Мое пробуждение было замечено — голоса смолкли.
Легкое движение воздуха, и около ширмы возник Макс. Его огромные глаза всматривались в меня, словно он пытался увидеть что-то ужасное.
— Как ты?
— Замечательно. — Я попыталась поправить разметавшиеся волосы. — Не можешь сидеть в одиночестве? — кивнула я в сторону его невидимого отсюда собеседника. Хорошо бы сейчас побыть с Максом вдвоем, поговорили бы. Кто там мог так не вовремя прийти?
— Да, у нас гости. — Макс продолжал на меня смотреть, и под его внимательным взглядом я смутилась.
— Ты на мне увидел что-то необычное? — Я подтянула к себе одежду, стала неловко одеваться.
— Ты красивая, — донесся еле уловимый шепот, а Макс уже снова стоял около ширмы и улыбался.
Я сконфузилась окончательно и, путая пуговицы, начала застегивать кофту.
— Кто у тебя?
Макс протянул руку. Я заметила, что его пальцы слегка дрогнули. Подошла ближе и только сейчас заметила — черты лица моего любимого стали тоньше, всегда аккуратно причесанные волосы растрепаны, губы чугь припухли — прямо у меня на глазах он сбрасывал возраст, превращаясь в подростка. Я хорошо помнила одно такое превращение. Было это месяц назад, когда Макс впервые встретился с Олегом.
Я вылетела из-за ширмы, стремительно подошла к столу.
— Что вы здесь делаете?
Олег сидел спиной к камину. Перед ним стояла бутылка вина и один бокал. Он был наполовину пуст, густая красная жидкость оставила на его стеклянных боках прозрачно-кровавые разводы. Олег крутил в руке бокал, поэтому я в первую очередь обратила внимание на руку. Широкая кисть с сильным уверенным запястьем была исполосована длинными глубокими царапинами. Ни кошка, ни собака так не царапают. На хмуром лице его тоже была ссадина и продолговатая рана. Как будто он неделю бродил по непролазной тайге, выбираясь из чащобы головой вперед.
— Добрый день, Маша. — Олег мельком глянул на меня и опустил глаза.
— Сядь, пожалуйста. — Макс поправил за моей спиной стул.
Олег снова поднял глаза, но теперь уставился на свой бокал. Я медленно села.
— Зачем вы пришли? — Я почувствовала неуместность своего счастья рядом с тяжелым молчанием Олега. Тихо спросила: — Все ведь закончилось хорошо?
— А? — Олег, казалось, впервые услышал меня. — Да, все нормально.
Макс остановился с противоположной стороны стола. Только сейчас я заметила, что стул там отодвинут — к Смотрителю он близко не подходил. Я во все глаза смотрела на любимого. Зачем он впустил сюда Олега? Сам говорил, что не хочет его видеть, не подпускал его к мастерской…
— Грегор объяснил мне, что происходит, — ответил на мой незаданный вопрос Макс. — Ты знаешь про Ирину?
Я медленно кивнула. Что-то такое было. Смотрители искали Макса, чтобы он им помог.
— Ты едешь в Москву? — Возглас у меня получился испуганным. Нет, конечно, он туда не поедет!
— Борис несколько расстроен, что ему никак не удается нормально с тобой встретиться. Он хотел извиниться за то, что произошло в парке. Я говорил, что так поступать не надо, что нельзя тебя подвергать опасности, но он считал, что все должно быть по-настоящему. Он специально пугал тебя, надеясь вызвать Максима. Мы не могли предвидеть вашей ссоры.
— Так, значит, милиция тоже ваших рук дело?
Я посмотрела на Макса. Тот сидел каменным изваянием и слушал Олега. Черт, я проснулась в таком хорошем настроении! Зачем было его портить?
— Милиционеры стали составляющей частью аркана. — Быстрый взгляд вверх и вниз. Бокал в руках Олега продолжал совершать свой дерганый танец. — С одной стороны, они добавили неприятностей, а с другой — помогли тебе. Если тебе будет приятно это услышать, то Борис был в ярости от такого расклада.
Мне не было приятно. Я сидела, оглушенная известием. Я попала в так ловко расписанную игру, что никак не могла понять, обижаться или нет.
Бокал в пальцах Олега чуть не опрокинулся, но он сумел его удержать. Он очень нервничал, постоянно проводил ладонью по столу. Ему наверняка сейчас хочется есть — при встрече с вампирами у него ведь, я знала, просыпается аппетит. Такая у него особенность.
— Вот, собственно говоря, и все, что я хотел сказать. — Олег отодвинул бокал. — Еще хотел убедиться, что с Машей все хорошо. И… — Он смотрел только на Макса. — Максим…
— Макс, — сухо поправил любимый, и я злорадно улыбнулась.
— Надеюсь, что…
— Маша, хочешь вина? — не дал ему договорить Макс, беря с каминной полки бокал. Он стоял рядом со Смотрителем, и Олег как-то странно втянул голову в плечи, словно Макс мог опустить бокал ему на макушку. — Знаешь, Лео, уходя, разрешил мне открыть эту бутылку в честь какого-нибудь значительного события. Сегодня я подумал, что такое событие случилось.
Я начала краснеть, но окончательно стушеваться Макс мне не дал.
— Мы уезжаем. — Он пододвинул ко мне вино и вновь посмотрел на Олега.
— Да, хороший повод, — согласился Смотритель.
Приятный напиток болезненным комком прошел в мое горло.
— Маша! — Макс присел на стол рядом со мной. — Олег предлагает перемирие и просит меня приехать в Москву помочь Ирине. Как ты считаешь, стоит ехать?
Я подняла на него глаза, вдохнула и замотала головой. У меня не было слов. Я знала только одно — в Москву ехать не надо.
— Но если у вас получится… — упавшим голосом начал Олег. — Мы оказались в неловкой ситуации…
— Эдгар всегда знает, что делает, — с достоинством произнес Макс.
— Эдгар? — Я начала терять нить разговора.
— Ход очевиден, — пожал плечами Макс. — Эмоции Антона и Ирины легко читались. На них было просто сыграть. Чтобы остановить Смотрителей, всех убивать не понадобилось. Достаточно вывести из игры одну Ирину. Сам бы он не выташил Грегора, а так подарил ему время и шанс на спасение. И Грегор этим шансом воспользовался.
— Я что-то не поняла. — Мне показалось, что вино слишком быстро ударило мне в голову. — Эдгар все знал заранее?
— А что тут знать? Антон несомненно хотел спасти Ирину, и Грегор был единственным вариантом ее спасения. После чего его убивать было бессмысленно.
— Жаль, что мы не так быстро во всем разобрались, — грустно улыбнулся Олег. — Борис надеется, что успеет создать сыворотку, которая вернет Ирину. Еще есть шанс ее спасти, обращение только произошло. Сама же она не принимает своего изменения. И хочет умереть.
Олег болезненно сморщился и поспешно придвинул к себе бокал. Пальцы его дрожали. Он с жадностью выпил и резко, словно испугавшись, что его накажут, поставил бокал обратно. Я внимательней вгляделась в его царапины. Что же у них там происходит?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
