любая девчонка назовет горячим. Ладно, любая девчонка, которая не знала, что он был каким-то созданием для убийств в личине парня. Тогда я вспомнила, как кучка недолеток окружила его после того, как он убил Пересмешника. Почти не сомневаюсь, что их не заботило, была ли это личина или реальный образ. Казалось, что-то поползло вверх по моему позвоночнику, и меня пробила легкая дрожь. Меня заботило. Меня больше заботило то, что было внутри.
