Читаем без скачивания Кремляндия - Олег Зоин

Вот это обстоятельство и насторожило Игоря Ивановича, и он просит нас подумать над возможными вариантами…

Соратники Николая Платоновича выслушали вступительное слово старшего товарища с глубоким вниманием. Было видно, что каждый старается не пропустить ни единого слога, настолько всех потрясла услышанная информация.

Всю последнюю, паникёрскую неделю национальной трагедии каждый из присутствующих не раз задумывался над резким изменением стиля работы Президента и целым каскадом его неожиданных, похоже, не всегда, как следует, просчитанных инициатив… Конечно, такое можно объяснить и чрезвычайными обстоятельствами, в которых очутилась страна, и отсутствием опытного наставника, и цейтнотом для принятия взвешенных решений. Однако, однако!..

— Вижу, что все задумались. Ещё бы, такие ребусы… Кто может меня дополнить?..

Муров поднял руку.

— Вы, товарищи, наверное ещё не в курсе, что вчера Президент приглашал на разговор Немцова. Я был вынужден выполнить поручение, разыскать этого субчика и организовать его приезд в Кремль на беседу с Президентом. Их общение продолжалось около двух часов…

Товарищи загудели. Возмущение некоторых перехлёстывало через край.

— Евгений Алексеевич! — Успокоил коллег съёмщик госдачи. — Спасибо за информацию. Она очень ценная и понукает к размышлению. В связи с этим, какие ещё тревожные симптомы вы заметили в работе, деликатно скажем, президентской администрации?..

Нарышкин недовольно сморщил нос. Он хотел было встрять в разговор и сказать, что об этом логично спрашивать не Мурова, а его самого, поскольку именно он является полномочным руководителем Администрации Президента РФ. Но, малость подумав, воздержался. Решил не высовываться, а послушать более информированных людей.

Муров, между тем, продолжал:

— У меня лично вызывает интерес кулуарность повседневной практики управления страной. Ни одна аналитическая служба Кремля сегодня Президентом не востребована. Никаких запросов или заданий. Сам, сам, сам. Если до ЧП он полностью опирался на Тимакову и Ентальцеву, то сейчас их на дух не переносит, опирается исключительно на личного референта Дарью Вроде…

Члены Совета безопасности заулыбались. Лавров не удержался от коммента:

— Лучше бы он опирался на неё на диване после службы, а не в государственных делах!..

Народ не просто оживился. Загоготали, как молодые. Патрушев на правах хозяина уточнил, улыбаясь:

— А что, у неё есть весомые аргументы правильной комсомолки? Ну, скажем, на что опираться и за что подержаться!.. Чтоб не получилась только Моника Левински…

Начальник службы охраны насупился. Человек консервативный, он не любил пошлятины. Поэтому весёлую говорильню прервал:

— Да не такая она, как вы тут ржёте! Достойная тридцатилетняя сотрудница. Дарья Алексеевна пять языков знает. Мне, что надо, рассказывает. Имеет восемь лет безупречной государственной службы… Да и никогда она комсомолкой в смысле блядства не была. Когда Система распалась, ей десять лет было… Не надо, мужики, по своим секретуткам судить…

— А что… Тогда эта Дарья заслуживает повышения по службе, если так! — Подвёл черту под расслабухой Патрушев. — Действительно, хватит гоготать! Продолжим основную тему!

Так вот… А нет ли здесь какой подмены? Ну, там двойник или однояйцевый близнец?.. Какие будут мнения?

Члены СБ обменялись вопросительными взглядами. Высказаться решился только Фрадков.

— Конечно, Николай Платонович, провокаций от НАТО и Штатов надо ждать всегда и везде. Даже в сортире. И поэтому проверить сомнения надо радикально, так, чтобы больше не возвращаться к этой теме. Я не вижу проблемы. Проведите генетическую экспертизу, и по её итогам определимся. Всё!.. Делов-то!..

Оценить предложение шефа СВР желающих не нашлось. Хозяин дома вынужден был сам втравиться в казуистические рассуждения, не отдавая при этом, на всякий случай, приоритета Фрадкову:

— Я тоже мыслил последние дни примерно в таком же направлении. И сделать экспертизу так, чтобы пациент ни о чём не догадался, пара пустяков. Но есть тонкость. Санкцию на подобную экспертизу в отношении Президента может дать только Национальный лидер, а он, как известно, сам находится неизвестно где… Так что я не советую до вызволения ВВП бить в набат. Просто надо накапливать факты, систематизировать их, изучать…

С другой стороны, есть немало бесконтактных способов идентификации личности, а это не требует ничьих разрешений… Я бы просил товарищей Мурова и Фрадкова вести разработку силами аналитических подразделений своих служб…

Фрадков не удержался от язвительного замечания:

— Вести разработку законного Президента России?..

