Читаем без скачивания Братство смерти - Эрик Джиакометти

Марка не хотел вступать в полемику. Он вытащил еще одну банкноту и положил ее рядом с колодой карт.

— Я солидарен со справедливой борьбой чернокожих. Но я действительно нуждаюсь в твоей помощи.

Эта банкнота исчезла так же стремительно, как и предыдущая. Девушка вздохнула.

— В конце концов… Внизу есть подвал с дверью, ведущей непосредственно в здание. На ней нарисован большой черный крест. Я не люблю ходить туда. Там слишком много злых духов. Франкмасоны слишком часто богохульствовали.

— Разве тебе не говорили, что не следует быть суеверной? Если ты мне покажешь дорогу… — начал Марка, медленно поднимаясь.

Неожиданно занавеска в глубине магазина с шумом распахнулась. Двухметровый лысый негр, похожий на шкаф, сделал несколько шагов вперед, нагло улыбаясь. Его голос заполнил весь магазинчик.

— Разве тебе не говорили, что в Гарлем нет входа белым, особенно иностранцам? Никуда ты не пойдешь без моего разрешения.

Он с такой силой сцепил руки в замок, что послышался хруст суставов.

Девушка встала перед дверью в лавку, словно ниоткуда достала револьвер с серебряным стволом и направила его на Марка.

80

Париж, улица Святого Иакова, 21 марта 1355 года

Бернар де Ренак доброжелательно смотрел на Фламеля, однако переписчик знал, что его судьба зависит от ответа. Если королевского лекаря убили как обыкновенного бродягу, они не пощадят и скромного художника. Полиция Парея ушла. На улице оставались лишь солдаты, преданные хранителю печатей, а значит, его некому было защитить. Фламель застыл, когда Бернар де Ренак вновь заговорил:

— Дорогой Фламель! В моем возрасте у людей нет времени на пустые слова. Я буду откровенен и жду такой же откровенности от вас. Могу ли я положиться на ваше благоразумие?

— Да… да… — ответил переписчик, не теряя бдительности.

— Хорошо. Как вам известно, Флора де Сеневьер владела тайной. Она знала, где находится книга Исаака Бенсераде, книга, весьма полезная для королевства. Несчастное дитя ничего не хотело слышать, и нам пришлось поручить ее заботам вашего соседа. Мы уверены, что он развязал язык девицы и забрал книгу. Вы согласны со мной?

— Не знаю, что и ответить…

— Фламель, я советую вам не играть со мной, — проворчал сеньор. — Палач должен был передать мне книгу, а вместо этого я оказался в обществе его трупа. Книги нет. А эта девица теперь мне недоступна, поскольку находится под покровительством графа Тулузского, вассалом которого она является. Совестливость нашего доброго короля, не позволившего уничтожить отпрыска дворянского семейства, достойна похвалы, но милосердию есть предел. Казна королевства пуста, а золото… Золото служит единственным гарантом стабильности королевских финансов. Нам нужно золото! Вы понимаете?

Фламель успокоился, узнав, что молодая женщина жива. Хранитель печатей схватил художника за запястья. Узловатые пальцы впились в его тело, словно когти. Старик обладал удивительной силой.

— Фламель, вы единственный, кто присутствовал при… разговоре… с палачом. Что она сказала? Где книга? Выбирайте слова, иначе присутствующий здесь Фёбла позволит вам присоединиться к лекарю в царстве Божием. Если только это не царство дьявола. Фёбла!

Подручный встал позади переписчика и приставил к его горлу кинжал. Никола знал, что он проиграл. Все это было выше его понимания. У него оставался только один выход: сказать правду в надежде, что после его смерти они не примутся за даму Пернель. Он упал на колени.

— Я знаю, где книга. У меня в… тайнике. В подвале, за бочками… Это напротив…

Бернар де Ренак улыбнулся, показывая свои редкие зубы.

— Смотрите-ка, простой переписчик умеет орудовать другими инструментами, не похожими на перо! В любом случае, примите мои поздравления за эту мизансцену со свинцом и серой. Но почему?

— Я… Я хотел причинить ему боль. Я был словно одержимый с тех пор, как мне пришлось присутствовать при пытках Флоры де Сеневьер. Он осквернил ее. Я не мог ему этого простить.

— И тогда?.. — подбодрил его хранитель печатей.

— И тогда я выколол ему глаза скребком, а затем заглянул в его сундук. Там лежали свинец, сера… Он использовал их, пытая своих жертв. На этот раз наступил его черед: он должен был все испытать на себе. Все, что заставлял испытывать других.

Бернар де Ренак пристально посмотрел на Фламеля. Сначала его взгляд был задумчивым, затем стал ироническим и торжествующим.

