Читаем без скачивания Людоеды в Петербурге. Новые красные против новых русских - Конн Вилли

— Если они не могут взять у них деньги, то берут жизнь. Так им легче примириться с потерей денег.

Когда «волга» остановилась у резиденции Боба, Вика неожиданно поцеловала каскадера.

— Ты сумасшедший, Влад. Наверное, за это я тебя и люблю.

Выйдя из машины, Вика, помахивая сумкой, как какой-нибудь ненужной безделушкой, пошла к воротам навстречу остервенелому лаю овчарок.

Деньги, лежащие в сумке, теперь действительно были ей безразличны: ведь их предстояло вернуть Бобу, ничего не оставив себе.

Глава 26

РАЗОБЛАЧЕНИЕ

Все так же помахивая сумкой, Вика прошла в кабинет Боба. Увидев ее разбитое лицо, бизнесмен вскочил:

— Что?! Тебя опять ограбили?!

— Получи свои деньги, — Вика швырнула сумку на диван.

Боб бросился к ней. Торопливо пересчитал пачки и только тогда вспомнил о Вике.

— Дорогая, извини, я немного разнервничался. Ты была у каскадера?

— Да.

— И что?

— Он велел запихнуть эти деньги тебе в задницу, Боб. Я не хочу тебя видеть, — Вика заплакала.

— Он избил тебя, изнасиловал? Что с твоим лицом?

— Меня действительно избили, но не Трюкач, а твой Желудь. Он считает, что я украла у тебя миллион, и обещал убить, если я не отдам его.

— Каков прохвост, придется его проучить, как он того и заслуживает, — Боб распорядился вызвать подполковника.

Самые большие оптимисты, конечно же, преступники. Если бы они были пессимистами, то, вероятно, никогда не отважились бы на преступление, будучи уверенными, что их посадят.

Другое дело, оптимисты. Каждый из них, идя «на дело», уверен, что уж он-то точно не попадется. Желудь был оптимистом и потому, сидя с калькулятором в руках, подсчитывал, сколько килограммов золота он сможет купить на миллион, который принесет ему Вика.

Результат оказался потрясающим — около ста килограммов. Желудь не поверил своим глазам. Пересчитав еще раз, невозмутимый калькулятор, мигнув зеленым глазом, выдал прежнюю цифру.

«Сто килограммов золота? — Желудь пришел в восторг. — И пусть только Вика попробует не принести деньги, — он сурово нахмурил лоб, — я из нее жилы вытяну».

Телефонный звонок прервал радужные мечты: его вызывал Боб.

Поднимаясь в апартаменты бизнесмена, Желудь не испытывал ни малейшего беспокойства. Даже если Вика узнала его, что было маловероятно, она не представляла опасности. Вика всего лишь воровка. Попавшийся вор имел, по его мнению, лишь две возможности — сидеть или молчать.

Войдя в каминный зал, Желудь галантно поздоровался со своей жертвой, дружески кивнул Трансформеру, стоявшему в позе рыцарского доспеха, прислоненного к стене. Его пегая камуфляжная форма не вязалась с аристократическим убранством зала.

Подарив Бобу лучезарную улыбку простака, выигравшего в лотерее, Желудь протянул ему руку.

Боб отвернулся. Некоторое время подполковник стоял с вытянутой рукой, потом опустил ее, растерянно посмотрел на Вику, на Трансформера, ища у них поддержки.

— Что с тобой, Боб? — дрогнувшим голосом человека, потерявшего лотерейный билет, спросил подполковник.

— Что-то ты слишком весел, Желудь. Раздень его, — приказал Боб.

Трансформер, прихрамывая, приблизился к Желудю, сорвал с него одежду.

— Ты что, ополоумел, Боб? Немедленно прекрати комедию. — Все еще властный голос подполковника смутил ничего не понимающего бывшего десантника. — В чем ты меня обвиняешь? — Трусливая дрожь вдруг охватила Желудя. До него, наконец, дошло, что без веских оснований с подполковников не срывают подштанники.

— Ты, кажется, стал любителем поэзии, Желудь? — Боб подошел к нему вплотную, желая посмотреть, как забегают глазки подполковника, когда увидит, что скрывалось пока за его спиной.

— В руки не возьму ни одного стихоплета… — начал подполковник и вдруг осекся. Его заплывшие жиром глазки сузились, как будто ему в ягодицу вонзили шприц. Он уже знал, что держит за спиной бизнесмен.