— Не ловите меня на слове, Михаил Ефимович! Я имею ввиду разработку сложившейся ситуации в комплексе!.. А сейчас, коллеги, прошу в столовую. Скромно пообщаемся с шашлычком…

Уговаривать коллег долго не пришлось, и вскоре, после милой толкотни в туалете и последующего символического мытья рук, публика дружно уселась вокруг немалого овального дубового стола, покрытого простой льняной скатертью и уставленной вполне подходяще для дружеского мальчишника.

— По такому случаю, — таинственно сообщил хозяин, поворачиваясь к бару, — у меня случайно завалялась с давних времён бутылочка доброго старого Курвуазье…

(Коньяк Courvoisier VS 0,7 л. Крепость: 40,0. Золотистого цвета, с чистым и легким ароматом, подчеркивающим утонченный нежный вкус с нотками фруктов и цветов, является результатом выдержки коньячных спиртов в течение 5–8 лет, что существенно превышает положенные нормы. Один из лучших французских коньяков. Как бы то ни было, этот коньяк пьется легко и приятно. Он превосходен как сам по себе, так и в составе коктейлей. И, конечно, Ваше внимание не может не привлечь знаменитая фирменная бутылка “Жозефина”)…

— Почему бы не пропустить по маленькой? Шашлычок, повар говорит, очень удачный!.. Располагайтесь!.. Разбирайте шампурчики!.. Хотя, минуточку!.. Товарищи, куда вы?.. Кто там включил телевизор?..

Гости обернулись, всматриваясь через проём распахнутых дверей в гостиную. Там на ковре у телевизионной панели стоял младший сын хозяина дачи Андрей с пультом в левой руке и призывно махал правой, мол, ко мне, скорее!..

Из динамиков шёл плотный, как из туннеля под Ла-Маншем, гул.

Подбежавшие совбезовцы уставились в экран, в котором гудела, галдела, клокотала и бушевала многотысячная пёстрая людская замесь, не только заполонившая Триумфальную площадь, но неисчислимым потоком растекшаяся по Тверской в сторону Белорусского вокзала. Правящая партия России — её многотерпеливый народ — воскресала на глазах…

— А где же ОМОН? — Воскликнул организатор мальчишника.

— ОМОН в казармах, — виновато ответствовал Нургалиев, добавив, что ещё в пятницу из Администрации президента поступило чёткое указание митинг на Триумфальной не калечить.

Нарышкин мгновенно отмежевался от возможных подозрений товарищей и театрально развёл руками, дескать, никаких таких указаний через него не проходило.

— Ах, ребята, всё не так, всё не так, ребята! — Неожиданно к месту процитировал хозяин дачи. — А если Его амерызазомбировали со спутника? Например, через GPS?.. Что делать будем? Правильно, Сергей Викторович! Давайте начнём с шашлыка и Курвуазье!..

Воскресенье, 22-е, Москва. Митинг на Триумфальной

Киев. Есть контакт!

Хотя митинг был назначен на 12 часов, но уже с 11-ти люди стали заполнять площадь вокруг памятника пролетарскому поэту, чтобы забить места поближе к трибуне, которой служили два бортовых КамАЗа, состыкованных задами.

Море разномастных знамён, транспарантов, портретов с язвительными подписями. На переднем плане бросается в глаза транспарант с броской красной надписью на синем поле — “К двадцатилетию Свободной России — свободу её народу!”

Вот в кузовы грузовиков взбираются по приставной лестнице Гарри Каспаров, Борис Немцов, Владимир Рыжков, Эдуард Лимонов, Валерия Новодворская, десяток других, молодых и амбициозных. Людмилу Алексееву поднять на трибуну сил не хватает, и её оставляют сидеть у основания сооружения на припасённом для матроны пластмассовом креслице. Рядом усаживаются на стулья два угрюмых, похожих на Валуева, охранника.

Народ шумит прибоем. То там, то здесь взвизгивает музыка из сотен карманных и мобильных устройств. Непрестанно требуют к себе внимания владельцев сотовые телефоны. На трибуне установлены и проверены микрофоны. Десятки корреспондентов СМИ, радио и ТВ толкутся в первых рядах митингующих, снимая всё и всех.

Пора начинать. Так и хочется продолжить по классику — “Чего они мешкают?”, но никакой драмы под ковром не произошло, а просто кого-то ждали. Вот двое мужчин, подсаживаемые телохранителями, неуклюже взбираются на трибуну, присоединяются к улыбающимся организаторам митинга, пожимают им руки, поворачиваются к толпе, которая замирает на секунду, вглядываясь в новеньких, а затем едино выдыхает: “Хо-дор!”..