его касание и он упивался властью над ним. И не мог остановиться. Не хотел. И радовался, что такой необходимости нет. Настя полностью отдалась его воле и своим желаниям.
— Я хочу сейчас, — непривычно капризно потребовала девушка, задыхаясь от страсти и впиваясь ногтями в его плечи, обхватывая ногами. — Сию секунду! Дима, сейчас! — приказала она. — Ах!
Её унесло мгновенно.
Настя выгнулась дугой в его руках, поджимая согнутые в коленях ноги, ещё сильнее прижимая к себе, впиваясь ногтями в его плечи. И он не удержался, последовал за ней.
— Так быстро, — хихикнула она ему в шею, когда немного пришла в себя. Они так и замерли, не желая размыкать объятий: она на раковине, он рядом.
— Долго терпели. Во втором раунде так легко не отделаешься, — Дима чуть отстранился и чмокнул любимую в кончик носа.
— Идём мыться, — девушку переместили с раковины на унитаз, и она удивлённо посмотрела на парня. — Насть, мы… э… с тобой немного забыли о технике безопасности…
— О!
— Ага. Это всё дело отмывается не очень, поэтому лучше пусть так.
Настя округлила глаза и мучительно покраснела. Никакие, даже самые нескромные ласки, не могли вызвать такого смущения, как неловкость и глубочайшая интимность этого момента. В её мечтах и фантазиях секс всегда был безопасным, красивым и ошеломительно чувственным. О приземлённых и оглушающе шокирующих нюансах она не думала, не гадала и не была готова.
Настя ошеломлённо замерла, и лишь через пару минут осознание происходящего и последствий их неосторожности накрыло лавиной. Смущение отошло на задний план, уступая место ещё более сильным чувствам и эмоциям.
— О, — протянула она, и это обескураженное «О» превратилось в «Ой».
Дима сидел рядом и держал её за руку. Когда в колдовских зелёных глазах отразился ужас, поспешил успокоить:
— Не паникуй раньше времени. Тьфу, блин! Не паникуй вообще! Может, у тебя безопасные дни сейчас.
— Безопасные дни? — тупо переспросила Настя.
После бурного секса, не менее бурного оргазма, новости о возможной беременности и всей несуразности ситуации — а в её голове не желала укладываться мысль о том, что она сидит а унитазе в присутствии мужчины! — психика не выдерживала, слишком много впечатлений. Слова Димки доходили с опозданием и словно издалека, настолько сложно оказалось обуздать чувства.
— Так, можно идти мыться, — деловито известил парень и понёс в душ девушку, которая едва не грохнулась в обморок, когда поняла, как он определил, что уже пора. — Котёночек, посмотри на меня. Да, вот так, хорошо, умничка. Насть, всё, что происходит между нами, это только наше. Не надо стесняться меня, ладно? Это абсолютно обычная, нормальная ситуация в сексе. В этом нет ничего ужасного, мерзкого или вообще…
— Н–н–нормальная? — Настя зацепилась за слово, позволяющее справиться хотя бы с одной проблемой — бесконечным смущением.
— Ага. Совершенно обыденная. Ничего выдающегося. Все семейные пары так делают, точно тебе говорю. Ты ведь знаешь меня, я не люблю все эти девичьи загоны, вроде «принцессы не какают и не пукают». Это физиология. Это нормально. Когда тебя тошнит, я, конечно, могу выйти, чтобы тебя не смущать и всё такое, но в данном случае это как–то глупо. Мы ведь оба участвовали в процессе. — Дима подмигнул, и Настя не стала развивать тему дальше, хоть и не приняла его точку зрения. По крайней мере, пока. Ей требовалось время, чтобы прийти в себя и хорошенько подумать о столь неожиданной для неё стороне отношений.
— А вдруг я забеременею? — переключилась она на куда более серьёзный вопрос. — А вдруг ты чем–то болен, и мне придётся делать аборт? А вдруг…
— Стоп! Ты слишком много думаешь и не вовремя. Давай сейчас ополоснёмся, я налью тебе чая мятного — как раз после вчерашнего он у нас есть, прямо повезло, — и спокойно всё обсудим. Ладушки?
Настя кивнула. Стоять голыми в душевой и обсуждать важные для их будущего моменты — не самое разумное в сложившихся обстоятельствах.
Через десять минут она сидела на кровати и пила чай. Дима положил голову ей на колени и, глядя снизу вверх, успокаивал:
— Во–первых, котёнок, не всегда можно забеременеть с первого раза…
— Когда не надо, оно обычно именно с первого раза и выходит, — перебила Настя, кусая губы от волнения.
— Вот когда случится…
— Если случится, Дима! Не когда, а если, — испуганно уточнила девушка, вращая глазами.
— Ну, рано или поздно это в любом случае случится. Но сейчас — не факт. Насколько я знаю, овуляция у женщин не каждый месяц, так что даже не только безопасные дни бывают, но и месяцы, получается. Всё очень индивидуально, так что паниковать раньше времени не стоит. Хорошо?
— Я просто в ужасе! И меня напрягает, что ты знаешь такие вещи. Я сама не в теме, если честно. — Настя сделала глоточек сладкого горячего чая и спряталась за чашкой. Она и с Маришкой–то стеснялась обсуждать некоторые вопросы, а тут приходится с мужчиной.
— Ну, я когда–то всё это читал, но позабыл уже нюансы за ненадобностью.
— Как это — за ненадобностью? Ты ведь вёл активную, я бы даже сказала чрезмерно активную, половую жизнь.
— Я всегда предохранялся.
— Всегда–всегда?
— Абсолютно.
— А сейчас почему не подумал? — Настя сама того не замечая повысила голос. Так хотелось переложить вину на его широкие плечи, хоть и понимала — попросила сама, он лишь пошёл у неё на поводу.
— Потому что это ты, Настя! С тобой–то я могу расслабиться, чёрт возьми! — Дима тоже повысил голос. Настя не желала понимать очевидное и он начинал беситься.
Девушка отставила чашку в сторону, прикусила большой палец, посмотрела виновато.
— Извини, я действительно не сдержался. — Дима сел и притянул обеспокоенную красавицу к себе на колени, она обхватила его руками и