— Агнец превратился в волка… Но у вас будет время подумать о собственной участи, когда палач привяжет вас к колесу. А пока пойдемте за книгой. Предупреждаю, не пытайтесь бежать. В эти времена моим стражникам не хватает развлечений.

Фёбла поднял Фламеля за воротник и грубо толкнул к двери.

В сопровождении усиленной охраны Фламель спускался по ступеням. У него сложилось впечатление, что история повторяется и что он, как и Исаак Бенсераде несколькими днями раньше, идет к месту казни. Он перекрестился и начал читать «Отче наш». Ему следовало подготовиться к будущему. Разве не он своими собственными руками убил палача и украл проклятую книгу?..

81

Нью-Йорк, Гарлем, наши дни

Француз осторожно отошел к стене. В обществе девушки с револьвером и колосса с бритой головой его шансы выбраться отсюда практически равнялись нулю. Высокий негр почти прижался к нему и протянул руку.

— Здесь принято здороваться, — проворчал он, — если ты, конечно, любишь пожимать руки чернокожим.

Девушка по-прежнему целилась в голову Марка с насмешливым видом.

У Марка не было выбора. Он протянул руку, полагая, что колосс раздавит ее. Он почувствовал теплоту его руки. К удивлению Антуана, тот сжал его кисть и похлопал указательным пальцем по ладони.

Ритуальное масонское рукопожатие.

Антуан потерял дар речи. Высокий негр разразился гомерическим хохотом.

— Добро пожаловать в Гарлем, брат мой! Я капитан Рэй Робинсон. Мои друзья зовут меня Шугар в честь великого боксера, который также был великим офицером нашей ложи.

— Сумасшедший дом, — прошептал Марка, еще не оправившийся от потрясения.

Девушка убрала револьвер, закрыла дверь на засов и опустила металлические жалюзи. Негр взял Антуана за плечи, совершил обряд акколады, братского лобызания, потом твердой рукой усадил его на стул.

— Ты совершаешь ошибку, прогуливаясь в одиночестве в этом захолустье со своим бледным лицом. Или ты полон безрассудства, — гремел негр, присаживаясь рядом. — Ладно, шутки в сторону. Мне звонил Сэм Кольт. Он очень волнуется. Он тебе дал мой телефон, но ты не позвонил.

— Мне не терпелось увидеть этот храм…

— И ты очертя голову бросился в черный Гарлем!

Антуан выдавил из себя улыбку.

— Одним словом, вот уже целый час, как я жду тебя у нашей сестры.

Комиссар начал приходить в себя. Молодая женщина тоже села рядом с ним, протянула руку и церемонно представилась.

— Анни Безант, мнимая жрица вуду и подлинный досточтимый мастер ложи «Три сестры», действующей по Древнему и Принятому шотландскому уставу. Но главное, социолог с дипломом Вашингтонского университета, пишущая диссертацию на тему «Суеверия в Гарлеме». Добро пожаловать, брат мой, и забери свои деньги. Но скажи, почему ты интересуешься этим зданием?

Марка никак не мог вернуться в нормальное состояние. Брат — полицейский, похожий на гангстера, и сестра — мнимая африканская ведьма. Он сможет снискать оглушительный успех в своей парижской ложе, когда будет рассказывать о приключениях в Нью-Йорке.

— Спасибо за столь оригинальный прием, — вымолвил он. — Отвечая на твой вопрос, скажу, что я хочу найти храм, где собиралась одна ложа до конца XIX века. Это для меня очень важно.

Мужчина и женщина переглянулись, нахмурив брови. Полицейский с бритой головой заговорил.

— Пойми нас правильно, брат, но белые, тем более французы, крайне редко совершают туристические вечерние масонские вояжи в этот уголок. Можешь ли ты добавить что-либо? Это вопрос доверия.

Комиссар понял, что ему следует быть более откровенным. Его принадлежности к масонству оказалось недостаточно. В конце концов, они могли оказать ему бесценную помощь.

— Я приехал из Парижа. В моей ложе было совершено два убийства. Братьев зарезали, чтобы раскрыть тайну, и один из ключей к ней находится, вероятно, в этом здании.

Мужчина смотрел на него несколько секунд, потом кивнул с решительным видом.

— Следуй за мной, — сказал он, вставая. — Анни, не могла бы ты зажечь свет?

Антуан прошел за сиреневую занавеску. Проход перегораживала железная дверь без замочной скважины. Раздался щелчок, и сезам открылся. Они миновали длинный коридор, освещаемый небольшими зелеными лампочками, затем подошли к другой двери, которая автоматически открылась при их приближении.