Де Венденхайм поднял глаза на Тристана.
— Именно! — воскликнул он и быстро снял свое пальто с вешалки за дверью. — Люцифер! — скомандовал он. — Ко мне.
— Куда мы идем? — поинтересовался Тристан.
Де Венденхайм уже застегивал пуговицы.
— В Мейфэр, — бросил он, засовывая шар в карман своего пальто. — Мы отправляемся к одному англичанину, для которого русский язык — это язык его матери. Он прекрасно владеет русским, и только ему я могу довериться в деле подобной секретности.
Тристан мгновенно понял, о ком шла речь, и ему показалось, что его только что окатили ледяной водой. Но что ему было делать? Де Венденхайм уже выходил в дверь, и за ним шла его огромная черная собака. Вздохнув, Тристан двинулся за этой парочкой.
— Кстати, я слышал, что вы приступили к исполнению своих новых обязанностей в министерстве иностранных дел. — Де Венденхайм бросил на Тристана оценивающий взгляд, когда они стали спускаться по лестнице. — Так это правда?
— Это временно, — тихо ответил Тристан. — Всего лишь для того, чтобы зацепить Вострикову и раскрутить ее дело.
Влажный взгляд де Венденхайма снова устремился на Тристана.
— Советую быть предельно осторожным, Толбот.
Лорд и леди Нэш жили в таком большом особняке, что, казалось, он занимал не меньше половины Парк-лейн.
— Сидеть, — подал команду собаке де Венденхайм. И черное животное послушно село на верхней ступеньке лестницы, продолжая при этом энергично вращать своими янтарно-желтыми глазами.
Тристана и де Венденхайма провели в элегантную гостиную, выходящую окнами на Гайд-парк, которую дворецкий назвал «золотым салоном». Убранство гостиной и в самом деле оправдывало свое название: здесь были шелковые шторы цвета шампанского с золотыми нитями, золотистая сетка поверх тканых обоев на стенах, позолоченные канделябры, бронзовые украшения и вазы с желтыми и оранжевыми цветами. Не успели они присесть, как тут же послышался детский смех, топот маленьких ножек, собачий лай и высокий, спокойный голос женщины. Весь этот ураган приблизился вплотную к дверям гостиной, и снова, теперь уже рядом, раздался женский голос.
— Неужели? — воскликнула она, сопроводив вопрос негромким стаккато своих каблуков.
Наконец дверь распахнулась, и на пороге появилась темноволосая женщина. Ребенок был уже у нее на руках, а вокруг ее ног вился спаниель, на голове которого покачивался маленький красный бантик. Судя по наряду женщины, можно было сделать вывод, что это жена лорда Нэша.
— Макс! — Женщина подошла к де Венденхайму и быстро обняла его. Тристану стало понятно, что де Венденхайм частый гость в этом доме и, возможно, хороший друг лорда и леди Нэш.
Де Венденхайм представил леди Нэш Тристана, назвав его мистером Толботом. В глазах женщины мгновенно вспыхнули и тут же погасли огоньки. Вероятно, она была наслышана о подвигах Тристана, и это вызывало у нее и любопытство, и удивление.
— Но вы также и лорд Эйвонклифф, не так ли? — спросила маркиза, глядя прямо на Тристана. — Что ж, очень приятно.
— Я скорее известен как Толбот, — сообщил Тристан, склоняясь в вежливом поклоне, и в этот самый момент черно-белый клубок шерсти с красным бантом резко подпрыгнул вверх и лизнул Тристана в лицо своим горячим шершавым языком.
— Ах, этот негодник Чин-Чин! — ласково пропела маркиза, трепля спаниеля за ухо. — Эта собака моего брата — ужасное существо, бессовестно пользующееся всеобщей любовью.
Высоко подняв подбородок, лакей понес к дверям извивающегося и лающего спаниеля.
— Прошу садиться, джентльмены. — Леди Нэш расположилась с ребенком на парчовом диванчике.
— Малыш Люк растет не по дням, а по часам, — заметил де Венденхайм, глядя, как леди Нэш усаживает сына у себя на коленях. — Полагаю, вы только что вернулись с прогулки? На улице просто чудесно.
Леди Нэш рассмеялась:
— Нет-нет, я не бываю с Люком на прогулках! — Она повернулась к Тристану и дружески улыбнулась. — Моя семья владеет несколькими судостроительными компаниями, мистер Толбот, и я работаю. А Люком занимается няня. У него очень хорошая няня, она с ним и гуляет.
Леди Нэш работает? Как странно, подумал Тристан. И, как он успел заметить, в детской должно было скоро появиться пополнение. Леди Нэш походила на мадонну с итальянских фресок: высокая, довольно бледная, с большими сияющими глазами и темными гладкими волосами.
Рассматривая ее, Тристан пытался представить, каким человеком был ее муж. Он хотел понять, насколько хорошими могли быть отношения Федры с этой женщиной и как вообще складывалась обстановка в семье. Несомненно, эти отношения были близкими. Леди Нэш продолжала качать на колене своего сына, и нигде рядом не было видно ни няньки, ни гувернантки.
— Прошу извинить меня, господа, — сказала она вдруг. — Нэш появится с минуты на минуту. Мистер Толбот, была рада познакомиться с вами. Прошу извинить меня за Чин-Чина.
Тристан встал и раскланялся.
— Мне тоже было приятно, миледи, — сказал он. — А собак я очень люблю.
— Но за эту любовь вы не должны расплачиваться вашим замечательным сюртуком. — Она улыбнулась, бросив взгляд на рукав Тристана, где Чин-Чин оставил небольшое пятнышко. Потом леди Нэш забрала ребенка и вышла из комнаты.
Двери в гостиную остались открытыми, и Тристан увидел, как по центральной лестнице быстро поднимался высокий темноволосый мужчина. Встретив леди Нэш, он обнял ее и поцеловал мальчика в щеку.
Можно не сомневаться, это был лорд Нэш. Он зашел в гостиную, и его присутствие сразу сделалось ощутимым. Он был выше Тристана, шире в плечах и более крепкого телосложения. Его темные пронзительные рысьи глаза смотрели так, будто сразу же схватывали всю картину в целом, не выпуская из виду ни малейшей детали. Казалось, он видит все насквозь, включая и мысли, бродившие в головах двух его гостей.
Он поздоровался с де Венденхаймом за руку, а потом обратил свое внимание на Тристана. Костюм, в который был одет лорд Нэш, выглядел консервативным и необыкновенно дорогим. Его темные волосы были чуть длиннее, чем того требовала мода. Лоб лорда Нэша и вообще черты его лица отличались аристократической утонченностью и благородством.
— Толбот. — Лорд Нэш вежливо склонил голову. — Рад видеть вас.
Опять этот взгляд, подумал Тристан. Предполагавший, что всем присутствующим здесь известно о нем нечто. Тристан ощутил нарастающее внутреннее напряжение и готовность к противостоянию. Как будто поблизости был противник, атаки которого ему предстояло отбивать. Но лорд Нэш тут же переключил свое внимание на де Венденхайма и стал самым внимательным образом слушать историю о загадочном деревянном шаре. Казалось, о Тристане на время позабыли.