Желудь не ошибся. С жестокой улыбкой палача Боб поднял над головой томик Пушкина, которым подполковник бил по Голове Вику.

— Как ты думаешь, Трансформер, что это?

— Стихи Пушкина, шеф, — невозмутимо ответил он.

— Верно, — подтвердил Боб. — На обложке этой книги отпечатки пальцев грабителя, напавшего сегодня на Вику и требовавшего у нее миллион долларов. Как ты думаешь, чьи это отпечатки, Трансформер? — с тихой грустью преподавателя, вынужденного подсказывать двоечнику, спросил бизнесмен.

— Я думаю, Желудя. — Кулаки бывшего десантника сжались. — И я уверен, шеф, он связан с тем типом, который удрал в канализационный люк!

— А ты что скажешь, Желудь?

— Боб, это подставка. Я понятия не имею, как на чертовой книжке оказались мои отпечатки пальцев.

— Значит, не знаешь? — Змеиный шепот бизнесмена перешел в истерический крик. — Не знаешь?! Врежь ему, Трансформер! Отбей селезенку, потом сорви печень!

Страшный удар опрокинул Желудя. Он упал на пол, извиваясь и корчась от боли.

— Добавь! — приказал Боб.

Десантник поднял подполковника.

— Хорошо, Трансформер! Теперь дай ему по печени.

— Стойте, стойте, это все она, — харкая кровью, взмолился Желудь. — Она подменила сумку. Все деньги у нее, Боб!

— Мерзавец, лжец, — страх и возмущение мгновенно превратили Вику в дикую кошку. Подскочив к Желудю, она принялась хлестать его по щекам. — Получай, негодяй!

— Оставь его, Вика, у Трансформера это лучше получается.

Могучая рука десантника отстранила разъяренную кошку.

— Стой, Боб, ты же знаешь, у меня больная печень, — взмолился Желудь.

— Признаешь, что похитил сумку с деньгами?

— Признаю, Боб. Но в ней ничего не было. Одни книжки.

— И какие, интересно?

— Про дядю Степу.

— По-моему, он издевается над нами, а, Трансформер? — Бизнесмен потрепал бывшего десантника по плечу, как треплют боевого пса перед дракой.

— Шеф, он украл сумку, а теперь рассказывает сказки про дядю Степу. Я сейчас придушу его, шеф.

— По-моему, Трансформер прав, — на этот раз устами бизнесмена говорил холодный расчет. — Тебя следовало бы уничтожить. Но я поступлю иначе: за украденный миллион ты заплатишь мне два, когда станешь начальником милиции города.

— А она? — Желудь ненавидяще посмотрел на Вику.

— Она тоже заплатит в свое время.

— Как это понимать, Боб? — встрепенулась девушка. — Ты мне не веришь?

— Я сказал — всему свое время. Разве не ясно? Одевайся, — бизнесмен повернулся к Желудю. — А теперь пиши расписку.

— Не буду! — Подполковник отшатнулся от протянутого листка.

— Трансформер, наш клиент, кажется, перестал понимать по-русски.

Трансформер, с трудом подавлявший желание изувечить подставившего его грабителя, с садистской улыбкой обхватил шею Желудя.

— Подпишу, давай ручку, — всхлипывая, утирая кровь, Желудь подписал долговую расписку на два миллиона долларов.

— Двести килограммов золота, где я их возьму, Боб?

— Тебе их принесут взятками, если ты не будешь идиотом и поможешь нам выиграть выборы. Впрочем… эту расписку ты можешь получить раньше, если Трюкач будет мертв.

— Хорошо, Боб, я сам застрелю его.

— Посмотрим, посмотрим, как ты это сделаешь…

Волоча по полу одежду, Желудь вышел в соседнюю комнату. Вслед за ним, прихрамывая, удалился Трансформер — Малюта Скуратов эпохи рыночных реформ. Оставшись наедине с Бобом, Вика подумала, что сейчас самое подходящее время обольстить его, отвлечь фальшивыми ласками от нежелательных для нее мыслей. Но ничего не могла с собой сделать. Боб был ей противен так же, как кровавые плевки Желудя на полированном паркете. Вика никогда не читала Библию и поэтому не могла знать слов, написанных словно специально для нее. «Лучше блюдо зелени и при нем любовь, чем откормленный бык и при нем ненависть». Она вспомнила шутку Влада о бесплатном сыре в мышеловке. Похоже, мышеловка вот-вот должна была захлопнуться. Вика не ошиблась.